Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

УГОЛОВНОЕ ПРАВО РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН Особенная часть

Бекмагамбетов А.Б. А. Б., Ревин В. П., Ревина В. В.,

§1. Общая характеристика уголовных правонарушений, посягающих на правосудие и порядок исполнения наказания

Глава 17 УК РК «Уголовные правонарушения против правосудия и порядка исполнения наказаний» выделена законодателем обоснованно. Это и понятно. Конституция РК (п.2 ст. 75) выделяет правосудие в качестве самостоятельной ветви государственной власти1. Эта власть осуществляется судами посредством гражданского, уголовного и иных форм судопроизводства. Непосредственно в Конституции установлены и такие важнейшие гарантии правосудия, как независимость судов и подчинение их только Конституции и закону; равноправие сторон; неприкосновенность судей; организационное, процессуальное и финансовое обеспечение возможности полного и независимого осуществления правосудия в соответствии с законом (ст. 76-80). Нормы об ответственности за преступления против правосудия как раз и обеспечивают уголовно-правовую охрану и защиту приведенных положений Конституции.

Название рассматриваемой главы дано с определенной долей условности. По точному смыслу Конституции правосудием является только процессуальная деятельности судов; между тем, из содержания главы видно, что под достаточно строгую уголовно-правовую охрану и защиту взята и процессуальная деятельность органов предварительного расследования, т.е. дознания и предварительного следствия, а также прокурора. Более того, некоторые нормы устанавливают ответственность и за посягательство на защитника, эксперта, судебного исполнителя, судебного пристава и т.д.

При изучении содержания рассматриваемой главы надо иметь в виду, что в некоторых нормах (например, ст. 419, 423, 427, 432 УК РК) речь идет об уголовных делах и связанных с ними правоотношениях и поэтому может создаться впечатление, что эта глава защищает интересы только уголовного правосудия.

Но в данной главе, за исключением случаев, прямо оговоренных в законе, в равной степени осуществляется уголовно-правовая охрана и защита правоотношений, относящихся к сфере, как уголовного, так и конституционного, гражданского, административного процесса, реализующего интересы правосудия.

Ввиду совпадения многих признаков уголовных правонарушений против правосудия представляется необходимым, во избежание повторений, дать им общую характеристику и лишь затем прокомментировать статьи рассматриваемой главы с учетом особенностей того или иного состава преступления.

Определение объекта преступлений против правосудия как «нормальное функционирование» или «деятельность» этих органов, на наш взгляд, подменяет содержательную характеристику объектов формальным понятием. Ведь нормальное функционирование органов дознания, предварительного расследования, суда – не самоцель, а средство обеспечить в результате процессуальной деятельности торжество законности и социальной справедливости. Поэтому правильнее определить объект рассматриваемых преступлений как совокупность общественных отношений в сфере процессуальной деятельности, направленной на реализацию требований законности и социальной справедливости в каждом конкретном случае.

Но специфика характеристики объекта уголовных правонарушений против правосудия, как представляется, связана не только со сказанным. Ведь истина, устанавливаемая в гражданском, административном, уголовном процессе, не абстрактна, а служит защите прав и законных интересов личности, общества, государства. Да и действия, препятствующие правосудию, по своему характеру посягают на жизнь, здоровье, честь и достоинство, имущественные и иные права и законные интересы конкретных личностей или их объединений. В этом и состоит сложность объекта преступлений против правосудия. Причем здесь вряд ли применима классификация на основной и дополнительный объекты. Права и законные интересы личностей, их объединений, общества и государства защищаются нормами об ответственности за преступления против правосудия и практикой их применения не параллельно с интересами правосудия, а как сущность этих интересов.

Почти все уголовные правонарушения, ответственность за которые предусмотрена статьями рассматриваемой главы, являются по определению оконченными с момента совершения соответствующих действий (реже бездействия). Поэтому данная глава ориентирована на широкое применение квалификации по совокупности деяний с учетом наступивших последствий. При этом надо исходить из того, что само уголовное правонарушение против правосудия всегда носит умышленный характер, а в отношении последствий возможна двойная форма вины.

Квалификация деяния против правосудия, как правило, не предусматривает использование мотива и цели как признака субъективной стороны. Но они становятся таковыми, не говоря об их значении в любом случае для индивидуализации ответственности и наказания, во многих ситуациях, когда применяется квалификация по совокупности. Цель и мотив преступлений, как правило, могут быть мотивированы карьеризмом, корыстью, клановыми или семейными интересами.

Субъектом уголовного правонарушения могут быть прокурор, лицо, производящее дознание, следователь, специальные участники судопроизводства (защитник, эксперт и т.д. ), «обслуживающие» правосудие путем подготовки материалов для него и участия в их анализе судом, и любые другие лица.

Еще одна сложность в классификации уголовных правонарушений против правосудия по субъекту состоит в том, что законодатель не счел необходимым строго развести ответственность должностных лиц и иных субъектов деяний против правосудия. Если некоторые нормы, например ст. 415 УК РК, четко определяет круг возможных субъектов деяния, каковыми могут быть только следователь или лицо, производящее дознание, то субъектами ответственности по ст. 410, 411, 417 УК РК могут быть как должностные лица органов дознания, следствия и даже судьи, так и любые другие лица. Это затрудняет классификацию уголовных правонарушений против правосудия.

Надо отметить и неполноту перечня возможных субъектов деяния, даваемого в некоторых статьях рассматриваемой главы. Например, ст. 415, 417 УК РК не предусматривают возможность совершения таких деяний, как принуждение к даче показаний или фальсификация доказательств судьями, между тем, практика свидетельствует о такой возможности.

Формально субъектами могут быть лица, достигшие шестнадцатилетнего возраста.

Обращает на себя внимание и такая особенность рассматриваемой главы, как объединение в ней норм, направленных на защиту лиц, участвующих в осуществлении или «обслуживании» правосудия, и норм, защищающих от их злоупотреблений других лиц, попавших в сферу деятельности органов дознания, следствия, суда. Надо упомянуть и о включении ряда специальных составов, выделенных исходя из характеристики потерпевших при наличии в других главах УК РК общих составов. Например, ст. 411 УК РК защищает от клеветы судью, следователя, лицо, производящее дознание, судебного пристава или исполнителя. Вместе с тем в гл. 1 УК РК имеется ст. 129, являющееся общей нормой, давая определение клеветы. Точно так же ст. 410 УК РК, устанавливающая ответственность за неуважение к суду, имеет определение – нанесение оскорбления. Между тем, УК РК содержит общую норму об оскорблении (ст. 130 УК РК). Представляется, что выделение специальных норм в рассматриваемых случаях подчеркивает с точки зрения общей превенции общественную опасность посягательств на честь и достоинство участвующих в отправлении правосудия. Реализуя эту идею, законодатель устанавливает и более строгие санкции в специальных составах, по сравнению с общими составами. При конкуренции общей и специальной Уголовно-правовой нормы применяется специальная норма, как в наибольшей степени отражающая существо противоправного деяния.


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074