Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

2.3. Защита законодательных прав и интересов несовершеннолетних от преступных посягательств (на примере республики Саха (Якутия))

Уголовно-правовая охрана несовершеннолетних, защита их законных прав и интересов является одним из основных направлений деятельности государства. Она становится особенно актуальной в современных условиях, когда построение правового государства и развитие демократических начал общественной жизни предполагают признание приоритета общечеловеческих ценностей, прежде всего жизни, здоровья, свободы, чести, достоинства, прав и интересов личности. Однако обострение негативных явлений в экономической, политической и социальной сферах общественной жизни, резкая дифференциация населения по уровню материального обеспечения, глубокий кризис духовного развития общества, перевернувший устоявшуюся систему морально-нравственных ценностей и духовных ориентиров, – отрицательно влияют на формирование подрастающего поколения.

В этой связи тревогу вызывает тот факт, что жертвами различных преступных посягательств часто становятся именно несовершеннолетние, так как они были и остаются самыми незащищенными и наиболее уязвимыми членами общества. Количество преступлений совершенных в отношении несовершеннолетних в 2015 году по МУ «Якутское»составило 281, а в 2016 году составило 196 преступлений[59].

В таких условиях, как никогда ранее, несовершеннолетние нуждаются в активной и эффективной защите со стороны государства, которое имеет для этого различные средства – от общесоциальных до уголовно-правовых[60].

Принятие Уголовного кодекса Российской Федерации 1996 года, содержащего специальную главу 20, посвященную преступлениям против семьи и несовершеннолетних, и ряда других законодательных актов, направленных на защиту несовершеннолетних не решают всех проблем, возникающих в данной сфере.

Проблемы уголовно-правовой охраны преступлений против несовершеннолетних длительное время не были предметом специального, самостоятельного и подробного изучения, в отличие от проблем преступности несовершеннолетних. Наиболее активный интерес ученых-юристов к данной теме был проявлен лишь в период подготовки и обсуждения проекта нового Уголовного кодекса РФ 1996 года. Однако специальная разработка коснулась только отдельных аспектов, комплексно проблема не исследовалась и часть вопросов не была подвергнута научному анализу. Это создает трудности для правоприменительной деятельности и препятствует организации эффективной борьбы с преступлениями указанной категории.

На протяжении длительного времени несовершеннолетние и их интересы традиционно не были полноценными объектами правовой охраны. В недалеком прошлом, ребенок признавался исключительной собственностью родителей и всецело находился в их распоряжении. Никем не контролируемая родительская власть нередко выражалась в форме эксплуатации детей, жестокого с ними обращения, истязания, вовлечения в совершение преступлений. Государство долгое время не брало на себя обязательств по защите прав ребенка.

Идея правовой защиты несовершеннолетних развивалась постепенно, на протяжении многих веков, вместе с теорией уголовного права и в рамках развития законодательства.

Понятие о правах ребенка зародилось еще в XVIII веке, но его долго трактовали только как право ребенка на жизнь, общественную заботу и защиту против злоупотреблений. Однако ребенок имеет право не только на заботу, но и на некоторое самоопределение, так считал Януш Корчак.

Он выступал не только против пренебрежения к детям, но и против высокомерно-снисходительного отношения к ним: «Половина человечества как бы не существует. Жизнь ее – шутка, стремления – наивны, чувства -мимолетны. Мы говорим: будущий человек, будущий работник, будущий гражданин. Что они еще только будут, что потом начнут по-настоящему, что всерьез это лишь в будущем. А пока милостиво позволяем им путаться под ногами, но удобнее нам без них». Сформулированные Я. Корчаком основные законы «Великой хартии вольностей» ребенка звучат следующим образом:

1) право ребенка на смерть;

2) право ребенка на сегодняшний день;

3) право ребенка быть тем, что он есть[61].

Центральное внимание многих международных правовых документов сосредоточено на правах ребенка, охрана которых имеет свои особенности, поскольку она должна быть «обеспечена специальной защитой», а ребенку должны быть «предоставлены возможности и благоприятные условия, которые позволяли бы ему развиваться здоровым и нормальным путем», и «при издании с этой целью законов главным соображением должно быть наилучшее обеспечение интересов ребенка». Эти положения были включены еще в 1959 году в Декларацию прав ребенка, которая посвящалась защите прав несовершеннолетних детей.

Поскольку значимость проблем детства, обеспечения защиты прав личности несовершеннолетних признана на международном уровне, то аналогичные процессы происходят и на национальном уровне.

Государством устанавливается юридическая граница между несовершеннолетием и совершеннолетием, что обусловлено необходимостью особой специализированной юридической защиты несовершеннолетних. Возрастные особенности этой группы должны быть компенсированы повышенной правовой защитой[62].

Как известно, несовершеннолетние отличаются особой подверженностью негативным воздействиям социума в силу своей уязвимости и незащищенности как в физическом, так и в духовно-психологическом плане. Следовательно, объективно возникает необходимость повышенной (по сравнению с другими субъектами права) правовой защиты интересов несовершеннолетних. Особую значимость защита несовершеннолетних приобретает в рамках уголовного права, поскольку именно эта отрасль права затрагивает отношения, связанные с наиболее значимыми, признаваемыми государством ценностями (жизнь,здоровье, свобода и неприкосновенность личности, личные и имущественные права).

В соответствии со ст. 38 Конституции РФ материнство, детство и семья находятся под защитой государства. Обеспечение каждому ребенку уровня жизни, необходимого для физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития, защита детей от всех форм физического и психического насилия, оскорбления или злоупотребления, отсутствия заботы или небрежного отношения, грубого обращения или эксплуатация, включая сексуальное злоупотребление, со стороны родителей, опекунов или любого другого лица, заботящегося о ребенке, являются обязательствами России, вытекающими из Конвенции о правах ребенка 1989 г. (ст. 27.1; 19.1)[63]. В ст. 3.2 данной Конвенции закреплено, что государства-участники обязуются обеспечить ребенка такую защиту и заботу, которые необходимы для его благополучия, принимая во внимание права и обязанности его родителей, опекунов или других лиц, несущих за него ответственность по закону, и с этой целью принимают все соответствующие законодательные и административные меры.

Признавая общей целью государственной социальной политики улучшение положения детей, преодоление нарастания негативных тенденций,стабилизацию положения детей и создание реальных предпосылок для дальнейшей положительной динамики процессов жизнеобеспечения детей,государство еще в середине 90-х годов XX в. определило в качестве одного из основных направлений своей деятельности – укрепление правовой защиты детей[64].

Именно поэтому, установив, что несовершеннолетние нуждаются в особой защите, законодатель выделил в действующем Уголовном кодексе РФ специальную главу 20 «Преступления против семьи и несовершеннолетних».

В зависимости от непосредственного объекта все преступления, входящие в рассматриваемую главу УК РФ, можно разделить на два вида:

1) преступления против несовершеннолетних;

2) преступления против семьи.

В группу преступлений против семьи и несовершеннолетних входят восемь уголовно-правовых норм:

1) вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК РФ);

2) вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (ст. 151 УК РФ);

3) розничная продажа несовершеннолетним алкогольной продукции (ст. 151.1 УК РФ);

4) подмена ребенка (ст. 153 УК РФ);

5) незаконное усыновление (удочерение) (ст. 154 УК РФ);

6) разглашение тайны усыновления (удочерения) (ст. 155 УК РФ);

7) неисполнение обязанностей повоспитанию несовершеннолетнего (ст. 156 УК РФ);

8) злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей (ст. 157УК РФ).

Однако в науке до сих пор остаются открытыми вопросы о том, что понимать под преступлениями против несовершеннолетних и какие группы посягательств образуют систему данного вида преступлений. Приходится констатировать факт отсутствия в уголовном законе формального определения понятия «преступления против несовершеннолетних».

Кроме того, в теории уголовного права наблюдаются различные подходы как к перечню конкретных преступлений против несовершеннолетних, так и классификации таковых.

Уровень правовой культуры общества и личности является показателем развития общества, условием формирования правового государства. Еще до принятия на федеральном уровне закона № 324-ФЗ «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации» начиная с 2009 года, ЯРО Ассоциации юристов России совместно с Федерацией профсоюзов Республики Саха (Якутия) стала проводить дни бесплатной юридической помощи для населения, республика выступила своего рода пионером в Российской Федерации по организации системной работы по повышению правовой культуры населения[65].

Группу преступлений против семьи и несовершеннолетних нельзя назвать новой для отечественного уголовного законодательства, и целый ряд входящих в нее составов преступлений имеет длительную практику применения.

Так, по ст. 162 УК РСФСР 1922 г., ст. 149 УК РСФСР 1926 г. Наказывались похищение, сокрытие и подмен чужого ребенка с корыстной целью, из мести или из иных личных видов. УК РСФСР 1960 г., установил ответственность за похищение чужого ребенка или подмен ребенка, совершенные с корыстной целью или из иных низменных побуждений, в ст. 125. После введения в УК РСФСР в 1993 г. ст. 1251, предусматривающей ответственность за похищение человека, ответственность по ст. 125 наступала только за подмен ребенка.

В постановлении ЦИК и СНК СССР от 7 апреля 1935 г. вводилась уголовная ответственность за подстрекательство или привлечения несовершеннолетних к участию в различных преступлениях, а также за понуждение несовершеннолетних к занятию спекуляцией, проституцией, нищенством и т.п. Постановление предписывало карать подобные действия тюремным заключением не ниже пяти лет. УК РСФСР 1926 г. в этой связи был дополнен ст. 732.

В УК РСФСР 1960 г. также предусматривалось ответственность не только за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность, но также и за пьянство, занятие попрошайничеством, проституцией, азартными играми, а равно за использование несовершеннолетних для целей паразитического существования (ст. 210).

В 1972 г. в УК РСФСР дополнительно была внесена ст. 2101, предусматривающая ответственность за доведение несовершеннолетнего до состояния опьянения лицом, в служебной зависимости от которого находился несовершеннолетний, а в 1987 г. – ст. 2102, которая устанавливала ответственность за вовлечение несовершеннолетних в немедицинское потребление лекарственных и иных средств, не являющихся наркотическими, влекущих одурманивание.

По УК РСФСР 1922 г. вербовка женщин для занятия проституцией рассматривалась как совершенная при отягчающих обстоятельствах, если это деяние совершалось в отношении несовершеннолетних (ч. 2 ст. 171). В ч. 2 ст. 158 УК РСФСР 1926 г. предусматривалась ответственность за понуждение детей к занятию нищенством. В связи с принятием Постановления ЦИК и СНК СССР от 7 апреля 1935 г. «О мерах борьбы с преступностью несовершеннолетних» и рядом других документов, направленных на борьбу с детской беспризорностью и безнадзорностью, в 1935 г. указанный УК РСФСР был дополнен ст. 1581, устанавливающей ответственность за использование опеки в корыстных целях и оставление опекаемых детей без надзора и необходимой материальной помощи. В ч. 2 той же статьи предусматривалась ответственность за неприятие мер охраны и заботы о воспитании детей-сирот председателями сельских советов и назначенными ими опекунами, допустившими своими действиями или бездействием вступление этих детей на путь бродяжничества.

Таким образом, в содержании гл. 20 УК РФ сохранена преемственность с ранее действовавшим законодательством, имевшим объектом уголовно-правовой охраны интересы семьи и несовершеннолетних.

В первоначальной редакции указанной главы в ней содержалась уголовная ответственность за торговлю несовершеннолетними (ст. 152), но в соответствии с Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ эта статья утратила силу. Ответственность за указанное деяние теперь наступает по ч. 2 ст. 1271, введенной в настоящий УК РФ тем же Федеральным законом[66].

Составы преступлений, имеющие своей целью уголовно-правовую защиту несовершеннолетних, содержатся и в других главах УК РФ.

Отмечая постоянную положительную тенденцию уголовного законодательства расширения составов преступлений, направленных на охрану прав и законных интересов несовершеннолетних, этот процесс должен быть продолжен с учетом следующих положений:

– многие права несовершеннолетних не получили гарантий в виде самой крайней формы юридической ответственности, каковой является уголовно-правовое принуждение;

– потенциал репрессии уголовного закона в отношении лиц, нарушающих права и законные интересы несовершеннолетних, является недостаточным.

В этой связи потребность в усилении гарантий безопасности несовершеннолетних и защите их законных интересов требует совершенствования уголовного закона не только в направлении расширения признаков имеющихся составов преступлений, конструирования новых, но и использования резервов законодательной техники.

По мнению Ю.В. Николаевой, в систему преступлений против несовершеннолетних включены четыре группы:

1) преступления, связанные с вовлечением несовершеннолетних в совершение преступлений и (или) иных антиобщественных действий;

2) преступления против личности несовершеннолетних;

3) преступления против психического и физического развития несовершеннолетних;

4) преступления, связанные с нарушением интересов и имущественных прав несовершеннолетних[67].

Ю.Е. Пудовочкин расширяет систему преступлений против несовершеннолетних, и считает, что таковых групп пять:

1) преступления, нарушающие право несовершеннолетнего на защиту от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию;

2) преступления, нарушающие право несовершеннолетнего проживать с родителями и воспитываться в семье;

3) преступления, нарушающие право несовершеннолетнего на воспитание, заботу и обязательную финансовую поддержку;

4) преступления, нарушающие право несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации;

5) преступления, нарушающие право несовершеннолетнего в сфере профессиональной ориентации, профессиональной подготовки[68].

Как видно, при желании классификацию преступлений против несовершеннолетних можно и увеличить. По нашему же мнению, основным критерием, характеризующим преступление против несовершеннолетних, является совершение любого уголовно наказуемого общественно опасного деяния, которое причиняет вред (ставит под угрозу причинения) правам и законным интересам ребенка.

Так, в семнадцати составах УК РФ предусматривается квалифицирующий признак «совершение в отношении несовершеннолетнего»: ст. 117, 121, 122,125, 126, 127, 127.1, 127.2, 131, 132, ч. 2 ст. 158, 206, 228.1, 230, 240, 241, 359 УК РФ.

Кроме того, в десяти составах УК РФ предусматривает такой квалифицирующий признак, как совершение преступления в отношении малолетнего, или лица, не достигшего возраста четырнадцати лет (ст. 105,111, 112, 131, 132, 134, 135, 241, 242.1, 242.2 УК РФ).

Вместе с тем, в отношении исследуемой категории лиц совершаются не только те преступления, в которых несовершеннолетний (малолетний) указаны как квалифицирующий признак. Обоснованно будет отнесение к таковым, например, мошенничеств, совершенных по признаку «повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение» ч. 4 ст. 159 УК РФ в том случае, если оно нарушает право ребенка на жилище[69].

При этом важно принимать во внимание, что преступления в отношении несовершеннолетних характеризуются высокой степенью латентности.
Поэтому показатели официальной статистики данного вида преступлений, в известной степени, можно считать,условными.

Учитывая статистические данные, можно сделать закономерный вывод: чем меньше возраст ребенка, тем больше вероятность того, что факт совершенного в отношении него посягательства останется скрытым, а нарушение законных интересов будет прямо пропорциональным преступным посягательствам.

Кроме того, вызывает интерес тот факт, что в ст. 60 УК РФ отмечено «При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства,смягчающие и отягчающие наказание…», их установление имеет существенное значение для правильного решения вопроса об индивидуализации наказания.

Однако если проанализировать ст. 63 УК РФ (Обстоятельства отягчающие наказание), то можно увидеть в ней только совершение преступлений в отношении малолетнего (п. з ч. 1 ст. 63 УК РФ) и совершение преступления в отношении несовершеннолетнего (несовершеннолетней) родителем или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего (несовершеннолетней), а равно педагогическим работником или другим работником образовательной организации, медицинской организации, организации, оказывающей социальные услуги, либо иной организации, обязанным осуществлять надзор за несовершеннолетним (несовершеннолетней) (п.п ч. 1 ст. 63 УК РФ), т.е. в данном случае речь идет о специальном субъекте совершения преступления[70].

Из этого следует: если преступление в отношении несовершеннолетнего совершается субъектом, не подпадающим под данную категорию, то в случае отсутствия соответствующего квалифицирующего признака в норме Особенной части УК РФ, ребенок остается без усиленной защиты уголовного закона.

В соответствии с законом «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации», государство исходит из принципов приоритетности подготовки детей к полноценной жизни в обществе, развития у них общественно значимой и творческой активности, воспитания в них высоких нравственных качеств, патриотизма и гражданственности. Тлетворное влияние взрослых, отсюда, должно решительно пресекаться всеми доступными средствами, в том числе и уголовно-правового характера. Сказанное касается в полной мере противозаконных действий, выражающихся в вовлечении подростков в антиобщественное поведение.

УК РФ предусматривает ряд других преступлений, не входящих в главу 20, направленных на нормальное физическое и нравственное развитие несовершеннолетних (например, половое сношение или иные действия сексуального характера – ст. 134, развратные действия – ст. 135, торговля людьми – п. «б» ч. 2 ст. 127.1, использование рабского труда – п. «б» ч. 2 ст. 127.2, захват заложника – п. «д» ч. 2 ст. 206, склонение к потреблению наркотических средств или психотропных веществ или их аналогов – п. «а» ч. 3 ст. 230, вовлечение в занятие проституцией – ч. 3 ст. 240). Однако они имеют иные родовой и видовой объекты и потому не включены в главу 20 УК «Преступления против семьи и несовершеннолетних»[71].

Половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста в уголовном праве России – деяние, являющееся преступным согласно статье 134 Уголовного кодекса РФ. Уголовная ответственность устанавливается за половое сношение, мужеложство и лесбиянство с лицом, не достигшим 16-летнего возраста, совершенное лицом, достигшим 18-летнего возраста.

Основным непосредственным объектом данного преступления является половая неприкосновенность лица, не достигшего 16-летнего возраста. Кроме того, в качестве дополнительного объекта выступают интересы нормального психического и физического развития несовершеннолетних[72]. Как отмечается, раннее начало половой жизни, особенно при значительной разнице в возрасте партнёров, может приводить к нарушению процесса формирования нравственных установок, касающихся сексуальных отношений, к возникновению у потерпевших циничного отношения к половым контактам. Жертвы таких преступлений чаще демонстрируют распущенность в половой жизни, легче вовлекаются в занятие проституцией. Вовлечение в сексуальные отношения в подростковом возрасте детерминирует совершение в будущем сексуальных преступлений жертвами такого вовлечения[73].

Факультативным объектом выступает здоровье лица, не достигшего 16-летнего возраста. Вред здоровью может причиняться как в связи с недостаточным развитием половых органов потерпевших, так и в связи с возможным наступлением беременности, которая у неполностью половозрелой девушки способна негативно сказаться на её состоянии[74].

Потерпевшими при совершении деяния в форме полового сношения могут быть любые лица, в форме мужеложства – лица мужского пола, в форме лесбиянства – женского пола.

Основными признаками потерпевшего, определяющими возможность применения данной статьи, выступает возраст. В деяниях, предусмотренных частями 1 и 2 ст. 134 УК РФ, потерпевшим может быть только лицо, достигшее возраста 14 лет, но не достигшее 16-летнего возраста. В деяниях, предусмотренных частями 3 и 6 ст. 134 УК РФ, потерпевшим может быть только лицо, достигшее возраста 12 лет, но не достигшее возраста 14 лет. Потерпевшими от деяний, предусмотренных частями 4 и 5 ст. 134 УК РФ, могут быть как лица в возрасте от 12 до 14 лет, так и лица в возрасте от 14 до 16 лет. При этом квалификация преступлений по соответствующим возрастным признакам возможна лишь в случаях, когда виновный знал или допускал, что потерпевшим является лицо, не достигшее определённого возраста (п. 22 ППВС № 16).

Потерпевшим от данного деяния не может быть лицо, не достигшее возраста 12 лет, поскольку законодатель в примечании к ст. 131 УК РФ однозначно презюмирует, что такое лицо в силу возраста находится в беспомощном состоянии, то есть не может понимать характер и значение совершаемых с ним действий.

В течение длительного времени в УК РФ отсутствовали указания на недостижение потерпевшим от данного преступления половой зрелости, хотя данный признак и являлся криминообразующим в УК РСФСР 1960 года. Федеральным законом 29.02.2012 № 14-ФЗ редакция ст. 134 УК РФ была изменена: была установлена необходимость устанавливать недостижение половой зрелости, если возраст потерпевшего составляет от 14 до 16 лет. Федеральным законом от 28.12.2013 № 380-ФЗ вновь были внесены изменения в ст. 134, исключившие такую необходимость. Таким образом, признак половой зрелости потерпевшего необходимо устанавливать для преступлений, совершённых в период действия Федерального закона 29.02.2012 № 14-ФЗ: по 9 января 2013 года (данный закон имеет обратную силу, так как частично декриминализовал деяния, совершённые с лицом, достигшим 14-летнего возраста и половой зрелости).

Следует отметить, что в научной литературе исключение из уголовного законодательства такого признака деяния, как недостижение потерпевшим половой зрелости, оценивалось скорее положительно. Указывалось, что достижение половой зрелости крайне сложно устанавливалось на практике (для этого требовалась специальная экспертиза). Кроме того, отмечалось, что, в отличие от возраста, половая зрелость потерпевших крайне редко может быть установлена субъектом преступления, что вносит элемент объективного вменения[75].

Объективная сторона состава, предусмотренного частью 1 ст. 134 УК РФ, включает в себя такое действие, как совершение полового сношения, то есть совершение полового акта между мужчиной и женщиной. В юридической литературе и судебной практике содержание понятия «половое сношение» обычно рассматривается при характеристике ст. 131 УК РФ. В отличие от изнасилования (ст. 131 УК РФ), инициатором полового сношения может выступать как совершеннолетний мужчина (в отношении несовершеннолетней девушки), так и совершеннолетняя женщина (в отношении несовершеннолетнего юноши).

Объективная сторона состава, предусмотренного частью 2 ст. 134 УК РФ, включает совершение мужеложства (сексуальные контакты между мужчинами) или лесбиянства (сексуальные контакты между женщинами). Конкретные формы таких действий в законодательстве не конкретизированы, что вызывает споры в среде специалистов относительно их содержания (например, относительно включения оральных половых контактов в понятие «мужеложство»). Данные вопросы обычно рассматриваются применительно к квалификации насильственных действий сексуального характера (ст. 132 УК РФ).

Следует отметить, что иные действия сексуального характера (к которым относится, в частности, оральный и анальный секс) хотя и упомянуты в названии статьи, не включены в диспозицию данной уголовно-правовой нормы. Отмечается, что расширительное толкование диспозиции в данном случае недопустимо, и подобные действия не должны квалифицироваться по ст. 134 УК РФ[76]. Предлагается до устранения пробела в законодательстве квалифицировать такие действия как развратные действия (ст. 135 УК РФ)[77]. Некоторые авторы предлагают также расширенно толковать понятие «половое сношение» применительно к ст. 134, включая в него также анальный и оральный половой акт. Это даёт возможность квалифицировать такие действия по ст. 134 УК РФ, однако имитация полового акта, в том числе с использованием различных предметов, всё же не может охватываться диспозицией данной статьи и должна рассматриваться как развратные действия[78].

Важным признаком объективной стороны преступления является использование способа, отличного от применения насилия, угрозы применением насилия в ближайшем будущем или использования беспомощного состояния потерпевших. Использование подобных способов для принуждения к вступлению в половую связь требует квалификации деяния по ст. 131 или 132 УК РФ как изнасилования или насильственных действий сексуального характера соответственно. Квалификация по ст. 134 УК РФ возможна, даже если используемый способ получения согласия на вступление в половую связь сопряжён с определённым пороком воли несовершеннолетнего лица. Например, квалифицируется по ст. 134 УК РФ фактическое вступление в половой контакт, если для получения согласия использовались такие способы понуждения как шантаж, угроза уничтожением, повреждением или изъятием имущества, использование материальной или иной зависимости (ст. 133 УК РФ), угроза насилием, обращённая в будущее, обман относительно истинных намерений совершеннолетнего лица и т.д. Не исключается также квалификация деяния по данной статье, если инициатором вступления в сексуальный контакт является несовершеннолетний партнёр.

Следует, однако, учитывать, что несовершеннолетний партнёр должен понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказать сопротивление виновному лицу, поскольку в противном случае внешнее отсутствие признаков насилия или угрозы насилия не имеет значения, так как имеет место использование беспомощного состояния. Для установления данного обстоятельства может использоваться судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Состав формальный, для квалификации деяния по ст. 134 УК РФ не требуется наступления каких-либо негативных последствий для несовершеннолетнего потерпевшего. Окончено деяние с момента физиологического начала полового сношения или иных действий сексуального характера.

Субъектом преступления является физическое вменяемое лицо, достигшее 18-летнего возраста. Субъектом деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 134 УК РФ, может являться только лицо, которое на момент совершения деяния не состояло в зарегистрированных брачных отношениях с потерпевшим.

Совершение преступления родителем или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетних, педагогом или другим работником образовательного, воспитательного, лечебного либо иного учреждения, обязанным осуществлять надзор за несовершеннолетними, не является квалифицирующим признаком данного преступления, но по общему правилу признаётся отягчающим обстоятельством (п. «п» ст. 63 УК РФ).

Субъективная сторона характеризуется умышленной формой вины. Федеральным законом от 29.02.2012 № 14-ФЗ из диспозиции статьи исключено указание на заведомое знание о возрасте потерпевших. Ранее подобное изменение редакции уже произошло в ст. 131 и 132 УК РФ, ввиду чего следует применять выработанные практикой применительно к данным статьям правила квалификации. Согласно им, для признания наличия в действиях лица состава преступления в настоящее время не является обязательным установление достоверного знания обвиняемого о возрасте потерпевших, достаточно предположительного знания.

В то же время, следует учитывать возможность добросовестного заблуждения обвиняемого о возрасте потерпевших (например, в силу того, что возраст потерпевшего лица приближается к 16-летию (то есть к возрасту согласия) или в силу акселерации оно выглядит взрослее своего возраста). Судебная практика исходит из того, что исключение указания на «заведомость» из редакции статей Уголовного кодекса РФ не освобождает органы следствия от обязанности доказывания наличия у обвиняемого лица умысла на совершение инкриминируемых ему действий, то есть от обязанности доказывания, что обвиняемый «знал (прямой умысел) или допускал (косвенный умысел), что потерпевший(-ая) не достиг(ла) возраста, указанного в диспозиции соответствующей статьи 131–135 УК РФ»[79]. О возрасте потерпевшего лицо может судить как на основании достоверных сведений (например, если оно является её родственником, знакомым, соседом), так и на основании, например, внешнего облика.

Мотивы совершения преступления не имеют значения для квалификации. В данном половом преступлении преобладает сексуальная
мотивация, в том числе осложнённая расстройствами полового влечения (такими как педофилия). Однако влечение к лицам, не достигшим половой зрелости, может быть и следствием недостаточной уверенности в собственной сексуальной состоятельности. В таких случаях мотивом совершения преступления может служить стремление к утверждению. Квалифицированные составы данного деяния предусмотрены частями 3, 4, 5 и 6 ст. 134 УК РФ.

Часть 3 ст. 134 УК РФ предусматривает ответственность за половое сношение, мужеложство или лесбиянство, совершенные с лицом, достигшим двенадцатилетнего возраста, но не достигшим четырнадцатилетнего возраста.

Часть 4 ст. 134 УК РФ предусматривает ответственность за половое сношение, мужеложство или лесбиянство, совершённые в отношении двух и более потерпевших, входящих в описанные в ч. 1, 2 и 3 ст. 134 УК РФ возрастные категории.

Часть 5 ст. 134 УК РФ устанавливает ответственность за совершение указанных деяний в составе группы лиц, группы лиц по предварительному сговору или организованной группы.

Часть 6 ст. 134 УК РФ предусматривает ответственность за половое сношение, мужеложство или лесбиянство, совершенные с лицом, достигшим двенадцатилетнего возраста, но не достигшим четырнадцатилетнего возраста, совершённое лицом, имеющим судимость за ранее совершенное преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего.

Половые сношения или иные действия сексуального характера в отношении двух или более лиц могут быть совершены одновременно или в разное время, не образуют совокупности преступлений и подлежит квалификации по ч. 4 ст. 134 УК РФ, а при наличии к тому оснований – по ч. 5 и 6 данной статьи, при условии, что ни за одно из данных деяний виновный ранее не был осужден (п. 19 ППВС № 16[80]).

Совершение оконченного деяния, предусмотренного ст. 134 УК РФ, в отношении одного потерпевшего и покушение на совершение аналогичного деяния в отношении другого потерпевшего не может рассматриваться как оконченное преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 134 УК РФ. В таких случаях независимо от последовательности преступных действий содеянное следует квалифицировать по ч. 1–3, 5–6 ст. 134 и по ч. 3 ст. 30 и ч. 4 ст. 134 УК РФ (т.е. как совокупность оконченного деяния, направленного на одного потерпевшего, и покушения на аналогичное деяние, совершённое в отношении двух и более потерпевших).

Особенности квалификации группового совершения данного деяния разработаны в теории и практике уголовного права применительно к составу группового изнасилования (п. «а» ч. 2 ст. 131 УК РФ) и разъясняются п. 10 ППВС № 16. Понятия «группа лиц», «группа лиц по предварительному сговору» и «организованная группа» определяются в ст. 35 УК РФ. По данной части осуществляется также квалификация преступного деяния, совершённого членами преступного сообщества (преступной организации), которое в такой ситуации приравнивается к организованной группе.

Групповое деяние может совершаться как в отношении одного, так и нескольких потерпевших. В последнем случае не имеет значения, совершали ли несколько лиц половое сношение или иные действия сексуального характера с одним потерпевшим, либо каждый из участников группы совершал указанные действия с одним из потерпевших.

Если лицо непосредственно не вступало в половое сношение или не совершало действия сексуального характера с потерпевшим лицом, а лишь содействовало совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации виновному лицу либо устранением препятствий, а также наблюдало за окружающей обстановкой в момент совершения изнасилования и т.п., оно признаётся пособником преступления, предусмотренного ст. 134. Пособничество должно быть активным: не являются пособничеством такие действия, как несовершение действий по воспрепятствованию совершению деяния[81].

Особенности имеет квалификация действий участников организованной группы: независимо от фактически выполняемой роли, организатор и участники группы несут ответственность как соисполнители преступления по ч. 5 ст. 134 без ссылки на ст. 33 УК РФ[82]. Некоторые учёные не соглашаются с таким толкованием закона, требуя оценки действий участников такой группы в соответствии с выполняемыми ролями[83].

Как и во всех случаях совершения группового преступления, квалификация по ч. 5 ст. 134 УК РФ осуществляется только если непосредственное исполнение преступления осуществлялось двумя и более лицами, способными нести уголовную ответственность и обладающими признаками специального субъекта, что применительно к данному деянию означает участие в совершении деяния не менее двух совершеннолетних лиц. Также не может быть признано групповым совершение полового сношения или иных действий сексуального характера несколькими лицами в отношении одного и того же потерпевшего, осуществлявшиеся независимо, без согласования и оказания содействия друг другу[84].

При групповом способе совершения данное преступное деяние окончено с момента начала совершения полового сношения либо иных действий сексуального характера любым из участников группы, поэтому независимо от того, удалось ли прочим соучастникам совершить аналогичные действия, они несут ответственность за оконченное преступление. Иное решение вопроса об ответственности возможно лишь в случае совершения деяния группой лиц без предварительного сговора, когда имеет место присоединение лица к уже совершаемому преступному деянию; в таком случае действия каждого из соучастников квалифицируются исходя из содержания тех эпизодов преступления, в которых они принимали непосредственное участие.

Для квалификации деяния по ч. 6 ст. 134 УК РФ, судимость за ранее совершённые преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних должна быть неснятой и непогашенной. К таким преступлениям относятся следующие деяния: изнасилование и насильственные действия сексуального характера, совершённые в отношении лиц, не достигших 18-летнего возраста (ст. 131, 132 УК РФ), половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим возраста 16 лет (ст. 134 УК РФ), развратные действия (ст. 135 УК РФ) (п. 14 ППВС № 16).

В ситуации, когда виновный вначале совершает насильственное половое сношение или иные действия сексуального характера с потерпевшим, не достигшим 16-летнего возраста, а потом совершает половые акты или иные действия сексуального характера по добровольному согласию, содеянное квалифицируется по совокупности ст. 131 или 132 УК РФ и ст. 134 УК РФ.

Если после начала полового сношения, мужеложства или лесбиянства к потерпевшему лицу с целью его понуждения к продолжению совершения таких действий применяется насилие или выражается угроза применения насилия, содеянное охватывается ст. 131 УК РФ или ст. 132 УК РФ и не требует дополнительной квалификации по ст. 134 УК РФ (п. 18 ППВС № 16).

В силу примечания к ст. 131 УК РФ, половое сношение и иные действия сексуального характера, совершённые в отношении лиц, не достигших 12-летнего возраста, рассматриваются как изнасилование или насильственные действия сексуального характера. Следует также иметь в виду, что ответственность за данные преступления наступает с 14-летнего возраста. Ввиду этого возможным становится привлечение к ответственности несовершеннолетнего, достигшего 14-летнего возраста, за совершение действий сексуального характера в отношении лица, не достигшего 12-летнего возраста (п. 20 ППВС № 16).

Примечание 1 к ст. 134 УК РФ предусматривает специальное основание освобождения от наказания за данное преступление, являющееся разновидностью освобождения от наказания в связи с изменением обстановки. Лицо, впервые совершившее половое сношение с лицом, достигшим 14-летнего, но не достигшим 16-летнего возраста (ч. 1 ст. 134 УК РФ), освобождается судом от наказания, если будет установлено, что это лицо и совершенное им преступление перестали быть общественно опасными в связи со вступлением в брак с потерпевшей (потерпевшим).

Впервые совершившим преступление считается лицо, не имеющее неснятой и непогашенной судимости за аналогичное деяние. Освобождение от наказания в случае установления данного обстоятельства является обязанностью суда.

Поскольку деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 134 УК РФ, относится к категории преступлений средней тяжести, возможно также освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ) и примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ).

По ст. 135 УК РФ (Развратные действия) потерпевшим может быть любое лицо как мужского, так и женского пола, не достигшее 16 лет. По УК 1960 г. (ст. 120) были наказуемы развратные действия в отношении несовершеннолетних.

Объективная сторона заключается в совершении развратных действий без применения насилия.

Развратные действия могут носить разнообразный характер сексуальной направленности, но ими не являются половое сношение, мужеложство и лесбиянство в отношении лица, не достигшего 16 лет. При насильственном совершении таких действий сексуального характера ответственность наступает по ст. 131 или 132, а при добровольном, без насилия, – по ст. 134.

К развратным действиям, наказуемым по ст. 135, относятся направленные на удовлетворение половой страсти или на возбуждение полового инстинкта «иные действия сексуального характера» (ст. 132 и 133 УК): мастурбация, удовлетворение половой потребности с лицом другого пола через рот или прямую кишку, с использованием различных суррогатных форм – введение полового члена между молочными железами, сжатыми бедрами партнерши и т.п.

Распространены среди растлителей такие формы развратных действий, как демонстрация подросткам обнаженного полового органа, дотрагивание руками до груди или до половых органов, в том числе с повреждением девственной плевы ребенка, совершение полового акта в присутствии подростка.

К развратным действиям практика относит также ознакомление детей с порнопродукцией (открытками, фотографиями, рисунками, видеофильмами, магнитными записями и литературой порнографического содержания).

Если развратные действия без применения насилия завершились вступлением в половую связь (половое сношение, мужеложство, лесбиянство), содеянное квалифицируется по ст. 134. Дополнительной квалификации по ст. 135 не требуется, поскольку одно деяние явилось стадией совершения другого, более тяжкого преступления.

Вторым обязательным признаком объективной стороны является неприменение (отсутствие) насилия. В случае его применения уголовно-правовая оценка резко меняется (ст. 131, 132). Если развратные действия предшествовали изнасилованию, насильственному мужеложству и т.д., содеянное охватывается ст. 131 или 132, и дополнительной квалификации по ст. 135 не нужно. Она требуется лишь в случае реальной совокупности таких преступлений (например, совершено изнасилование потерпевшей в присутствии ее малолетнего ребенка).

Возникает вопрос об уголовно-правовой оценке развратных действий с применением угроз насилием или с использованием беспомощного состояния подростка. При буквальном толковании закона содеянное при таких условиях может быть квалифицировано по ст. 135, поскольку в ней в качестве отграничивающего назван лишь один признак: «без применения насилия». Думается, налицо сбой в законодательной технике, так как при наличии угроз насилием и использовании беспомощного состояния ребенка содеянное подпадает под признаки ст. 131 или 132. Точнее в диспозиции ст. 135 было говорить об отсутствие в деянии признаков, указанных в ст. 131–134 УК.

Состав преступления формальный, поэтому преступление полагается оконченным с момента начала развратных действий.

Субъектом преступления может быть лицо как мужского, так и женского пола, достигшее 16 лет. При этом не имеет значения для квалификации, достиг ли потерпевший (потерпевшая) половой зрелости, вступал ли он ранее в половые сношения, и т.п.

Обращает на себя внимание определенная непоследовательность законодателя: унифицировав возраст потерпевших в ст. 134 и 135, он в то же время по-разному определил в тех же статьях минимальный возраст уголовной ответственности. В итоге получается, что за менее опасный вид поведения – развратные действия – подлежит наказанию и лицо несовершеннолетнее, достигшее 16 лет, а более опасное (половая связь), включающее в качестве составной части развратные действия, наказуемо лишь с 18 лет.

Пленум Верховного Суда РФ в абз. 3 п. 8 постановления от 15 июня 2004 г. № 11 особо обратил внимание на следующее: при решении вопроса об ответственности лиц, не достигших совершеннолетия, за развратные действия в отношении несовершеннолетних необходимо учитывать, что закон направлен на охрану нормального развития несовершеннолетних обоего пола. Поэтому суд должен в каждом конкретном случае подходить к решению вопросов ответственности и наказания строго дифференцированно, учитывая возраст обоих несовершеннолетних, данные, характеризующие их личность, наступившие последствия и другие обстоятельства дела.

С субъективной стороны преступление характеризуется прямым умыслом: лицо осознает, что совершаемые им действия сексуального характера направлены на растление потерпевшего, и желает их совершения. Целью таких действий является удовлетворение сексуальных потребностей у виновного либо возбуждение полового инстинкта у подростка.

Так же, как и в ст. 134, в диспозицию включен признак заведомости. Предполагается осведомленность, знание виновным того, что потерпевшему на момент развратных действий не исполнилось 16 лет.

В отличие от ранее действовавшей ст. 152 УК «Торговля несовершеннолетними» ч. 1 ст. 127.1 предусматривает ответственность за торговлю людьми независимо от их пола и возраста. Совершение того же деяния в отношении заведомо несовершеннолетнего образует квалифицированный вид преступления (п. «б» ч. 2).

Объективная сторона преступления может заключаться в совершении хотя бы одного из действий, перечисленных в ч. 1 комментируемой статьи. Купля-продажа человека предполагает передачу его одним лицом (лицами) другому лицу (лицам) за материальное вознаграждение. Ответственность несут обе стороны сделки – как продавец, так и покупатель.

Данное преступление имеет своим объектом свободу человека, а не отношения собственности. Поэтому материальное вознаграждение не является обязательным признаком совершения его в других формах, о которых говорит закон: вербовка, перевозка, передача, укрывательство или получение.

Обязательным условием уголовной ответственности является совершение купли-продажи человека (или иных перечисленных действий) в целях его эксплуатации. Понятие эксплуатации применительно к данному составу раскрывается во втором примечании к статье. Это различные формы сексуальной эксплуатации, рабский труд (услуги), подневольное состояние, изъятие органов или тканей. Эксплуатация человека характеризует цель данного преступления, но не является элементом его объективной стороны. Поэтому эксплуатация, выразившаяся в совершении действий, прямо запрещенных уголовным законом, требует самостоятельной квалификации по соответствующей статье УК. Например, ст. 127.2 (использование рабского труда), ст. 111 (изъятие органов или тканей потерпевшего), ст. 241 (организация занятия проституцией).

Данная статья заметно повышает ответственность за торговлю несовершеннолетними по сравнению с утратившей силу ст. 152 УК. Совершение данного деяния в отношении заведомо несовершеннолетнего образует квалифицированный вид преступления (п. «б» ч. 2 комментируемой статьи), независимо от наличия других квалифицирующих признаков. Если же торговля несовершеннолетними сопровождается их сексуальной эксплуатацией или вовлечением в совершение преступления либо в совершение антиобщественных действий, в потребление наркотиков, содеянное должно квалифицироваться по совокупности совершенных преступлений (ст. 134, 135, 150, 151, 230, 240, 241, 242.1 УК).

Среди квалифицирующих признаков, названных в ч. 2 и 3 комментируемой статьи, специфическими являются: совершение преступления с перемещением потерпевшего через государственную границу РФ или с незаконным удержанием его за границей (п. «г» ч. 2); с использованием поддельных документов, а равно с изъятием, сокрытием либо уничтожением документов, удостоверяющих личность потерпевшего. Перемещение через государственную границу образует квалифицирующий признак независимо от того, как происходило это перемещение: с территории РФ или в обратном направлении, а также транзитом; через границу со странами дальнего зарубежья или со странами СНГ. Пересечение границы может осуществляться как скрытно от пограничного контроля, так и открыто, обычно с использованием поддельных документов (п. «д» ч. 2).

Изъятие, сокрытие либо уничтожение документов, удостоверяющих личность потерпевшего, – один из опасных способов, который наряду с насилием или угрозой ставит совершеннолетнего потерпевшего в зависимое положение, превращает в безвольный предмет торговли, лишает его возможности разорвать кабальный контракт, возвратиться в страну по своему желанию.

Субъективная сторона деяния – прямой умысел. По отношению к последствиям, названным в п. «а» ч. 3 указанной статьи (смерть, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего или иные тяжкие последствия), – неосторожность в форме легкомыслия или небрежности.

Субъект – вменяемое физическое лицо, достигшее 16 лет.

Статья 1 Конвенции относительно рабства от 25 сентября 1926 г. определяет рабство как состояние или положение человека, над которым осуществляются атрибуты права собственности или некоторые из них[85].

В соответствии со ст. 37 Конституции РФ принудительный труд запрещен, каждый имеет право на труд, отвечающий требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации.

Непосредственный объект преступления – право человека на свободный труд, личная физическая свобода человека. Дополнительным объектом могут являться здоровье потерпевшего и его жизнь.

Объективная сторона преступления выражается в деянии в виде действия – использование виновным труда другого человека, при котором он в отношении этого лица осуществляет полномочия, присущие праву собственности. Виновный владеет, пользуется и распоряжается результатами труда подневольного работника, его услугами, а подневольное лицо по не зависящим от него причинам не может отказаться от их выполнения. Формы криминальной эксплуатации могут быть самыми разнообразными: от физического, интеллектуального использования потерпевшего в подневольной трудовой деятельности до использования биологических возможностей человека (сексуальная эксплуатация). Способы принуждения для осуществления подневольной трудовой деятельности могут быть различными, одним из самых распространенных является экономическое принуждение, которое не выделено законодателем в качестве квалифицирующего признака состава.

Преступление считается оконченным с момента фактического использования виновным рабского труда другого человека, если потерпевший по не зависящим от него причинам не может отказаться от выполнения работ или услуг.

Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла. Виновный осознает, что использует рабский труд другого человека, и желает этого.

Субъект преступления – физическое, вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет, которое осуществляет в отношении жертвы полномочия собственника.

Квалифицирующие признаки ч. 2 и 3 ст. 127.2 УК по своему содержанию в основном совпадают с квалифицирующими признаками ч. 2 и 3 ст. 127.1 УК. Под шантажом при использовании рабского труда следует понимать угрозу со стороны виновного лица предать огласке порочащие другое лицо или его близких сведения или такие данные, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего.

Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК РФ). В соответствии с преамбулой Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» детство признается важным этапом в жизни человека. Государство исходит из принципов приоритетности подготовки детей к полноценной жизни в обществе, развития у них общественно значимой и творческой активности, воспитания в них высоких нравственных качеств, патриотизма и гражданственности. Тлетворное влияние взрослых должно решительно пресекаться всеми доступными средствами, в том числе и уголовно-правового характера. Сказанное касается в полной мере противозаконных деяний, выражающихся в вовлечении несовершеннолетних в совершение преступления либо иные акты антиобщественного поведения.

Норма, предусматривающая уголовную ответственность за вовлечение ребенка в антиобщественную деятельность, претерпела в УК РФ серьезные изменения.

Во-первых, законодателем иначе определен родовой объект вовлечения и, соответственно, изменено место состава в Особенной части (ст. 210 УК РСФСР 1960 г. располагалась в главе «Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения»).

Во-вторых, осуществлена дифференциация ответственности в зависимости от того, в какой вид деятельности вовлекалось лицо – в преступление (ст. 150 УК РФ) или в совершение иных антиобщественных действий (ст. 151 УК РФ).

В-третьих, в ст. 150 уже и точнее определен предмет вовлечения: говорится о вовлечении в преступление, а не в преступную деятельность. Последнее понятие более широкое, использовавшееся в диспозиции ст. 210 УК РСФСР 1960 г.

В-четвертых, дифференцирована наказуемость в пределах каждого из упомянутых видов поведения (ч. 1–4 ст. 150, ч. 1–3 ст. 151 УК РФ).

Наконец, усилены санкции за квалифицированные виды вовлечения: вместо максимально возможных 5 лет лишения свободы по ст. 210 УК РСФСР 1960 г. – от 5 до 8 лет по ч. 4 ст. 150 и до 6 лет лишения свободы по ч. 3 ст. 151 УК РФ.

Помимо основного объекта – нормального физического и нравственного развития несовершеннолетних, анализируемое преступление нередко ставит под угрозу нарушения также честь и достоинство, телесную и духовную неприкосновенность, здоровье человека.

Потерпевшим является несовершеннолетний мужского или женского пола, т.е. лицо, не достигшее возраста 18 лет (ст. 87 УК РФ) на момент действий виновного по вовлечению его в преступление. Подчас утверждают, что если малолетний по уровню своего социального развития не способен правильно оценить поведение взрослого, направленное на приобщение его к преступлению, то нет надлежащего потерпевшего и состав вовлечения (ст. 150) отсутствует. Такое утверждение, как не вытекающее из закона, спорно. Исходя из принципа субъективного вменения важно, что виновный сознательно направляет свои усилия на приобщение несовершеннолетних (и тем более малолетних) к антиобщественным актам поведения, к преступлению, формирует у них представление о дозволенности, одобряемости такого поведения.

Не имеет значения моральный облик несовершеннолетнего – был ли он ранее замечен в правонарушениях, получил ли он надлежащее воспитание в семье и т.д.

Объективная сторона слагается:

а) из деяния – вовлечения в совершение преступления;

б) из способов вовлечения – обещаний, обмана, угроз и т.п.

Вовлекать – означает привлекать, втягивать, затягивать, завлекать, «втравливать»[86] во что-либо. Отсюда под вовлечением следует понимать действия, направленные на возбуждение у несовершеннолетнего желания участвовать в совершении преступления (одного или нескольких).

Самого по себе факта совместного с несовершеннолетним участия в преступлении недостаточно для вменения в вину взрослому ст. 150. При отсутствии признаков вовлечения взрослые могут нести ответственность за соучастие.

Вовлечение в преступление осуществляется одним из способов, указанных в статье: обещания, обмана, угрозы и т.п. (в ст. 210 УК РСФСР 1960 г. способы не назывались). В случае обвинения лица в вовлечении несовершеннолетнего в преступление в процессуальных документах, в том числе в приговоре, должен быть указан примененный виновным способ вовлечения[87].

Обещание – это принятие на себя взрослым какого-либо обязательства перед несовершеннолетним, уверение в том, что он совершит в интересах вовлекаемого лица какие-либо выгодные для него действия (либо воздержится от действий). Например, виновный обещает защищать несовершеннолетнего от обидчиков, помочь деньгами или в трудоустройстве и т.д.

Обман связан с введением несовершеннолетнего в заблуждение относительно каких-либо фактов, событий.

Угрозы могут быть самыми разнообразными: прекратить дружбу, выселить из квартиры, уничтожить имущество, не давать больше в долг денег, разгласить компрометирующие сведения и т.д. Если несовершеннолетнему угрожают насилием, то налицо уже квалифицированный вид вовлечения (ч. 3 ст. 150).

К иным способам практика относит уговоры, уверения в безнаказанности, лесть, подкуп, возбуждение чувства мести, зависти, дачу совета о месте и способах совершения или сокрытия следов преступления и т.д.

Состав преступления – формальный. Оно полагается оконченным «с момента вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления... независимо от того, совершил ли он какое-либо из указанных противоправных действий»[88]. Спорной выглядит позиция практики, отраженная в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 3 декабря 1976 г. № 16, о том, что, если, несмотря на физическое или психическое воздействие, подросток не дал согласия участвовать в преступлении, действия взрослого должны расцениваться как покушение на вовлечение несовершеннолетнего в преступление[89].

В случае если под влиянием взрослого подросток совершает уголовно наказуемое деяние, действия взрослого квалифицируются по совокупности ст. 150 и статей, которые предусматривают ответственность за соучастие (в форме подстрекательства) в совершенном подростком преступлении. Если подросток, нарушивший уголовно-правовое предписание, не достиг возраста уголовной ответственности (14 лет или в других случаях – 16 лет), действия взрослого помимо ст. 150 квалифицируются как опосредованное исполнение уголовно-противоправного вида поведения, совершенного подростком.

Поскольку в действующем законе речь идет о вовлечении в преступление, должно быть установлено, в совершение какого именно деяния (хищение, убийство, изнасилование, угон транспортного средства и т.д.) вовлекался несовершеннолетний.

Субъектом преступления является лицо, достигшее к моменту действий по вовлечению в преступление 18-летнего возраста.

Субъективная сторона выражается в прямом умысле. При этом виновный должен осознавать (знать, считать возможным или вероятным, не исключать), что вовлекаемый является несовершеннолетним. Мотивы поведения могут быть различными.

Квалифицирующим обстоятельством в ч. 2 ст. 150 признается совершение деяния лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего. К таковым закон относит:

а) родителей;

б) педагогов;

в) иных лиц.

Норма носит отсылочный характер, адресуя правоприменителя к законодательным актам, предусматривающим возложение на определенных лиц обязанностей по воспитанию детей. Такое возложение регламентируется Семейным кодексом РФ, Законом РФ от 10 июля 1992 г. № 3266-1 «Об образовании»[90], Примерным положением о специализированном учреждении для несовершеннолетних, нуждающихся в социальной реабилитации[91], и т.д. Согласно этим актам к иным лицам следует относить усыновителей, опекунов, воспитателей и т.д.

В ч. 3 ст. 150 особо квалифицированным видом признано предусмотренное ч. 1 или 2 статьи деяние, совершенное с применением:

а) насилия;

б) угрозы насилия.

Насилие, выразившееся в нанесении побоев, причинении легкого вреда, истязании без квалифицирующих обстоятельств, охватывается признаками ч. 3 ст. 150. Угроза применения насилия охватывает все степени угроз нарушения телесной неприкосновенности личности, а также угрозу убийством.

Наиболее опасная разновидность вовлечения предусмотрена ч. 4 ст. 150, устанавливающей наказуемость деяний, описанных в ч. 1, 2 и 3 ст. 150, когда они связаны с вовлечением несовершеннолетнего:

а) в преступную группу (любую ее разновидность, названную в ст. 35 УК РФ);

б) в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления (ч. 4 и 5 ст. 15 УК РФ).

В последнем случае, если преступление не состоялось по не зависящим от взрослого обстоятельствам, вовлечение подростка должно рассматриваться как уголовно наказуемое приготовление к совершению преступления (ч. 5 ст. 34 УК РФ) и влечь ответственность помимо ст. 150 также по ст. 30 и статье Особенной части УК РФ, предусматривающей наказуемость соответствующего тяжкого или особо тяжкого посягательства. Особо квалифицированным видом в настоящее время признается также вовлечение несовершеннолетнего в преступление по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (ст. 151 УК РФ). Признаки данного деяния целиком совпадают с признаками преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ. Эти нормы соотносятся как специальная и общая, ибо преступление – это вид антиобщественного поведения. Статья 151, таким образом, применяется в случае, когда несовершеннолетний вовлекается в совершение не преступления, а иных названных в законе видов антиобщественных действий.

У сопоставляемых составов вовлечения (ст. 150 и 151 УК РФ) совпадают характеристики:

а) объекта, а также потерпевшего – им является несовершеннолетнее лицо;

б) субъекта преступления;

в) субъективной стороны и – частично –;

г) объективной стороны («вовлечение»).

Объективную сторону составляет вовлечение в различные оговоренные в ст. 151 виды антиобщественного поведения:

– систематическое употребление спиртных напитков или одурманивающих веществ;

– занятие бродяжничеством или попрошайничеством.

Для целей квалификации достаточно вовлечения несовершеннолетнего в совершение одного из этих актов поведения. По сравнению с УК РСФСР 1960 г. (ст. 210) их круг скорректирован: с одной стороны, он дополнен таким видом, как вовлечение в употребление одурманивающих веществ, с другой стороны, декриминализированы вовлечение в занятие азартными играми и использование подростка для целей паразитического существования. Кроме того, уточнены признаки вовлечения в пьянство – в ст. 151 указывается на приобщение к систематическому употреблению спиртных напитков[92].

Под спиртными напитками необходимо понимать напитки не только промышленного, но и кустарного изготовления и не только винно-водочные изделия, но и любые спиртосодержащие напитки (лекарственные настойки, парфюмерные растворы, денатурированный спирт и т.п.).

Понятие одурманивающих веществ в смысле ст. 151 может быть охарактеризовано с формальной и материальной стороны. По формальным признакам это вещества, как правило, не являющиеся предметом широкого повседневного спроса и не относящиеся:

а) к спиртным напиткам, ибо последние выделены в ст. 151 в качестве самостоятельного предмета;

б) к наркотическим и психотропным веществам.

Склонение к потреблению наркотических средств и психотропных веществ влечет самостоятельную ответственность по ст. 230 Кодекса. С материальной стороны они могут быть определены как вещества, обладающие токсическими свойствами и влекущие одурманивающий эффект при их потреблении, изменяющие поведение и психику лица. К одурманивающим практика относит, в частности, клофелин, хлороформ, эфир, толуол, хлорэтил, закись азота и т.д.

Наказуемым признается вовлечение лишь в систематическое (более двух раз) употребление спиртных напитков, одурманивающих веществ. При этом между отдельными актами, составляющими систему, не должно быть значительных разрывов во времени. Практика склонна усматривать признак систематичности, если зафиксировано не менее трех актов вовлечения на протяжении не более года.

Бродяжничество – это скитание, многократное перемещение лица из одной местности в другую без определенной цели, когда лицо существует на случайные заработки, за счет попрошайничества, мелких хищений и т.п.

Вовлечение в занятие бродяжничеством присутствует, когда виновный втягивает несовершеннолетнего как в совместное бродяжничество, так и в самостоятельное.

Под вовлечением в попрошайничество следует понимать склонение несовершеннолетнего к систематическому выпрашиванию денег или иных материальных ценностей у посторонних лиц.

Состав преступления – формальный. Оно полагается оконченным с момента совершения действий по вовлечению с применением обещаний, обмана, угроз или иного способа психического давления или физического воздействия на сознание и волю несовершеннолетнего. Неважно, удалось ли виновному в результате достичь своих целей.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Мотивы и цели вовлечения различны и на квалификацию не влияют. В ст. 151, как и в предыдущей статье, не введен ограничительный признак «заведомо несовершеннолетнего», как это сделано законодателем в ряде других статей (например, ст. 117, 121, 122, 126, 127, 134, 135 УК РФ и др.). Это позволяет утверждать, что для вменения ст. 151 необязательно знание виновным факта недостижения потерпевшим возраста 18 лет. Достаточно установить, что лицо не исключало (допускало) наличие такого факта[93]. Встречаются и иные утверждения: если виновный не знал, что вовлекаемое лицо – несовершеннолетний, в его действиях нет состава преступления, указанного в ст. 151.

Субъект преступления – лицо, достигшее возраста 18 лет.

Часть 2 статьи предусматривает наличие специального субъекта как обстоятельства, усиливающего санкцию: вовлечение, совершенное

а) родителем;

б) педагогом;

в) иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего.

Характеристика этого квалифицирующего обстоятельства была дана выше применительно к ст. 150 УК РФ.

В ч. 3 ст. 150 названо два особо квалифицирующих признака:

а) с применением насилия;

б) с угрозой его применения.

Согласно примечанию к ст. 151 действие этой статьи не распространяется на случаи вовлечения несовершеннолетнего в бродяжничество, если деяние совершено родителем вследствие стечения тяжелых жизненных обстоятельств[94].

Розничная продажа несовершеннолетним алкогольной продукции (ст. 151.1). Данная норма введена Федеральным законом от 21 июля 2011 г. № 253-ФЗ[95]. Основным непосредственным объектом данного преступления выступают общественные отношения, обеспечивающие нормальное развитие несовершеннолетних. Дополнительным объектом являются отношения, регулирующие порядок розничной продажи алкогольной продукции. Этот порядок определяется Федеральным законом от 22 ноября 1995 г. № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции»[96].

Предметом данного преступления выступает алкогольная продукция, понятие которой раскрывается в ст. 2 вышеназванного Закона. Алкогольная продукция – это пищевая продукция, которая произведена с использованием этилового спирта, произведенного из пищевого сырья и (или) спиртосодержащей пищевой продукции, с содержанием этилового спирта более 1,5 % объема готовой продукции. Алкогольная продукция подразделяется на такие виды, как питьевой этиловый спирт, спиртные напитки (в том числе водка), вино (в том числе натуральное вино).

Объективная сторона выражается в розничной продаже несовершеннолетним алкогольной продукции. Состав содержит административную преюдицию. Обязательным условием наступления уголовной ответственности является неоднократность розничной продажи, понятие которой раскрывается в примечании. Розничной продажей несовершеннолетнему алкогольной продукции, совершенной лицом неоднократно, признается розничная продажа несовершеннолетнему алкогольной продукции, если это лицо ранее привлекалось к административной ответственности за аналогичное деяние в течение 180 дней.

Административная ответственность за данное деяние устанавливается ст. 14.16 «Нарушение правил продажи этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, а также пива и напитков, изготавливаемых на его основе» КоАП РФ. Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом. Субъект преступления – общий, вменяемое физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Социально-правовая защита детства является одним из основных показателей уровня развития общества, его цивилизованности и перспективности. Наивысшей ее степенью является уголовно-правовая защита, обеспечивающая возможность применения самых суровых санкций к лицам, причиняющим существенный вред интересам физического, нравственного и социального развития несовершеннолетних, в силу чего содержанию проювенальных норм Особенной части уголовного закона должно быть уделено повышенное внимание со стороны и законодателя, и правоприменителя, а также научной общественности.

В содержании гл. 20 УК РФ сохранена преемственность с ранее действовавшим законодательством, имевшим объектом уголовно-правовой охраны интересы семьи и несовершеннолетних.

В первоначальной редакции комментируемой главы в ней содержалась уголовная ответственность за торговлю несовершеннолетними (ст. 152), но в соответствии с Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ эта статья утратила силу. Ответственность за указанное деяние теперь наступает по ч. 2 ст. 1271, введенной в настоящий УК РФ тем же Федеральным законом.

Составы преступлений, имеющие своей целью уголовно-правовую защиту несовершеннолетних, содержатся и в других главах УК РФ. Отмечая постоянную положительную тенденцию уголовного законодательства расширения составов преступлений, направленных на охрану прав и законных интересов несовершеннолетних, этот процесс должен быть продолжен с учетом следующих положений:

– многие права несовершеннолетних не получили гарантий в виде самой крайней формы юридической ответственности, каковой является уголовно-правовое принуждение;

– потенциал репрессии уголовного закона в отношении лиц, нарушающих права и законные интересы несовершеннолетних, является недостаточным.

В этой связи потребность в усилении гарантий безопасности несовершеннолетних и защите их законных интересов требует совершенствования уголовного закона не только в направлении расширения признаков имеющихся составов преступлений, конструирования новых, но и использования резервов законодательной техники.

Подводя итог вышеизложенному, необходимо отметить следующие особенности преступлений против несовершеннолетних:

В отличие от ранее действовавшего УК РСФСР 1960 г., УК РФ 1997 г. предусматривает четыре состава преступлений, направленных против несовершеннолетних. Помимо этого, в УК РФ произошла переоценка деяний, связанных с вовлечением несовершеннолетних в преступную или иную антиобщественную деятельность. Включение этих составов в главу, предусматривающую ответственность за преступления против несовершеннолетних, означает, что закон такого рода считает преступными в силу причинения или угрозы причинения субъектом вреда в первую очередь самому несовершеннолетнему.

Что касается расследовании дел о преступлениях несовершеннолетних, совершенных с участием взрослых, то в этом случае необходимо тщательно выяснять характер взаимоотношений между взрослым и подростком, поскольку эти данные могут иметь существенное значение для установления роли взрослого в вовлечении несовершеннолетнего в преступную или иную антиобщественную деятельность. Если же подросток совершает преступление под влиянием взрослого, то последний, с учетом конкретных обстоятельств дела, может быть привлечен к уголовной ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность.

Преступления против несовершеннолетних – это посягающие на нормальное развитие несовершеннолетнего преступления, требующие постоянного правового регулирования и контроля, а также необходимых изменений в законодательстве.


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074