Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

1.3. Правовой статус Российского врача

Принятие Основ Законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. № 5487 явилось практически революционной новацией в регламентации прав пациентов. По мнению доцента кафедры медицинского права Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова кандидата юридических наук М.И. Милушина, в настоящее время есть все основания считать, что законодательство о здравоохранении представляет собой комплексную и весьма разветвленную структуру, которая охватывает широкий круг отношений, обусловленный в первую очередь спецификой рассматриваемой сферы деятельности. При этом комплексность законодательства о здравоохранении обусловлена, прежде всего, комплексным подходом законодателя к правовому регулированию рассматриваемой сферы общественных отношений, когда достигается цель единовременной регламентации отношений, сгруппированных на базе их единой социальной направленности, а не принадлежностью к той или иной отрасли права. Именно социальный фактор играет важнейшую и определяющую роль в формировании комплексной структуры рассматриваемой отрасли законодательства.[1] Но, однако, опять таки не смотря на комплексность подхода, законодатель в новом Федеральном законе не определил статус Российского врача.

Нормативно закреплённый путь, который должен пройти специалист, для осуществления профессиональной деятельности в качестве медицинского работника установлен в ст. 54 Основ. Так, право на занятие медицинской деятельностью в Российской Федерации имеют лица, получившие высшее или среднее медицинское образование в РФ, имеющие диплом и специальное звание, а также сертификат специалиста и лицензию на осуществление медицинской деятельности. Программа подготовки специалиста с высшим профессиональным образованием лечебного профиля занимает 6 лет. Сертификат специалиста выдаётся на основании послевузовского профессионального образования (аспирантура 3-4 года, ординатура - 2 года), или (в редких случаях, для лиц, закончивших ВУЗ до 1998 года) дополнительного образования (повышение квалификации от 1 до 3 месяцев, специализация - около 6 месяцев), или проверочного испытания, проводимого комиссиями профессиональных медицинских ассоциаций, по теории и практике избранной специальности, вопросам законодательства в области охраны здоровья граждан. Таким образом, подготовка специалиста лечебного профиля занимает, в среднем, 8-9 лет (хотя этот срок в течение профессиональной деятельности с учётом всех курсов и специализаций увеличивается до 15 лет). Экзамен на подтверждения сертификата специалиста сдаётся 1 раз в 5 лет, т.е., если сертификат специалиста будет просрочен, то медицинский работник утрачивает право на занятие данным видом деятельности.

 Несомненным положительным моментом явилось то, что в Основах определена ответственность медицинских работников осуществляющих свою деятельность в период обучения. Так, врачи в период их обучения (интернатура, ординатура, аспирантура, специализация) в учреждениях государственной или муниципальной системы здравоохранения имеют право на работу в этих учреждениях под контролем медицинского персонала, несущего ответственность за их профессиональную подготовку. Студенты высших и средних медицинских учебных заведений допускаются к участию в оказании медицинской помощи гражданам в соответствии с программами обучения под контролем медицинского персонала, несущего ответственность за их профессиональную подготовку.

Законодатель довольно жёстко установил ограничения для лиц, не занимавшихся своей профессиональной деятельностью. Врачи, не работавшие по своей специальности более пяти лет (возврат к Декрету ВЦИК и СНК РСФСР от 1 декабря 1924г. «О профессиональной работе и правах медицинских работников»), могут быть допущены к практической медицинской деятельности только после прохождения переподготовки в соответствующих учебных заведениях или на основании проверочного испытания, проводимого комиссиями профессиональных медицинских ассоциаций. Таким образом, ценность человеческой жизни в нашей стране нормативно подкреплена высокими требованиями, предъявляемыми к лицам, осуществляющими медицинскую деятельность в Российской Федерации.

Статёй 18 Конституции РФ установлено, что права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Право на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантировано 41 ст. Конституции РФ.[2] Однако права пациентов реализуются не только надлежащим исполнением своих обязанностей всем персоналом медицинских учреждений, но и государственным обеспечением прав и свобод человека и гражданина, в том числе и медицинских работников.[3] В настоящее время в соответствии со ст. 63 Основ Законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. № 5487 медицинские работники в Российской Федерации имеют право на:

1) обеспечение условий их деятельности в соответствии с требованиями охраны труда;

2) работу по трудовому договору (контракту), в том числе за рубежом;

3) защиту своей профессиональной чести и достоинства;

4) получение квалификационных категорий в соответствии с достигнутым уровнем теоретической и практической подготовки;

5) совершенствование профессиональных знаний;

6) переподготовку при невозможности выполнять профессиональные обязанности по состоянию здоровья, а также в случаях высвобождения работников в связи с сокращением численности или штата, ликвидации предприятий, учреждений и организаций в соответствии с законодательством Российской Федерации;

7) страхование профессиональной ошибки, в результате которой причинен вред или ущерб здоровью гражданина, не связанный с небрежным или халатным выполнением ими профессиональных обязанностей;

8) беспрепятственное и бесплатное использование средств связи, принадлежащих предприятиям, учреждениям, организациям или гражданам, а также любого имеющегося вида транспорта для перевозки гражданина в ближайшее лечебно-профилактическое учреждение в случаях, угрожающих его жизни. Наиболее значимыми, как представляется, являются пункты с 1 по 3 и 7, однако постараемся затронуть все перечисленные права.

Условия труда медицинского персонала напрямую зависят от технического состояния учреждения, финансирования, уровня знания своих прав и т.д. В соответствии со ст. 212 Трудового Кодекса РФ обеспечение безопасных условий и охраны труда является обязанностью работодателя.[4] Но это обязанность слишком дорого обходится для работодателя и он любыми способами (по возможно объективным причинам) старается уменьшить данную статью расходов, чем невольно подвергает жизнь и здоровье своих работников реальной опасности. Можно пересчитать по пальцам лечебные учреждения, где, например, имеются все средства индивидуальной защиты медицинского персонала при осуществлении оперативного лечения, например больного ВИЧ. Угроза инфицирования оперирующей бригады хирургов при этом очень велика. Кроме того, состояние муниципальных учреждений здравоохранения не всегда соответствует нормам, предъявляемым к ним, а условия труда напрямую зависят от этого.

Работа по трудовому договору закреплена Трудовым Кодексом РФ и регулирует деятельность всего медицинского персонала, вне зависимости от профессиональной принадлежности, не делая акцент на разделение специалистов по хирургическому и терапевтическому профилю. Статьёй 350 Трудового Кодекса РФ определено, что для медицинских работников устанавливается сокращённая продолжительность рабочего времени не более 39 часов в неделю. Однако этот установленный Законодателем «льготный» период времени нередко носит лишь декларативный характер. Невозможно даже предположить, чтобы оперирующий хирург, посмотрев на часы, и определив, что он выработал установленный период времени, покинул операционную. Ведь специфика работы врачей хирургического профиля отличается от таковой у специалистов - терапевтов. Хирург может в течение 24-часового дежурства оперировать больных по экстренным показаниям, а анестезиолог давать наркоз и с утра продолжать уже плановую работу в операционной, при этом общее рабочее время каждого из них составляет около 32 часов.

Защита своей чести и достоинства во врачебной среде является скорее исключением, чем правилом. Способы защиты гражданских прав осуществляются в соответствии со ст. 12 Гражданского Кодекса РФ[5] и не имеют никаких преимуществ, поэтому это право для врача ничем не отличается от прав других лиц.

Получение квалификационных категорий в соответствии с достигнутым уровнем теоретической и практической подготовки и совершенствование профессиональных знаний тесно между собою связаны. Из права на получение категорий и повышение квалификации для врача оно стало обязанностью. В том случае, если врач это не осуществит, квалификационная категория будет им потеряна, и соответственно, уменьшится материальное стимулирование, а «потеря» сертификата специалиста означает недопущение к занятию медицинской деятельностью. Довольно часто осуществление повышения квалификации происходит за счёт средств работника (что противоречит нормам трудового права), при этом работодатель возмещает эти расходы только в судебном порядке. Экзамен на сдачу квалификационной категории в денежном аспекте полностью ложиться на плечи врача (покупка и оформление пакета документов).

Право на переподготовку при невозможности выполнять профессиональные обязанности по состоянию здоровья не является чем-то особенным для медицинского персонала, оно закреплено для всех лиц в Трудовом Кодексе РФ (ст. 22).

Страхование профессиональной ошибки, в результате которой причинён вред или ущерб здоровью гражданина, не связанный с небрежным или халатным выполнением своих профессиональных обязанностей - является камнем преткновения любого специалиста. На практике реализация этого права не определена ни одним законодательным актом. Кто же является органом, определяющим степень или наличие самого факта ошибки. Чаще всего - это экспертные советы медицинского учреждения, в котором проходил лечение пациент или сторонние медицинские учреждения, в которые направлена жалоба на действия медицинского персонала. Это всё происходит в рамках гражданско-правовых отношений. В ситуации, когда возбуждено уголовное дело в отношении действий (бездействий) медицинского персонала, оценка их деятельности будет осуществляться по результатам проводимых экспертиз, назначаемых в рамках уголовного судопроизводства. Хочется напомнить, что по законодательству ХIХ века врачи не могли быть привлечены к уголовной ответственности даже при грубых дефектах лечения, повлекших смерть пациента. Однако в сегодняшней жизни такой тенденции нет. Так кто же в настоящее время «страхует» врачебную ошибку - в реалии оказывается что никто. Нет механизма реализации этого права. Спасение утопающих, оказывается делом рук самих утопающих. Следовательно, врач, который каждый день оперирует, ходит по лезвию правового ножа. Ранее существовавшие и имеющие действительную силу профессиональные союзы медицинских работников теперь канули в лета. Врач вынужден сам осуществлять защиту своих прав и доказывать правильность своих действий, как в медицинской среде, так и органам правосудия и самому больному. К сожалению, это не всегда имеет успех из-за слабой правовой подготовки и отсутствия специалистов, обладающих знаниями в медицине и юриспруденции среди врачей и юристов. 

Беспрепятственное и бесплатное использование средств связи, принадлежащих предприятиям, учреждениям, организациям или гражданам, а также любого имеющегося вида транспорта для перевозки гражданина в ближайшее лечебно-профилактическое учреждение в случаях, угрожающих его жизни также не является каким-то особым правом для медицинских работников. Это, скорее всего, общечеловеческое право, к тому же подкреплённое санкцией ст. 125 Уголовного Кодекса РФ (оставление в опасности).[6]

Перечисленные права медицинских работников при сравнении с Декретом ВЦИК и СНК РСФСР от 1 декабря 1924г. «О профессиональной работе и правах медицинских работников» и с Основами законодательства Союза ССР и союзных республик о здравоохранении от 19 декабря 1969 г. значительно расширены, однако явно не соответствуют профессиональным требованиям, предъявляемым законодателем к медицинским работникам и не отражают весь груз ответственности лежащий на их плечах. Почему же столь долгий период времени существующая ситуация не разрешена? Ответить на этот вопрос нельзя однозначно. Предпосылок к этому много. Длительно существующее заблуждение о том, что врач, дав некую «клятву» и так обязан нести ответственность за свою профессиональную деятельность, поэтому никаких особых прав для него устанавливать не надо, лишь в какой-то степени объясняет «правовой вакуум» в деятельности медицинских работников. В этом смысле «клятва Гиппократа» явилась как раз одним из основных источников этого. Действительно, человек, избравший путь врачевания взял на себя тяжкий груз ответственности за жизни других людей, но при этом он не должен быть ущемлён в своих правах только из-за того, что он выбрал врачебную специальность.

Другим моментом может служить ещё одно заблуждение о высокой корпоративности, царящей среди врачебного персонала, поэтому установление статуса врача лишь усугубит существующее положение вещей и не решит ситуацию в здравоохранении. Однако рыночные условия жизни явно противоречат этому. Сейчас приходится говорить больше о конкуренции во врачебной среде, чем о корпоративности.

Публикации последних лет по правовым вопросам деятельности медицинских работников в основном посвящены защите прав пациентов. Так заведующий кафедрой уголовного права Академии МВД Республики Молдова кандидат юридических наук В. Флоря в своей статье «Медицинское право как самостоятельная отрасль права» делает акцент на необходимость более строгого подхода к оценке деятельности медицинского персонала в России и в Молдове, в частности врачей-хирургов, защите пациентов от врачебных ошибок и ответственности при обоснованном риске.[7] При этом правовое положение медицинских работников и отсутствие реального нормативно закреплённого статуса врача, к сожалению, выпадает из поля зрения автора. Анализируя становление медицинского права в России приоритетными он определяет именно права пациентов. Кандидат юридических наук Д.В. Бондаренко, при анализе «врачебных ошибок» и отношений, складывающихся в области гражданско-правовой защиты прав пациентов критически оценивает деятельность медицинского персонала в своей статье «К вопросу юридической ответственности медицинских работников» и отстаивает, прежде всего, права больных. Однако он косвенно всё же говорит о правовой незащищённости врача признавая, что «если в случае медицинской неудачи всю ответственность возлагать на медицинских работников, нас некому будет лечить. Мало кто рискнет взять в руки скальпель, если будет знать, что за спиной стоит судья, готовый удовлетворить иск против медицинского работника на крупную сумму».[8] По мнению же профессора кафедры медицинского права Московской медицинской академии С.А. Корсакова в основе деятельности любого врача лежат три кита: профессиональная подготовка, профессиональная этика и профессиональное законодательство.[9] И в этом случае именно законодательное закрепление прав медицинских работников является определяющим моментом. Логично было бы поставить профессиональное законодательство на первое место, так как изначально необходимо, прежде всего, нормативно закрепить деятельность медицинского персонала, а уж потом решать вопросы профессиональной подготовки и этики, в противном случае медицинская деятельность становится уязвимой во всех отношениях.

Отсутствие нормативно закреплённого правового статуса врача привело к снижению престижности этой профессии и оттоку кадров из этой области. В настоящий момент назрела необходимость в законе, который, во-первых, определил бы реальные права и обязанности врачей, а во-вторых, соответствовал бы уровню развития медицинской науки и закрепил положение врача в нашем обществе, содержал бы правовые механизмы точного и чёткого регулирования и определения прав и обязанностей врачей и других медицинских работников.


[1] Милушин М.И. Становление и теоретические проблемы Российского законодательства о здравоохранениии // Медицинское право. - Москва, 2004. - №5, стр. 3.

[2] Конституция Российской Федерации. Принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г. // Российская газета. 1993. 25 декабря (№ 237).

[3] Риффель А.В. Юридические аспекты реализации прав врача // Журнал Закон и Право. 2006. №12(40). С. 15-17

[4] Федеральный закон от 30 июня 2006 г. «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации, признании не действующими на территории Российской Федерации некоторых нормативных правовых актов СССР и утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации». № 90-ФЗ.// СЗ РФ. 2006. № 27. Ст.2878.

[5] Гражданский кодекс Российской Федерации от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ.// СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301

[6] Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 13 июня 1996 № 63-ФЗ// Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 25. Ст. 2954.

[7] Флоря В. Медицинское право как самостоятельная отрасль права // Медицинское право. - Москва, 2004. -№1. Стр. 4.

[8] Бондаренко Д.В. К вопросу юридической ответственности медицинских работников // Медицинское право. - Москва, 2006. - №4. Стр. 18.

[9] Корсаков С. А. О трудностях формирования медицинского права в России // http://www.med-pravo.ru/Articles/MedLawQuest/ProbFormingMedLaw.htm


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074