Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

ЭКОНОМИКА ДЕЛОВОГО УСПЕХА

Виноградова Н. П., Попова А. А., Попов А. Н.,

1.2 Экономическая наука и предмет ее исследования: методологический аспект

Введение. Любая наука начинается с определения ее предмета. Есть он и у экономики – науки, которая находится в постоянном развитии. По справедливому мнению П. Хейне, экономисты – отъявленные империалисты [14]. Они привыкли думать, что их взгляд на общество объясняет все, или, по крайней мере, больше, чем какой-либо иной. В последние годы они стали совершать набеги на области, традиционно занятые социологами, политологами, историками и другими. Естественно, что в этих условиях вопрос о предмете экономической науки является проблемным.

Основную часть данного раздела работы начнем со слов Дж. Кейнса [5]. «Экономическая теория,– по справедливому мнению Дж. Кейнса, - не есть набор уже готовых рекомендаций, применимых непосредственно в хозяйственной политике. Она является скорее методом, чем учением, интеллектуальным инструментом, техникой мышления, помогая тому, кто владеет ею, приходить к правильным заключениям» [5].

Соглашаясь с отмеченным, следует подчеркнуть, что метод становится рабочим инструментом тогда, когда он превращается в систему экономических знаний. По образному выражению П. Самуэльсона, «человек, который систематически не изучал экономическую теорию, подобен глухому, пытающемуся дать свою оценку музыкальному произведению» [13].

Любая фундаментальная наука (в том числе и экономическая теория) развивается по определенным законам. Вначале она накапливает и исследует факты, противоречащие утвердившейся парадигме. Затем выдвигает новые гипотезы, на основе которых образуется ядро новой парадигмы. С этих позиций, по нашему мнению, можно выделить несколько этапов в становлении данной науки, чрезвычайно полезной всем.

Первой теоретической школой был меркантилизм (от итальянского «мерканте» – купец, торговец). Представители этой школы считали, что богатство общества возникает только в торговле (деньги, золото). Главный предмет своей науки они видели в процессах товарного и денежного обращения. Особая важность придавалась международной торговле, когда товары покупались в одной стране по более низким ценам, а продавались в другой по более высоким. Идеи меркантилизма – государственное вмешательство в хозяйственную жизнь (протекционизм в торговле) – используются и в современной экономике.

В «экономической теории», изданной под редакцией А.И. Добрынина и Л.С. Тарасевича, выделен отдельный раздел «Мегаэкономика. Экономические основы и тенденции развития мирохозяйственных связей» [16]. В нем довольно подробно говорится о мировой торговле (ее видах и структурах), интеграционных процессах в мировой экономике, транснациональных корпорациях и международной валютно-финансовой системе.

Позже появляется теоретическое учение физиократов («физиократия» в переводе с греческого – власть природы). В соответствии с ним, источником богатства является сельскохозяйственное производство. Именно здесь (а не в промышленности) богатство возникает естественным путем и представляется даром природы. Однако его преумножение требует приложения труда и капитала.

Идеи данной школы также имеют современное практическое звучание. В курсе «Экономическая теория» подробно изучается земельная рента, ее сущность виды и формы. Особо выделяются разделы «цена земли», «динамика дифференцированной земельной ренты», «теория рентных доходов».

Далее появляется так называемая классическая школа (ее представители: Д. Рикардо и А. Смит). Они установили, что богатство нации возникает в материальном производстве, причем во всех его отраслях. Его всеобщей универсальной формулой выступает стоимость товаров.

Рост богатства происходит тогда, когда первоначально затраченная сумма прирастает на дополнительную величину (прибавочную стоимость или прибыль). Именно это принципиально важное открытие позволило экономической теории стать подлинной наукой.

Развитие человеческого общества в течение названного исторического периода сопровождалось, таким образом, формированием определенного мышления. К числу современных направлений экономической мысли относится неоклассическая школа. Экономическое хозяйство, в соответствии с ее установками, рассматривается как совокупность микроэкономических агентов, желающих получить максимальную полезность при минимальных издержках. Исходным пунктом здесь выступает спрос и предложение. Развивается и теория общего динамического равновесия, с помощью которой можно установить то, как спрос на товары и услуги влияет на спрос на факторы производства.

В современной экономической теории следует выделить прежде всего институциональное направление (его представителями являются Р. Коуз и О. Уильямсон). В центре анализа этой теории (как следует из ее названия) находятся институты (создаваемые людьми рамки, которые структурируют политические, экономические и социальные взаимодействие), а также рациональность (как норма поведения), трансакционные издержки, цена подчинения закону и внелегальности.

Именно данная – институциональная – теория – все более определяет направленность реформ, проводимых у нас в стране. Ее сторонники с исторических позиций рассматривают еще две теории, которые тормозили развитие национальной экономики в прошлые годы (таблица 1).

Таблица 1

Основные теории реальной экономики [4]

Теория

Содержательный аспект

1. Теория трудовой стоимости

Кризис в экономике идет рука об руку с кризисом в экономической науке. В науке он проявился намного раньше, чем начался активный период реформ. До перестройки ученые были лишены возможности исследовать альтернативные пути социально-экономического развития.

Господствующей в ту пору была теория трудовой стоимости. Согласно этой теории стоимость товара создается производительным трудом. Все же другие факторы производства стоимости не создают, а лишь перераспределяют прибавочный продукт в соответствии с законами рынка. Поскольку стоимость товара выше стоимости рабочей силы, отсюда делался вывод о присвоении прибавочного продукта собственниками средств производства, об эксплуатации труда капиталом.

Трудовая теория стоимости, породившая мощное антикапиталистическое движение, оказалась чрезвычайно разрушительной именно для тех стран, которое назвали себя социалистическими. Она на десятилетия определила неправильную ориентацию хозяйственных решений, и, как следствие, деградацию производительных сил общества

2. Монетаристская (либеральная) теория

Прежде всего, речь идет о разработанной в среде международных финансовых организаций и американского экономического истеблишмента доктрине Вашингтонского консенсуса. Идеология Вашингтонского консенсуса отличается крайним упрощением задач экономической политики и сведением ее к трем постулатам: либерализации, приватизации и стабилизации через жесткое формальное планирование денежной массы. Эта политика направлена на максимальное ограничение роли государства как активного субъекта экономического влияния и ограничение его функций контролем за динамикой показателей денежной массы.

Изначально принципы Вашингтонского консенсуса разрабатывались для установления элементарного контроля за формированием экономической политики слаборазвитых государств с целью предотвращения разбазаривания предоставляемых им из-за рубежа кредитов. Этим объясняется и ее удивительный примитивизм, сведение всех вопросов макроэкономической политики к либерализации и формальному планированию прироста денежной массы на основе простых регрессионных зависимостей.

Неадекватность доктрины Вашингтонского консенсуса реальным проблемам экономического развития и ее теоретическая несостоятельность хорошо известны специалистам и многократно доказаны на практике. Тем не менее, став своего рода символом веры в международных финансовых кругах и удобным инструментом для навязывания ими своих интересов правительствам разных государств, эта доктрина усиленно пропагандируется, и принимаются активные меры по продвижению ее носителей в органы власти и сферу общественного сознания через ангажированных «ученых» и журналистов

3. Институциональная теория реформ

Довременная теория институционализма раскрывает особенности современных представлений о роли государства в рыночной экономике, в реализации определяющих целей общества. Это прежде всего неприятие «беспредела» в достижении личных или групповых целей. И не случайно, что все большее значение в западных экономиках придается механизмам принуждающим предпринимателей каждый раз при реализации своих интересов исходить из необходимости соблюдения интереса общественного. Эти механизмы действуют в сложной системе общественных отношений, регулируемых органами законодательной, исполнительной и судебной властей, а также специализированными общественными организациями. Без развитой системы институтов, защищающих права производителей, населения и государства, современный рынок не может эффективно функционировать.

Системные функции суть условия сохранения и развития общества, и было бы странно, если бы их исполнение осуществлялось специализированными однофункциональными образованиями. Семья дает пример реальной многофукциональности. И это свойство присуще, хотя и в разной степени, всем общественным структурам. Трудность как раз и состоит в том, чтобы понять причины многофункциональности и способы ее поддержания. Если мы обратимся к действиям и процессам, имеющим общественное значение, то мы увидим, что они осуществляются через действия людей, выступающих в устойчивых и четко различных социальных ролях. Они поэтому и признаются в обществе как значимые и даже необходимые, т.е. их признают согласующимися с общественными интересами. Такое признание совершенно недвусмысленно указывает на наличие в жизни общества аспекта, который называют институциональным и который обеспечивает необходимую для его выживания меру подчинения частных интересов общественным

Данная (институциональная) теория реальной экономики реформ относится к числу многофункциональных [4]. « Чисто структуралистская концепция социального мира, несмотря на все предлагаемые ею удобства (ведь это очень удобно полагать, будто знаешь, что в обществе является экономикой, что – политикой, что – культурой и т.д. и, следовательно, чем руководствуются люди, действующие в этих сферах) строго организационного подхода, довольно быстро оказывается несостоятельной, как только обнаруживается, что «экономика» в лице промышленности, сельского хозяйства, транспорта, финансовой системы вместо того, чтобы решать адаптивные проблемы общества в его отношениях с природной средой и обеспечивать другие подсистемы общества средствами выполнения их системных функций, становится причиной опустошения внешней среды и природных катаклизмов, социальной напряженности и деградации культуры».

Об усилении влияния институциональных направлений экономической теории говорится в работе В. Радаева «Есть ли перспектива у российской политической экономии?» [9]. Однако и здесь, по его мнению, политэкономы «попадают в сложное положение». У них есть в распоряжении несколько путей трансформации и самоидентификации изучаемой дисциплины. Во-первых, это возвращение к истокам классической политической экономии времен А. Смита. Во-вторых, переход на позиции «Экономикс». И, в-третьих, интеграция в альтернативные экономические (нелиберальные) теории.

Об «экономиксе», как новом направлении экономической мысли, следует сказать особо. Оно возникло в сороковые годы XIX века (П. Самуэльсон, А. Маршалл). Предметом «экономикc» являются не общественные, а вещественные связи (организация производства, труда, сбыта продукции на уровне фирмы). Главным здесь является «поиск методов рационального использования ограниченных ресурсов для достижения тех или иных альтернативных целей». Ограниченность ресурсов при этом понимается не в физическом смысле, а как «невозможность полного удовлетворения потребностей всех членов общества одновременно и полностью».

Своеобразно о политической экономии и «экономиксе» пишет В. Рязанов [12]. «Полагаю, что речь идет о разных ветвях экономической теории». И далее: «отличие выражается прежде всего в том, что для политэкономии ключевой категорией выступает стоимость (именно на ее основе раскрывается сущностно-философское объяснение экономического развития), для «экономикс» – цена, обращение к которой позволяет объяснить поведенческий мир экономики на уровне явлений». Говоря иначе, «экономикс» сосредотачивается на поверхностных явлениях, уделяя главное внимание не производству, а обмену, стремясь полнее описать функционирование сложившегося рыночного хозяйства. Он «социально нейтрален», для него главная проблема - ограниченность ресурсов, которыми оперируют основные агенты производства» (продавцы и покупатели).

Делая некоторое обобщение, можно подчеркнуть, что «базовая экономическая дисциплина» у нас уже многие годы, связанные с расформированием национальной экономики, находится на «распутье». Существовавший долгие годы классовый подход в экономике завел экономическую теорию в тупик, объективно породил «потребность в изменении предмета исследования и названия курса» [16].

О предмете исследования разговор должен быть особым. Как следует из обзора литературы, экономическая теория – это собирательное понятие, базовая вузовская наука, изучающая поведение людей и предприятий (фирм) в процессе производства, распределения, обмена и потребления материальных благ в целях удовлетворения своих потребностей при ограниченных ресурсах. Некоторые авторы также справедливо подчеркивают, что общепринятого определения предмета общей экономической теории нет. Это может быть:

- «экономические отношения в различных системах и типах деятельности» [11]. То же самое подчеркивают и другие авторы. По мнению В. Радаева, экономическая теория прежде всего анализирует экономические отношения как отношения власти [9]. «При этом сама власть подается не в чисто политическом, а в более широком социологическом ключе – как отношения господствующих и подчиненных групп»;

- поведение «человека экономического» [3]. «Экономикс изучает людей, поскольку и редкость сама по себе есть сугубо человеческий феномен». Подчеркивая это, К. Хубиев пишет, что даже в рамках «экономикс» речь идет о человеке в рамках определенных экономических систем [15]. Этот же автор справедливо отмечает, что «человек» с течением времени все более «социализируется». И «только исключительная терминологическая изобретательность авторов маржиналистского направления позволяет обходиться без слов «классы» и «социальные, группы».

В работе Л. Роббинса «Предмет экономической теории» речь идет о том, что исходным инструментом науки является не разделение труда, а человек экономический (изолированный), который делит свое время между производством реального дохода и отдыхом [10].

Отдых – время, нужное людям для удовлетворения непосредственных физиологических потребностей (сна, приема пищи, любви и т.п.). Человек не создает условий своего биологического бытия (воздух, смена дня и ночи и т.п.), хотя без этих природных элементов богатства он не сможет существовать. Во время отдыха он пользуется всеобщими условиями человеческого существования (всеобщими ресурсами).

Реальный доход (раньше мы его называли выгодой) – это то, чего нет в природе или имеется в недостаточном (ограниченном) количестве. Он создается при помощи труда, выступающего в силу этого, «косвенным проявлением человеческой жизнедеятельности».

Л. Роббинс определяет четыре условия дальнейшего анализа. Во-первых, изолированному человеку нужен и реальный доход, и отдых. Во-вторых, и того, и другого у него недостаточно, чтобы удовлетворить соответствующие потребности полностью. В-третьих, у него есть возможность потратить свое время и на увеличение реального дохода, и на дополнительный отдых. В-четвертых, можно предположить, что в подавляющем большинстве случаев его потребность в различных компонентах реального дохода и отдыха будет различной. Поэтому ему приходится выбирать, «экономить»: человек предпочел бы «отдыхать», т.е. следовать своим природным инстинктам, но в этом случае ему не выжить или, по крайней мере, не удовлетворить свои постоянно возрастающие потребности. Приходится каждый раз соразмерять затрату дополнительных усилий (труда) с потерей отдыха. В этом суть «экономии» с точки зрения отдельного человека. Критерием выступают реальный доход, личная выгода и ее приращения в результате каждого действия.

В связи с отмеченным выше, интерес представляет мнение П. Хейне, высказанное им в работе «Экономический образ мышления» [14]. «Выбор занимает настолько важное место в экономической теории, что некоторые критики обвиняют ее в том, что даже бедность и безработицу она трактует как результат добровольного выбора людей».

Тесно связан с проблемой выбора, по мнению того же автора, и тот акцент, который теория делает на индивидууме. «В реальности выбор всегда осуществляет индивидуум, поэтому экономисты пытаются расчленить решения, принимаемые в таких коллективах, как правительство, университет или корпорация, на решения отдельных людей, входящих в эти коллективы». И еще: «Экономический образ мышления действительно принимает индивидуума за исходную смысловую единицу». Соглашаясь с этим, сошлемся на рисунок 2: «уровни и принципы научного исследования».

_2.eps

Рисунок 2. Уровни (УИ) и принципы (ПИ) научного исследования: ОС – обратная связь, основой которой является «методология как образ мышления»

_2a.eps

Рисунок 3. Связь понятий: методологии и теории (1 – оценка предпосылок научного исследования, 2 – оценка истинности результатов исследования, 3 – научная школа) ОС – обратная связь

Нами выделено три уровня исследования: эмпирический, теоретический и методологический. Последний можно подразделить – в рамках экономической теории – на методологию как предмет теории и методологию как образ мышления [8].

Подчеркнем, что методология – это метод обоснования своих утверждений, а также – стержень экономического мышления основной массы исследователей. Связаны эти понятия «теориями исследователей», которые могут быть конкурентными. Благодаря методологии осуществляется оценка предпосылок научного исследования и истинности его результатов. М. Блауг сравнивает ее с медициной, которая необходима для блага людей. Но ее – одновременно – и презирают (тайно). То же самое в экономике многие ее представители страдают «методофобией». А между тем «фундаментальные методологические принципы могут быть легко усвоены и, усвоив их, мы неизбежно повышаем нашу способность оценивать и сравнивать конкурирующие экономические теории» [1].

Мы выделяем несколько уровней методологии: философский, общенаучный и конкретно-научный. Каждый из них реализуется через систему специфических принципов, выступающих как руководящие положения, связующие звенья между теорией и практикой.

Философский уровень методологии связан с привлечением методов философии в изучении экономических проблем. Методология при этом выступает как диалектика, определяемая следующими принципами: объективности, системности, историзма, диалектической противоречивости познания.

Общенаучный уровень методологии определяет принципы теоретического базиса познания: восхождение от абстрактного к конкретному, единство исторического и логического, а также принцип детерминизма.

Частно-научный уровень методологии определяется принципами: проверяемое соответствие эмпирического знания опыту; наличие четких правил перевода с языка теории на язык наблюдений, а также целеполагания, диагностический, личностный, комплексный подходы к организации научных исследований. Эти принципы, на которые в настоящее время обращается самое пристальное внимание со стороны исследователей, связаны с именами П. Фейерабенца, Д. Макклоски, К. Поппера, Б. Колдуелла.

Самое пристальное внимание обращается и на две названые ранее экономические методологии: методологии как образа мышления и методологии как предмета теории (рисунок 3). Некоторые авторы называют их «нормативной методологией» и «позитивной методологией» [6]. И с этим, думается, можно согласиться. Однако при этом укажем на дискурс и эклектизм в экономических исследованиях, играющих важную роль (с методологических позиций) в определении предмета экономической науки [2].


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074