Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

ЖИЗНЬ И ТВОРЧЕСТВО В.И. ДАЛЯ В ОРЕНБУРГЕ

Матвиевская Г. П., Прокофьева А. Г., Зубова И. К., Прокофьева В. Ю.,

10. Новые данные о научной деятельности В.И. Даля в Оренбурге

Восьмилетний оренбургский период жизни В.И. Даля в его биографиях освещается очень скудно. Что касается его научных исследований в это время, то обычно упоминается лишь, что в Оренбурге он начал работу над «Толковым словарем живого великорусского языка» и собрал богатый этнографический материал, отразившийся в его литературных произведениях.
Между тем сохранились многочисленные документы, которые свидетельствуют о том, что диапазон научных интересов В.И. Даля был весьма широк и что именно в оренбургский период он сумел реализовать свои многообразные таланты. Мы располагаем сейчас достаточными данными, чтобы говорить о Дале-ученом: зоологе, ботанике, натуралисте широкого профиля, медике, востоковеде-тюркологе, знатоке географии, истории, литературы Средней Азии, а также о Дале-инженере, не раз применявшем на практике немалые познания в области точных наук, полученные во время обучения в Морском кадетском корпусе.
Новые материалы обнаружены, прежде всего, в Государственном архиве Оренбургской области, где имеется много автографов В.И. Даля и различных документов, касающихся его службы в должности чиновника особых поручений при оренбургском военном губернаторе В.А. Перовском в 1833 -1841 гг.
Важные документы о научной деятельности В.И. Даля хранятся в Санкт-Петербургском филиале Архива РАН. Это, во-первых, протокол Конференции Императорской Петербургской Академии наук и, во-вторых, письма В.И. Даля к ученым-академикам Ф.Ф. Брандту (1802-1879), директору Зоологического музея, и X.Д. Френу
(1782-1851), а также к известному дерптскому натуралисту А.И. Леману (1814-1842). Даль в годы учебы в Дерптском университете знал его еще мальчиком, а затем знакомство возобновилось в Оренбурге, куда в 1838 г. двадцатипятилетний ученый был приглашен В.А. Перовским «для геогностического описания Южного Урала и устройства оренбургского музея». Здесь он провел три последние года жизни, участвовал в хивинском походе, совершил путешествие в неведомую тогда Бухару с геологической миссией К.Ф. Бутенева и сделал много интересных открытий относительно природы Оренбургского края. Документы академического и оренбургского архивов показывают, что А. Лемана и В.И. Даля связывала не только сердечная дружба, но и общие научные интересы и дела.
Ценнейшие сведения содержатся в рукописном фонде Пушкинского Дома (ИРЛИ РАН) - в письмах В.И. Даля к сестре П.И. Шлейден, в письмах к нему В.А. Перовского, Я.В. и Н.В. Ханыковых и др.
Имеются также интересные документы и в отделе рукописей Российской Национальной (бывшей Публичной) библиотеки в Санкт-Петербурге и Российской Государственной библиотеки в Москве.
Эти материалы позволяют основательно осветить научную работу В.И. Даля в Оренбурге, в том числе в области естественных наук.
Деятельность Даля-натуралиста получила в XIX в. наивысшее признание Петербургской Академии наук: 21 декабря 1838 г. он был избран ее членом-корреспондентом по естественному отделению. Это ученое звание Даля обычно ускользает от внимания его биографов, очевидно, потому, что званием почетного члена Петербургской Академии он был удостоен на склоне лет как прославленный лингвист и этнограф. Между тем в протоколах академических заседаний, хранящихся в Санкт-Петербургском филиале Архива РАН, значится, что его кандидатура была выдвинута по отделению естественных наук академиками Брандтом, Бэром и Шмидтом и при баллотировке Даль набрал наибольшее число голосов (20 из 21), опередив двух своих конкурентов - иностранных биологов.
Документы показывают, что во время службы в Оренбурге В.И. Даль много внимания уделил изучению природы Южного Урала и зауральских степей. Как натуралист он проявил себя, например, при научной академической экспедиции к Аральскому морю, которая планировалась в 1838 г., но затем дважды переносилась и так и не была осуществлена из-за военного Хивинского похода (зима 1839-1840 гг.). В историко-научной литературе утверждалось мнение, что разговоры об этой экспедиции велись лишь для прикрытия военной операции, а в действительности для ее подготовки ничего сделано не было. Архивные документы показывают, что это неверно. Проект экспедиции был предложен В.А. Перовским, который убедил правительство в необходимости изучения неизвестной тогда природы Приаралья и добился финансирования проекта. Исследования должна была проводить Академия наук, а подготовка к экспедиции велась как в Петербурге, так и в Оренбурге, где предполагалось расположить базу экспедиции. Здесь всеми подготовительными работами руководил В.И. Даль. В частности, он - как сообщается в его письме к академику Брандту - построил две лодки длиной в 35 футов каждая, с 12 веслами и парусом. Их следовало доставить на Арал в разобранном виде.
Другое научное предприятие, в котором В.И. Даль играл ведущую роль, - это организация оренбургского естественнонаучного музея, носившего название «Музеум естественных произведений Оренбургского края» и вошедшего составной частью в современный краеведческий музей Оренбурга. Этот музей был создан совместными усилиями В.А. Перовского и В.И. Даля. Предполагалось собрать в нем минералогические, ботанические и зоологические коллекции, представляющие природу Оренбургского края.
Трудности были связаны с изготовлением чучел животных, требовавшим немалых познаний в чучельном искусстве. Во время командировки в Петербург зимой 1836-1837 гг. Перовский обратился к академику Ф.Ф. Брандту, директору Зоологического музея Академии наук, с просьбой подготовить для Оренбурга несколько чучельников. Просьба была удовлетворена с условием, что взамен в Зоологический музей будут присылаться редкие экземпляры представителей фауны Урала и зауральских степей. Это условие отражено в протоколах академической Конференции. Тогда же в столицу было отправлено четверо «казачьих малолетков» - подростков из Оренбургского казачьего войска (трое из станицы Чернореченской, один - из Оренбурга), которые стали квалифицированными чучельниками. Вся работа по выполнению заключенного с Ф.Ф. Брандтом условия (добыча и отсылка шкур животных), опека над чучельниками после их возвращения в Оренбург и само устройство музея - все это было возложено на В.И. Даля. Об энтузиазме, с которым он выполнял эти обязанности, свидетельствуют его письма к Ф.Ф. Брандту и многочисленные документы из фондов ГАОО.
Третий факт, относящийся к деятельности Даля-натуралиста, относится к работе над рукописью книги профессора Казанского университета Э.А. Эверсмана «Естественная история Оренбургского края», которая была написана по предложению В.А. Перовского и опубликована в 1840 г. в Оренбурге, в походной типографии Штаба отдельного Оренбургского корпуса.
В 1838 г. первая часть книги, написанной на немецком языке, была переведена В.И. Далем на русский язык. Примечания, которыми он снабдил текст, позволяют исследователям считать его соавтором этого замечательного труда.
О своей работе Даль сообщал в письме к Ф.Ф. Брандту 8 октября. А 28 ноября датировано письмо В.А. Перовского к Э.А. Эверсману, в котором он пишет: «Я поставляю себе в особую заслугу, что подал повод к сочинению Вами этой полезной и единственной у нас в своем роде книги и что могу способствовать к скорейшему распространению ее в отечестве нашем». Интересно отметить, что черновик этого письма написан почерком В.И. Даля.
Книга Эверсмана была высоко оценена специалистами, но сразу же стала библиографической редкостью. Причину этого помогает понять архивный документ, датированный 10 января 1841 г. Из него следует, что из тиража в 1300 экземпляров Перовский увез в Петербург 30 (20 - на царской бумаге, 10 - на обыкновенной), Далю было отправлено 176, а Эверсману - 900. В «широкую продажу» книга, таким образом, не поступала.
Г.П. Матвиевская


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074