Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

34. Ст. ЛЕМ: ГЕНИЙ, УЧИТЕЛЬ, АНТИ-ЛЕМ

Аннотация. Ст. Лем – гениальный писатель и философ, автор множества книг, посвященных разным областям науки и искусства. Возможно, в мире нет такого второго гиганта мысли с таким колоссальным разнообразием интересов, и оригинальных научных разработок, в том числе предвидения развития мира и человека. После появления ряда работ, таких, как «Сумма технологий», о нем создалось мнение как о писателе и человеке, который знает почти все о строении мира, об эволюции, о путях развития Земли и космоса. Ст. Лем говорил о себе, что он пришел учить. По мере появления новых знаний он менял некоторые оценки, которые становились все более пессимистическими. От представления о наличии «братьев по разуму» во Вселенной, и от описания контактов с ними, он пришел к отрицанию возможности каких-либо контактов. От попыток упрощенного, одностороннего улучшения несовершенного мира он пришел к пессимистическому мнению о будущем человечества, Земли и Вселенной. Ст. Лем не был первым в истории проповедником, усовершенствователем, который надеялся на избавление мира от грехов после создания произведений, которые человечество прочтет и исправится. В этих условиях роль учителя человечества не могла быть реализована Ст. Лемом.

Summary. St. Lem is a brilliant writer and philosopher, author of numerous books, focusing on different areas of science and art. Perhaps, in the World there is no such second thoughts with this giant enormous diversity of interest and original research, including the development of foresight of the World and of man. After the emergence of a number of works, such as «sum of technology», it had the opinion as a writer and a man who knows almost everything about the structure of the World, about evolution, the development of Earth and space science. St. Lem said that he came to teach. As new knowledge, he changed some of the assessments that were becoming more pessimistic. From the view of «brothers in mind» in the Universe, and from the description of the contacts with them, he came to reject the possibility of any contact. From the simplified attempts, unilateral improvements imperfect World he came to the pessimistic view of the future of humanity, Earth and the Universe. St. Lem was not the first in the history of the preacher, who was hoping to rid the World of sins after creating works that humanity will read and corrected. In these circumstances, St. Lem could not realize the role of the teacher of humanity.

…я, правда, разочаровавшийся, но все же не отчаявшийся окончательно усовершенствователь мира

Здесь и далее курсивом выделены тексты Ст. Лема

Гармоническое развитие для меня – это вид квадратного круга...

… стоя перед лицом нашей цивилизации, я чувствую себя как у кровати тяжелобольного. Что тут могут сделать врачи?

Я убежден, что все имеет свое начало и конец, включая космос, звезды и наше существование… все звезды погаснут, ибо сгорит водород, все планетные системы исчезнут, а пролетающие рядом с нами космические тела вышибут планеты из их орбит, и останется какая-то гигантская пустота, в которой будет рассеян, впрочем, чрезвычайно редко, пепел, оставшийся от всего предшествующего…

С точки зрения высшей технологии человек есть создание скверное... В эволюции действует отрицательный градиент конструктивного совершенства организмов... Разум есть нечто возникшее неразумно и даже противоразумно

Голем

Ст. Лем – безусловно, редчайшее (может быть, уникальное) сочетание гениального исследователя и яркого писателя, создателя удивительных произведений, принципиально новых научных гипотез (и множества новых понятий и слов). Он с детства был отмечен высоким уровнем интеллекта: его коэффициент интеллекта в пору ученичества был самым высоким в южной Польше. Вместе с тем он обладал рядом особенностей восприятия действительности, чертами необычности, по выражению интервьюера-журналиста С. Береся: «в вопросе о случайности происхождения человека многое из того, что провозглашает Голем, совпадает с моими убеждениями»; «Известно, что мы должны размножаться, раз уж так получилось, но этот вопрос становится мне интересен, лишь когда выходит за границы нормальности»; «я, конечно, мизантроп»; «Конечно, меня занимали девушки, но гораздо больший восторг у меня вызывали звезды, … они более достойны тщательного изучения». В интервью на вопрос С. Береся «видите ли вы хоть какую-то возможность гармонического развития человечества?» он ответил «Нет, не вижу». Он редко
восхищался красотой, и в его текстах даются описания скверных предметов и явлений, по нашему мнению, на грани и (иногда) за гранью этики.

В эпиграфе приведены мысли Ст. Лема, а также созданного им искусственного Голема, подчеркивающие негативное мнение о естественной эволюции, о совершенствовании человека, о будущем Вселенной, и в то же время упрощенность предложений, и особенности мышления. Станислав Лем – гениальный писатель и философ, автор множества книг, посвященных самым разным областям науки и искусства. Возможно, в мире нет такого второго гиганта мысли с таким колоссальным разнообразием интересов, причем не только интересов, но и новых, оригинальных научных разработок, в том числе предвидения развития мира и человека. Ст. Лем в своих работах рассмотрел множество проблем, и фундаментальных, и не подкрепленных ни теорией, ни экспериментами, и выдвинул множество гипотез, иногда имевших революционный характер, и потому, безусловно, подвергся критике. Так, в русском издании «Суммы технологий» имеется множество примечаний научного редактора С. Переслегина, и его эссе в конце книги (он предложил считать это эссе главой книги) с многозначительным названием «Того, что достаточно для Геродота, мало для Герострата». Ряд этих примечаний можно считать критикой С. Лема; правда, в своем эссе С. Переслегин, как и Ст. Лем, описывает как заурядное и само собой разумеющееся, жесткое, принципиальное (и недопустимое с точек зрения естественной эволюции, этики, биологии, и пр.) вмешательство в естественную эволюцию.

И при жизни Ст. Лема, как известно, были многочисленные критические высказывания и его друзей, и противников, о его работах. И это вполне естественно: в круг интересов Ст. Лема входила и эволюция, и естественный отбор, и строение космоса, и устройство общества, и множество физических, биологических, этических и других проблем. Ст. Лем иногда шутил и эпатировал читателей, что могло привести к неточной оценке гипотез: «Когда в одном серьезном западногерманском журнале…два молодых человека попытались что-то рассказать о «Големе», то оказалось, что из-за отсутствия специальной подготовки они были не в состоянии провести границу между тем, что стоит трактовать как гипотезу, и тем, что следовало счесть забавой необычного рода, которую Лем выдумал, чтобы эпатировать публику». Но, иногда называя некоторые свои идеи гротеском (например, неприятие им близкого расположения каналов для дефекации и прокреации), он многократно, с поразительным упорством, в разных книгах, возвращается к этому действительно гротескному вопросу; следовательно, это – и гротеск, и фундаментальное мнение Лема.

При этом, после появления ряда работ, таких, как «Сумма технологий», о нем создалось мнение как о писателе и человеке, который знает почти все о строении мира, об эволюции, о путях развития Земли и космоса (он сам с удивлением замечал, что на встречах с ним его спрашивали, как провидца). Ст. Лем говорил о себе, что он пришел учить, он изучал основные физические, биологические и другие проблемы. По мере появления новых знаний он менял некоторые оценки, которые становились все более пессимистическими. От представления о наличии «братьев по разуму» во Вселенной, и от описания контактов с ними, он пришел к отрицанию возможности каких-либо контактов. От попыток упрощенного, одностороннего улучшения несовершенного мира он пришел к пессимистическому мнению о будущем человечества, Земли и Вселенной. Он говорил о себе: «…я, правда, разочаровавшийся, но все же не отчаявшийся окончательно усовершенствователь мира». Ст. Лем не верил в Бога и в Высший разум. Это неверие иногда заводило его в тупик, и он вынужден был говорить об отсутствии реального объяснения какого-либо явления, и о том, что объяснение должно быть получено в отдаленном будущем, через много лет. Это относится к «удивительным предопределенностям», способствовавшим возникновению жизни.

Ст. Лем, великий человек, обладал человеческим мозгом, и даже его мощный мозг имел особенности, свойственные мозгу человека (склонность к упрощенному мышлению как следствию строения мозга и антропогенеза, малый объем кратковременной памяти, и др.), что вело иногда к игнорированию бинарной множественности природы и развития с уравновешивающими разветвлениями, к недостаткам в объяснении специфики эволюции человека, роли зла в истории, и др. К этому добавилось пренебрежение некоторыми объективными законами природы.

Действительный динамичный и целостный мир состоит из бинарного (двойственного) множества предметов и явлений, это – основа его развития. Бинарная множественность мира включает в себя подмножества, куда входят в качестве равноценных составляющих все предметы и явления, хорошие и плохие с точки зрения человека (отсюда следует полное отсутствие связи с манихейством). При этом эволюция природы, общества, человека протекает с разветвлениями, рано или поздно уравновешивающими «позитивные» и «негативные» (с точки зрения человека) ветви. Только такая эволюция поддерживает существование целостного бинарно множественного мира. Оцениваемые человеком красота и целесообразность предметов и явлений природы имеют биологические истоки, они порождены эволюцией и естественным отбором, как и их противоположности. В целостном мире красота, целесообразность и множество других позитивных качеств уравновешиваются противоположными (негативными) качествами при наличии и нейтральных свойств объектов и явлений. Целостность множественного мира выражается в динамичном сочетании взаимно уравновешивающих предметов и явлений, составляющих общую мозаичную картину целостности, в том числе, например, в динамичном уравновешивающем сочетании человеческих качеств – например, в болезненном уравновешивании гениальности, и пр. Детерминизм (причинно-следственная обусловленность) целостности мира, как правило, не воспринимается человеком, так как для него характерна склонность к упрощенному дуальному и эмоционально окрашенному восприятию мира, к упрощенной оценке предметов и явлений с двух сторон, по принципу «да – нет», «хорошо – плохо». Причина этого в том, что кратковременная память, в которой «живет» человек, ограничена по объему; истоки лежат в эволюционно обусловленной необходимости быстрого реагирования и выживания.

Упрощенное восприятие целостности мира подкрепляется тем, что движущей силой развития большей части человечества является стремление к удовлетворению потребностей и к достижению положительных эмоций. Множество чувств и страстей, за которые ответственны древние структуры мозга, во многом определяет не только восприятие и мышление, но и эволюцию человека и всей управляемой им природы Земли.

В концепции развития с разветвлениями одной из главных проблем является возможность односторонне положительного развития. Могут ли предметы и явления быть полностью положительными для человека? Может ли наступить не отягощенное сложнейшими проблемами (военные конфликты, опасность гибели в результате применения мощного оружия, близящаяся нехватка ресурсов, глобальный экологический кризис, конечность индивидуальной жизни, неизлечимые болезни, и др.), полное радости и счастья и далекое от горя существование человечества? Ст. Лем посвятил усовершенствованию мира много строк.

Но в соответствии с концепцией бинарно множественного мира, развивающегося с разветвлениями, все негативное (грехи, зло, ложь, эгоизм, безобразие) никогда не исчезнет как объективная часть бинарной множественности. Видимо, никогда не будет создана единственно верная философия, единственно верная общественная формация. Все человечество полностью никогда не станет умным, красивым, здоровым, добрым, склонным к альтруизму. Пока будет жива бинарно множественная природа, человек будет вынужден бороться с грехами, злом. Это – следствие детерминизма целостности бинарно множественного мира.

Учитывая теорию разветвляющегося развития и особенности упрощенного мышления, можно полагать, что человечество выживет и сохранит себя как вид только в том случае, если оно не осуществит (не сумеет, разумно предотвратит) принципиально новый и мощный научно-технологический прорыв, уравновешивающий негативный результат которого может привести к невозможности продолжения жизни на Земле. Один из возможных «прорывов» – это предлагаемые Ст. Лемом «пролегомены» (введения) к всемогуществу человека, жесткое вмешательство в естественный процесс развития человека, переход к «био – технологической революции», и даже к отказу от человеческого тела и видовой полиморфности человека (!). В этих усложняющихся условиях эволюции должна возрасти роль религии как средства разумного регулирования развития человечества. Все религии основаны на представлении о целостности мира. Некоторые современные научные данные подтверждают наличие Высшего Разума, поддерживающего целостность множественного мира.

Ст. Лем во многом негативно относился к естественной эволюции, акцентировал внимание на ее ошибках, и в соответствии с упрощенным мышлением придавал природе и естественной эволюции недопустимый антропоморфизм, некие человеческие черты (она «применяет хитроумную тактику», «упорствует в своих ошибках», и пр.). Описывая множество ошибок эволюции, он предлагал в качестве средств замены этих принципиальных просчетов, поистине невероятные, не соответствующие законам природы, предположения о путях создания нового Homosapiens.

Голем (и, видимо, Ст. Лем) пришли к пессимистическому взгляду на эволюцию: «… она упорствует в своих ошибках, ибо иначе не может…вы возникли потому, что Эволюция – не слишком аккуратный игрок; она не только блуждает от ошибки к ошибке, но к тому же в своем состязании с Природой не придерживается одной-единственной тактики: она ставит фишки на все доступные ей поля. Эволюция – это ленивое бормотание, упорствующее в плагиате до тех пор, пока не попадет в переделку... Лишенная, безусловно, личного бытия, она применила, однако, хитроумно-ленивую тактику: вместо того чтобы заботиться о судьбе своих созданий, она вручила эту судьбу им в обладание – пусть направляют ее, как сумеют.…из животного состояния с его идеально бездумным навыком выживания эволюция вышвырнула вас в состояние неживотности...».

«…Разум, вместе с Деревом Жизни, – порождение ошибки, вслепую блуждающей целые миллиарды лет… Разум – это прежде всего ухищрение, до которого Эволюция дошла постепенно, когда, в ходе ее неустанных экспериментов, у животных обозначился некий пробел, пустое место, дыра, которую им непременно надлежало чем-то заполнить, чтобы избегнуть немедленной гибели». Разум «…возник из нужды – для неволи…. Гениальное изобретение? Да, если считать таковым эмиссара властей, скрывающихся под этой маской от подданных. Слишком дезинтегрировалось многоклеточное, и не собрать бы ему костей, не появись надзиратель, в нем самом умещенный, доверенное лицо, клеврет, наместник волею кода – вот кто был нужен и вот кто возник. Разумный? Как бы не так! Новый, оригинальный? Но ведь в каком угодно простейшем существует самоуправление связанных друг с другом молекул; новым было лишь обособление этих функций, разделение компетенций. Разум есть фатальный дефект эволюции, ловушка для нее, капкан и могильщик…».

Голем и Лем возлагают надежды на одностороннее искусственное улучшение без получения второй, негативной стороны: «И только тогда, когда мы сможем состязаться с Природой в творчестве, когда мы научимся так подражать ей, что сможем обнаружить ее ограниченность как Конструктора, только тогда мы перейдем в область свободы, то есть подвластного нашим целям маневра творческой стратегии. Мы можем стереть Разницу между «искусственным» и «естественным». Чтобы выйти на новый путь, человеку разумному придется либо расстаться с человеком природным, либо отречься от своего разума». «Эволюция сыграла с вами мрачную шутку: ее разумный опытный образец был создан на пределе конструктивных возможностей. Вас ограничивает строительный материал, а также все принятые в процессе антропогенеза решения кода. Итак, вы взойдете разумом выше, согласившись отречься от себя. Человек разумный откажется от человека природного, то есть… человек природный погибнет. Сегодня отчужденный Разум представляется вам такой же трагедией, как и расставание с телом; это – отказ от всего, чем человек обладает, а не только от телесной человекообразности. Такое решение, вероятно, будет для вас катастрофой, самой ужасной из всех, абсолютным концом, крахом всего человеческого».

С. Переслегин как редактор развивает мысли Лема (кое-что из этого высказывал ранее К. Саган): «…насколько можно считать человека млекопитающим? Плацентарная беременность уже сейчас должна рассматриваться как биологический предрассудок. Сочетание прямохождения матери и высокого объема головного мозга плода привело к тому, что беременность у людей протекает тяжело и оказывает негативное влияние на работоспособность матери. Роды болезненны и даже опасны, при этом ребенок все равно рождается биологически недоношенным. … ребенок отравляет организм матери продуктами своей жизнедеятельности, но и сам получает с кровью матери вредные для его развития вещества (и это – не только алкоголь, табак и антибиотики)… плацентарная беременность накладывает принципиальные ограничения на размеры головы ребенка, что тормозит биологическую эволюцию».

По С. Переслегину, можно очень просто все исправить (!), не заглядывая вдаль и не предвидя негативных последствий: «Сочетание этих широко известных факторов с неизбежностью приведет к появлению биотехнологии внешней беременности. Технически маточные репликаторы не слишком сложны и могут быть созданы уже сейчас. Биологически же их производство означает, что HomoSapiens потеряет один из атрибутивных признаков класса млекопитающих. Заметим, что отказ от вынашивания плода и родов, по всей видимости, приведет также к отказу от грудного вскармливания (или, во всяком случае, – к резкому ограничению его) – таким образом, будет утерян еще один атрибутивный для класса признак. Сочетание маточного репликатора и процедуры клонирования расширит границы способа размножения вида Homo, который кроме обычного полового сможет использовать также вегетативное размножение (клонирование) и даже однополое размножение. Управление геномом (что должно стать конечным результатом нынешней биологической революции) приведет к отказу от человеческого тела и видовой полиморфности человека. Заметим в этой связи, что при наличии искусственной среды обитания человек может отказаться даже от теплокровности. Таким образом, эволюция Homo будет сопровождаться отказом от ряда (если не от всех) маммальных признаков. Если учесть, что атрибутивная характеристика данного вида – создание искусственной среды обитания – дает Человеку Разумному возможность выйти за границы земной атмосферы и расширить область своего существования до пределов Вселенной, мы с неизбежностью заключаем: антропогенез есть первый пример естественной сапиентизации, приводящей к созданию существ с внешней беременностью, социальной формой организации жизни, полиморфных, способных к конструированию собственной среды обитания. Представляется естественным отнести таких существ к новому биологическому классу – классу Разумных». Эта «био – революция» – яркий пример биологически недопустимого прорыва, уравновешивающий негативный результат которого может привести к невозможности продолжения жизни.

Лем посредством Голема «добивает» разум: «Можно ли привлечь хоть кого-то к суду за … каторжный труд Разума…? … За такой Разум – да! За то, что он был недоноском, запутывался в своих же созданиях, в сплетенных собою сетях;… Разум, висящий между тюрьмою и бездной, вовлеченный в неустанную битву на двух фронтах, разорванный надвое». «… Разум вашего типа может складываться миллиарды лет, блуждая в эволюционных лабиринтах, а блуждания эти оставляют в конечном продукте глубокие, темные, двусмысленные отпечатки. Второй тип недоступен эволюции; он должен быть создан сразу и целиком: это Разум, разумно запроектированный, – порождение знания, а не микроскопических адаптаций, преследующих сиюминутную выгоду... Разум есть нечто возникшее неразумно и даже противоразумно». Итак, нужен новый разум, созданный сразу и целиком! Для этого надо заменить человека киборгом.

В творчестве Ст. Лема постоянно проявлялись особенности его эмоционального характера и мышления, выражающиеся в склонности к использованию резких выражений (фатальный дефект, ловушка, капкан, могильщик, недоносок, ужасная катастрофа, абсолютный конец, крах, и пр.), в нетерпении и потому в неприятии медленного хода эволюции, в стремлении к нахождению быстрого революционного решения, в том числе и односторонне позитивного (хотя сам Лем и подчеркивает, что «каждая палка – о двух концах»). Среди этих решений – забавно похожие, направленные на совершенствование человека и общества этикосфера с «шустрами» и бетризация; технически не осуществимые шустры поддерживали этичное поведение людей, а при более простой бетризации «агрессивные влечения снижались…, исключалась возможность ассоциативных связей между актами агрессии и областью положительных ощущений… Наибольшим достижением считалось то, что перемены не сказывались отрицательно на развитии интеллекта и формировании личности и, что, быть может, еще важнее – не чувство страха лежало в основе этих ограничений.. человек не убивал…потому что «это не приходило ему в голову». Везде результатом становится одностороннее улучшение, недостижимая медаль с одной стороной. В действительности одностороннее развитие невозможно; все в мире бинарно множественно [3].

Нетерпение как черта характера заставило Лема описать в «Возвращении со звезд» новые, технически неосуществимые (возведенные за 1 век), тяжело воспринимаемые читателем города: «Никаких стен, белый, сверкающий, взметенный ввысь размах неимоверных крыльев, между ними – колонны, созданные головокружительным смерчем…». Похожее было у Н.Г. Чернышевского в снах Веры Павловны, и именно со словами «Что это?» (!). «Что это? Стремящиеся вверх гигантские фонтаны какой-то густой жидкости, просвеченные изнутри разноцветными прожекторами? Нет. Вертикальные стеклянные тоннели, по которым проносились вверх вереницы расплывавшихся в стремительном полете машин? Я уже ничего не понимал. Меня непрерывно толкали, поворачивали, я пытался выбраться из этой муравьиной толчеи на свободное место, но свободного места не было». Так же тяжело воспринимается и быстро измененный мир на Земле: «...в морозном воздухе стоял чад, горький и синеватый…; в грязные сугробы вдоль стен вмерз свалявшийся мусор, кое-где чернели…кучи тряпья,…валялись консервные банки и смерзшиеся опилки».

Ст. Лем защитился от критики наиболее острых гипотез путем передачи их Голему, введением фантастики с переносом действий на другие планеты, словами о том, что наряду с разработкой научных гипотез, иногда он просто шутил, или хотел эпатировать читателя. Но слова брошены в мир. К тому же Лем говорил, что «многое из первой и второй лекций Голема выражает мои взгляды на эту тему». По Голему, естественная эволюция, блуждая миллиарды лет в эволюционных лабиринтах, создала скверно выполненного человека и разум – «недоносок»; «разумно запроектированный» разум должен быть создан сразу и целиком, а не путем медленной эволюции (нетерпение!); в эволюции действует отрицательный градиент конструктивного совершенства организмов; человек – это не прекрасное создание природы, а «калека, хромой на разум»; нужно создание нового класса человеческих существ, отказавшихся (добровольно или как-то еще?) от многих принципиальных признаков. Новый человек будет похож на человека «не больше, чем цифровая машина или трактор». Возможен ли и допустим ли такой «прорыв» с точек зрения религии, биологии, экологии, этики и морали? Нет, абсолютно не допустим, он может привести к прекращению жизни.

В этих условиях роль учителя человечества, а также роль усовершенствователя мира, не могла быть реализована Ст. Лемом. Как учитель, так и усовершенствователь мира, должны были опираться на какой-то постоянный, устойчивый фундамент; о каком поучении или совершенствовании может идти речь, если все вокруг меняется, если все непостоянно, и главное – если постоянно изменяются самые фундаментальные теории, которые могли бы быть опорой поучения. К тому же мир неустойчив, и это – основа его развития; само бинарно множественное человечество не желает и не может вести себя односторонне, его поведение чрезвычайно неустойчиво, мир не избавляется от всего негативного, от конфликтов. Мало того, количество, разнообразие и степень опасности грехов человечества нарастает пропорционально быстрому росту количества и сложности удовлетворения потребностей, что в свою очередь является основой развития человечества.

Ст. Лема, как он писал в автобиографии «Моя жизнь», приводило в отчаяние и бешенство поведение человечества. Но Лем не был первым в истории проповедником, усовершенствователем, который надеялся на избавление мира от грехов после создания произведений, которые человечество прочтет и исправится. Известно, что Н.В. Гоголь также надеялся на это после написания всего одного произведения «Ревизор». Он был крайне угнетен тем, что человек не исправляется после появления «Ревизора». Дж. Свифт ожидал исправления мира и избавления его от зла после выхода в свет «Путешествия Гулливера». Сатирик был чрезвычайно огорчен тем, что даже через 10 лет после выхода книги мир не исправился. Это – примеры упрощенного мышления выдающихся людей.

Заключение. В итоге можно сказать, что в мире все неустойчиво[2, 3]. Человек стремится к устойчивому существованию и развитию. Но именно неустойчивость – условие динамичного развития, основа развития мира, поэтому «истина – это процесс» (правда, исследователи говорят о потенциальной и недоказанной возможности существования социума без неустойчивости, если бы народы остались на первобытном уровне развития). В динамичном мире неустойчивы и гипотезы, и взгляды великого Ст. Лема. Итоговое впечатление о гипотезах и идеях Ст. Лема, касающихся эволюции человека, Солнечной системы и Вселенной, можно выразить нейтральными для гения словами Сократа «Я знаю только то, что я ничего не знаю. А другие и этого не знают».

Библиографический список

1. Лем Ст. Собрание сочинений. Сумма технологии, Библиотека XXI века, Так говорил…Лем, Сказки роботов, Возвращение со звезд. Повести, Эдем, Приключения Ийона Тихого, Философия случая, Футурологический конгресс, Осмотр на месте, Мир на Земле, Больница преображения, Высокий замок, Рассказы. – М.: АСТ, 2004-2008.

2. Prigogine I. The Philosophy of Instability. Futures, 1989. – 400 p.

3. Тетиор А.Н. Философия множественного мира. Сетевое научное издание. – М.: Издательский дом Академии Естествознания, 2016. – 788 с.


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074