Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

Множественный мир

Тетиор А. Н.,

6.6. Чехов – писатель и врач, не дающий рецептов счастья, запутавшийся в отношениях с женщинами

Аннотация. Сделана попытка научного объяснения противоречивости жизни и творчества А.П. Чехова. Неприкрытое мнение (поучение) автора, заслоняющего персонажи, звучит во множестве произведений разных писателей. Большая часть мыслителей знала и знает, что и как делать, чтобы жизнь каждого была наполнена разумным смыслом. Склонные к поучению, писатели, дающие советы «что делать», «как обустроить мир», «кто виноват», «что такое хорошо», или, по крайней мере, «делать жизнь с кого» человечеству или его части, самонадеянно присваивают себе право знать цепные реакции поведения множества людей, которые «нам не дано предугадать». Другие мыслители ищут смысл жизни и не могут его найти, и страдают, и получают ярлыки «мрачных» и «пессимистов», и мучаются от невозможности найти ответ, потому что единого для всех ответа нет, как нет и никогда не будет единой религии, единой философии, единого мышления. Реальный мир бинарно множествен. Таким «другим» реалистом был А.П. Чехов, не дающий рецептов счастья. Самое необычное в жизни А.П. Чехова – раннее формирование неудачных взаимоотношений с женщинами. В основе большинства его произведений – отношения мужчин и женщин. И именно в этих отношениях у А.П. Чехова множество проблем, как в его произведениях (у него практически нет полностью счастливых людей), так и в его личной жизни – сплошные проблемы взаимоотношений с женщинами. Эта важнейшая сфера жизни у А.П. Чехова биологически неудачна и пуста – ни любви, ни детей, ни семьи.

Summary. An attempt was made to scientifically explain the contradictions of A.P. Chekhov’s life and work. The undisguised opinion (teaching) of the author, obscuring the characters, sounds in many works of different writers. Most thinkers knew and know what to do and how to make everyone’s life filled with reasonable meaning. Prone to learning. writers who give advice to «what to do», «how to set the world», «who’s to blame», «what’s good», or at least «make a living with whom» humanity or parts of it, presumptuously assign themselves the right to know the chain reactions of the behavior of many people who «we can’t predict». Other thinkers seek the meaning of life and cannot find it, and suffer, and receive the label of «gloomy» and «hopeless», and suffer from the inability to find an answer, because there is no united (single) answer for all, as there is no and never will be a united (single) religion, a united (single) philosophy, a united (single) thinking. The real world is binary multiple. Such «other» realist was A.P. Chekhov, who does not give recipes for happiness. The most unusual thing in the life of A.P. Chekhov is the early formation of unsuccessful relationships with women. Most of his works are based on the relationship between men and women. And A.P. Chekhov has many problems in this relationship, both in his works (he has almost no fully happy people), and in his personal life – continuous problems of relationships with women. This most important sphere of life in A.P. Chekhov is biologically unsuccessful and empty – no love, no children, no family.


Врач А.П. Чехов не выписывал в своих произведениях рецептов счастья; напротив, он сомневался в наличии таких рецептов («...я не знаю, что будет». – слова в конце одного из его рассказов). Большинство писателей склонно поучать своих читателей: якобы они владеют «рецептами» правильного поведения, разумной жизни, счастья. Во множестве произведений разных писателей слышится неприкрытое мнение (поучение) авторов, заслоняющее мысли персонажей. То есть часть мыслителей знала и знает, что и как делать, чтобы жизнь каждого была наполнена разумным смыслом. Склонные к поучению, писатели, дающие советы «что делать», «как обустроить мир», «кто виноват», «что такое хорошо», или, по крайней мере, «делать жизнь с кого» человечеству или его части, самонадеянно присваивают себе право знать цепные реакции поведения бинарного множества людей, которые «нам не дано предугадать». Даже великий Л.Н. Толстой, не решаясь дать какие-то личные рекомендации, предложил герою «Воскресения» в качестве советов Библейские Заповеди. Неклюдов на последних страницах «машинально» открывает Евангелие, которое он «случайно» бросил на стол, и находит истину в Заповедях. И у героя начинается новая жизнь, не описанная Л.Н. Толстым, так как невозможно реалистически описывать то, чего не может быть (это – аналог сказок, заканчивающихся после описания более реальной борьбы и страданий словами «и они жили долго и счастливо»).

Другие писатели всю жизнь ищут смысл жизни и не могут его найти, и страдают, и получают ярлык «мрачных», «безысходных пессимистов», и мучаются от невозможности найти ответ, потому что единого для всех ответа нет, как нет и никогда не будет единой религии, единой философии, единого мышления. Вероятно, таким был А.П. Чехов. Писал он на исключительно актуальные темы; в основе большинства его произведений – отношения мужчин и женщин [1, 3]. И именно в этих отношениях у А.П. Чехова множество проблем, как в его произведениях (у него практически нет глубоко счастливых людей, хотя временное узко понимаемое личное счастье есть), так и в его личной жизни – сплошные проблемы взаимоотношений с женщинами. Чаще всего его герои – неудачники в личной жизни. Вероятно, таким его сделало тяжелое детство и юность, привило ему такую «карту любви» и «карту жизни», которые подсказывали ему поведение в течение всей жизни.

Поразительно много негативного привелось ему испытать, начиная с детства и юности: отсутствие детства, понуждения неудачника-лавочника отца к постоянному, почти бесцельному сиденью в холодной лавке и пению в церкви, придирки отца, бедность, одиночество брошенного семьей подростка, отсутствие денег и поиски способов их зарабатывания, писание по 1 рассказу в день ради денег для семьи, длительная болезнь; особенно печальна для высокого красавца Чехова сфера любовных и сексуальных отношений с окружающими его женщинами.

Эта важнейшая сфера жизни у А.П. Чехова исключительно неудачна и пуста – ни глубокой любви, ни детей, ни семьи. Много удивительного, необычного было в личности и мышлении великого А.П. Чехова, безусловно, оказавшего влияние на его творчество:

1. Возможно, самое необычное в жизни А.П. Чехова – раннее формирование неудачных взаимоотношений с женщинами. Началось оно, вероятно, с очень раннего начала половой жизни, посещения вместе с друзьями публичного дома в Таганроге в 13 лет. Это – недопусимо ранний возраст для вступпления в половую жизнь, знаменующий только начало полового созревания у мальчиков. Продуцирование мужских половых клеток – процессы сперматогенеза – запускаются лишь с 14–15-летнего возраста. Половое созревание мальчиков завершается в период 16...20 лет; психологическая зрелость и становление личности наступают позже. Многочисленны негативные оследствия очень раннего начала половой жизни – это психологическая зависимость от различных фобий (страхов), недоразвитие половой системы, низкое качество половой жизни, иногда – даже незрелость репродуктивной функции (интересно, что после свадьбы у Чехова были сложности с зачатием ребенка, который так и не родился). Такому мальчику сложно адаптироваться к реалиям во взрослой жизни. Формируются стойкие фобии (страхи) и проблемы психологического характера. По мнению современных ученых, мальчикам как минимум до 15 лет не следует даже задумываться о половых контактах, так как их организм не может выдержать подобное напряжение. Почти во всех странах мира возраст вступления в брак у юношей – 18 лет.

Первый сексуальный опыт, как считают психологи, формирует программу будущего сексуального поведения, так называемую «карту любви». Вероятно, отношение к женщинам сформировалось у Чехова после этого. Поразительно, что всю жизнь Чехов успешно и постоянно пользовался услугами «продажных женщин» разной национальности, не находя в этом ничего плохого, получая удовлетворение важной потребности при сохранении независимости. Он не задумывался о последствиях биологически ненормального сексуального поведения, о трудностях перехода к нормальному поведению.

Вероятно, в детстве путем взаимоотношений ребенка и подростка с окружающими его, в том числе близкими, людьми формируется не только «карта любви», но и «карта научения», «карта жизни» (типа «дорожной карты» – комплекса мер по реализации какой-либо деятельности). Формирование этой важнейшей карты, если она реальна, происходило под влиянием обстоятельств его жизни и семьи. Его притеснял отец, он был брошен на произвол судьбы семьей, он понимал свое особое положение единственного добытчика средств в сложной и далекой от совершенства семье (с пьющими старшими братьями), ему надо было решать вопросы аренды жилого дома для всей семьи, и т. д. Трудности большой семьи легли на еще не сформировавшиеся плечи юноши, у которого уже в школе были обнаружены признаки серьезной болезни (в гимназические и студенческие годы Чехов болел туберкулезным воспалением брюшины, но «теснение в грудине» чувствовал еще в 10-летнем возрасте). При этом его талант требовал выхода, требовал творческой работы. Ему приходилось самостоятельно решать все экономические семейные проблемы, да еще и учить своих старших братьев уму-разуму (здесь он постоянно давал им рецепты, учил – младший старших).

Трудный опыт начала жизни оказался судьбоносным для А.П. Чехова. В течение жизни он привык надеяться только на себя и не считал возможным связывать свою жизнь с женщинами, о которых у него сложилось исключительно негативное мнение (что само по себе поразительно). История (генезис) формирования этого исключительно негативного отношения красивого и высокого юноши к окружавшим его знакомым молодым и зачастую симпатичным женщинам, предлагавшим ему и дружбу, и любовь (Л. Мизинова, Л. Авилова и др.), не исследована. Возможно, это – влияние чересчур раннего начала половой жизни, получения сексуального удовлетворения за деньги, начиная с 13 лет. Но сам факт такого отношения широко известен, отмечен многими исследователями его творчества. Он и сам признавался: «Роль мужа меня пугает, в ней есть что-то суровое, как в роли полководца. По лености своей, я предпочитаю более легкое амплуа». В повести «Черный монах» Чехов пытается обосновать, почему не нужно жениться. Он считал, что женщина всегда обуза, покушающаяся на его свободу и его творчество. «Жениться я не хочу, да и не на ком. Да и шут с ним. Мне было бы скучно возиться с женой. А влюбиться весьма не мешало бы. Скучно без сильной любви». Любовь, а скорее влюбленность, но не сильная, не мешающая творчеству, нужна была Чехову для создания свежих сюжетов, для вдохновения. «Любовь юная, прелестная, поэтическая, уносящая в мир грез, – на земле только она одна может дать счастье!» Антон Павлович предлагал красивым и умным девушкам, которым он нравился, только платоническую любовь. А сексуальное удовлетворение находил в публичных домах. Там Чехов был постоянным клиентом, и совершенно не стеснялся в этом признаваться. В письмах к друзьям он подробно описывает свое общение с женщинами из публичных домов. Никто из друзей не подсказал ему, что такое биологически ненормальное замещение важнейшей потребности – половой – может быть чревато негативными последствиями при первых же попытках перехода к биологически нормальному общению. Тем более при недопустимо раннем начале половой жизни. А нормальной любви у него не было, да и не могло быть при таком биологически ненормальном отношении к женщинам. Один литературовед заметил: «... мы ... не находим женщины в жизни Чехова. Нет любви». Директор музея-усадьбы «Мелихово» Ю. Бычков писал: «Чехов относился к женщинам, мягко говоря, снисходительно. Они за ним ухаживали, добивались, а он находил способ, как уйти от них. Его романы не сменяли друг друга, а некоторые длились 10–12 лет с несколькими женщинами одновременно». О женщинах Чехов был не просто не лучшего, а совершенно, недопустимо плохого мнения. Видимо, сказался первый опыт, или, быть может, повлияла «карта любви». Возможно, он не хотел влияния своей серьезной болезни на будущие взаимоотношения, хотя женитьба на О. Книппер не подтверждает этого. Остается только описанная выше причина.

Как известно, в каждом посещаемом городе он ходил в церковь, на кладбище и в публичный дом; об этом он сообщал в письмах близким друзьям. Этот обязательный перечень трех объектов посещения о многом говорит: сексуальная сфера, во-первых, играла огромную роль в жизни Чехова; во-вторых, он ценил продажную любовь, ни к чему не обязывающую (получил удовлетворение, заплатил за него, и никому ничем не обязан); в-третьих, Чехов при столь негативном мнении о женщинах не мог влюбиться, и потому не допускал серьезных чувств и связей (на основе своего опыта не верил в них, ни разу в жизни, как полагают многие исследователи, не влюблялся и не позволял себе этого, так как не верил в возможность счастливого союза мужчины и женщины при столь негативных качествах женщин). «Никакой красотой женщина не может заплатить мужу за свою пустоту», – писал Чехов. Поразительный факт: когда его сестра Мария попросила у него совета в связи с обращением к ней ее приятеля с признанием в любви и предложением выйти за него замуж, – согласиться ли ей на замужество, – Чехов промолчал.

Вероятно, самого Чехова интересовал вопрос его особого отношения к женщинам, отсутствия обычных для молодого человека действий при ухаживании за красивыми молодыми женщинами, заканчивающихся попытками сексуальной близости. Возможно, он хотел бы, чтобы эти его взаимоотношения были нормальными, но не мог вследствие раннего начала половой жизни и наступающих позже дефектов взаимоотношений. Подтверждением особого интереса А.П. Чехова к половой сфере является выбор в годы студенчества темы магистерской диссертации – «История полового авторитета». Он доказывал: у птиц самец всегда сильнее самок. То же и у людей – мужчина выше женщины. Женщина пассивна: Она родит мясо для пушек, нигде и никогда не становясь выше мужчины в политике и социологии. Хороший врач, хороший юрист, дама на поприще творчества – гусь, заявлял Чехов. Совершенный организм творит, а женщина ничего еще не создала. Жорж Санд не есть ни Ньютон, ни Шекспир. Но из того, что она пока еще дура, не следует, что когда-нибудь дама не превратится в умницу. Природа стремится к равенству. «Отечеству женщина не приносит никакой пользы. Она не ходит на войну, не переписывает бумаг, не строит железных дорог, а запирая от мужа графинчик с водкой, способствует уменьшению акцизных сборов. Женщина с самого сотворения мира считается существом вредным и злокачественным. Она стоит на таком низком уровне физического, нравственного и умственного развития, что судить ее и зубоскалить над ее недостатками считает себя вправе всякий, даже лишенный всех прав прохвост и сморкающийся в чужие платки губошлеп». Из-за этих строк встает фигура исключительного, невероятного женоненавистника, каким А.П. Чехов не был. Но он это написал, и дал основание предполагать, откуда у него такая осторожность при многочисленных попытках молодых и красивых женщин к близким взаимоотношениям.

2. Во время поездки на о. Сахалин в городах, которые он проезжал, он посещал заведения из обычного перечня. Так, в Благовещенске он специально посетил публичный дом с женщинами – японками (он ценил разнообразие в национальности таких женщин: как-то заметил «мне бы сейчас гречаночку»). О японке он написал своему другу издателю Суворину в письме целый трактат: «Когда из любопытства употребляешь японку, то начинаешь понимать Скальковского, который, говорят, снялся на карточке с какой-то японской б...ю. Комнатка у японки чистенькая, азиатски-сентиментальная, уставленная мелкими вещичками: ни тазов, ни каучуков, ни генеральских портретов. На подушку ложитесь вы, а японка, чтобы не испортить себе прическу, кладет под голову деревянную подставку. Затылок ложится на вогнутую часть. Стыдливость японка понимает по-своему: огня она не тушит и на вопрос, как по-японски называется то или другое, она отвечает прямо и при этом, плохо понимая русский язык, указывает пальцами и даже берет в руки, и при этом не ломается и не жеманится, как русские. И все время смеется и сыплет звуком «тц». В деле выказывает мастерство изумительное, так что вам кажется, что вы не употребляете, а участвуете в верховой езде высшей школы. Кончая, японка тащит из рукава зубками листок хлопчатой бумаги, ловит вас за «мальчика» (помните Марию Крестовскую?) и неожиданно для вас производит обтирание, при этом бумага щекочет живот. И все это кокетливо, смеясь и с «тц».

До Благовещенска Чехов был в Томске, и город вместе с жителями ему не понравился. В том числе и местные женщины, и «веселые заведения». «Здешний полицмейстер предложил осмотреть веселые заведения. «Вернувшись из домов терпимости. Противно. Два часа ночи». И другие впечатления о Томске и его жителях оказались негативными (кроме замечания о высоком качестве еды в ресторане). За эти негативные высказывания Чехову в Томске поставили юмористический памятник (рис. 6.6.1; правда,.в подписи на памятнике жители как будто извинились за скульптора). Тем не менее, памятник до сих пор стоит на берегу реки и пользуется большой любовью жителей).

3. Возможно, ощущая свои взаимоотношения с женщинами как биологически ненормальные, и предполагая вероятный интерес окружающих к этому, он поддерживал легкие и осторожные взаимоотношения с красивыми женщинами, даже изредка писал им о любви (Л. Мизиновой), не переходя платоническую грань. Поразительно, что он ни разу (до встречи с О. Книппер) не перешел эту грань, несмотря на многолетние попытки 2–3 десятков женщин склонить его к сексуальным взаимоотношениям. И это – при явной любви высокого красавца А.П. Чехова к этим отношениям: например, он весьма чувственно описывал случившуюся с ним половую связь на острове Цейлон: «Здесь в раю я по самое горло насытился пальмовыми лесами и бронзовыми женщинами. Когда у меня будут дети, то я не без гордости скажу им: “Сукины дети, я на своем веку имел сношение с черноглазой индуской... и где же? в кокосовом лесу, в лунную ночь!”». В порыве страсти он даже предполагал рассказать об этом эпизоде своим детям (!?).

4. С детства он внешне покорно терпел жесткое и жестокое отношение отца (и ни разу не сорвался в отношениях с ним) – диктаторские привычки, требования постоянной работы в лавке в ущерб учебе, требования молиться и петь в церкви, и пр. Хотя признавался, что детства у него не было. Стойко вытерпел и этически недопустимый поступок со стороны родителей, когда в несовершеннолетнем возрасте был практически брошен не произвол судьбы и оставлен один, без средств к существованию, без поддержки семьи (напротив, мать постоянно просила присылать деньги и жаловалась Антону на бедственное положение). «Деспотизм и ложь исковеркали наше детство до такой степени, что тошно и страшно вспоминать. Вспомни те ужас и отвращение, какие мы чувствовали во время оно, когда отец за обедом поднимал бунт из-за пересоленного супа или ругал мать дурой. Отец теперь никак не может простить себе всего этого…». Вот уж действительно – жестокими были «его университеты».

5. Чехов не раз писал близким друзьям об актуальности для него сексуальных отношений: «Погода у нас мерзкая, дождь льет каждые 5 минут. Скучно и грустно и некого ...». «В Бабкине по-прежнему ... некого». «У меня насморк, рыба не ловится, ... некого, пить не с кем и нельзя, застрелиться впору». «В Одессе благодаря кое-каким обстоятельствам было прожито денег немало. Пришлось отложить всякое попечение насчет заграницы. Все пущено в трубу, осталось только на обратный путь. В стране, где много хорошего вина и отличных коней, где на 20 женщин приходится один мужчина, трудно быть экономным». При таких противоречиях в отношении к женщинам (полное игнорирование нормальных любовных отношений и не менее полная их замена платной любовью) невозможно было надеяться на создание семьи. Одиночество – это самое реальное продолжение такой жизни: «Пианино и я – это два предмета в доме, проводящие свое существование беззвучно и недоумевающие, зачем нас здесь поставили, когда на нас некому играть…».

6. И в жизни, и в своих произведениях А.П. Чехов уделял большое внимание половой сфере жизни, не будучи почти до конца жизни женатым, не имея детей, и, как полагают многие исследователи его жизни, ни разу не полюбив. При этом его письма претерпели купюры (часть их внесла его сестра), исключены подробности его личной жизни. Уникальность ситуации в том, что в создание образа Чехова вмешалось даже политбюро ЦК КПСС, принявшее постановление, запрещающее публикацию некоторых чеховских заметок и писем, чтобы избежать «дискредитации и опошления образа русского классика». Значит, была информация, которую нужно было запретить для создания цельного и чистого образа Чехова. Мешала досадная необычность взаимоотношений с женщинами – неприятие тех, кто влюблялся в него и был бы рад отдаться (Л. Авилова специально устроила свидание с вином и закусками в гостинице, не состоявшееся из-за внезапной болезни Чехова и неожиданных обстоятельств – пришли знакомые и все выпили и съели; словно какая-то высшая сила ограждала Чехова от близости с обычной женщиной), и безусловное приятие им продажной любви.

7. При таком прагматическом отношении к реальности А.П. Чехов в своем творчестве допускал полную идеализацию будущего, в соответствии с стремлением мозга человека к упрощенному мышлению: здесь и максимально идеализированная фраза «В человеке должно быть все прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли» (слова Астрова из пьесы «Дядя Ваня»); здесь и подсказанный Суворину сюжет рассказа о молодом сыне крепостного, который, осознав свою ничтожность, решил «день за днем по капле выдавливать из себя раба. Так в одно прекрасное утро он проснется новым человеком»; там же и известные слова Сони: «…мы с тобою… милый дядя, увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся, и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, с улыбкой, и отдохнем... Мы услышим ангелов, и увидим все небо в алмазах... и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка...». Налицо стремление к идеализации сложной, неоднозначной жизни.

В соответствии с пессимистической «картой жизни» у А.П. Чехова заметно преобладание чувства грусти, порождаемого даже чужой красотой и чужим счастьем. Например, интересны высказывания А.П. Чехова о женской красоте в рассказе «Красавицы». «Передо мною стояла красавица, и я понял это с первого взгляда, как понимаю молнию… Это была именно та красота, созерцание которой, бог весть откуда, вселяет в вас уверенность, что вы видите черты правильные, что волосы, глаза, нос, рот, шея, грудь и все движения молодого тела слились вместе в один цельный, гармонический аккорд, в котором природа не ошиблась ни на одну малейшую черту; вам кажется почему-то, что у идеально красивой женщины должен быть именно такой нос, как у Маши, прямой и с небольшой горбинкой, такие большие темные глаза, такие же длинные ресницы, такой же томный взгляд, что ее черные кудрявые волосы и брови так же идут к нежному, белому цвету лба и щек, как зеленый камыш к тихой речке; белая шея Маши и молодая грудь слабо развиты, но чтобы суметь изваять их, вам кажется, нужно обладать громадным творческим талантом… Ощущал я красоту как-то странно. Не желания, не восторг и не наслаждение возбуждала во мне Маша, а тяжелую, хотя и приятную грусть. Эта грусть была неопределенная, смутная, как сон. Почему-то мне было жаль и себя, и дедушки, и армянина, и самой армяночки, и было во мне такое чувство, как будто мы все четверо потеряли что-то важное и нужное для жизни…И чем чаще она со своей красотой мелькала у меня перед глазами, тем сильнее становилась моя грусть… Была ли это зависть к ее красоте, или я жалел, что эта девочка не моя и никогда не будет моею и что я для нее чужой, или смутно чувствовал я, что ее редкая красота случайна, не нужна и, как все на земле, не долговечна, или, быть может, моя грусть была тем особенным чувством, которое возбуждается в человеке созерцанием настоящей красоты, бог знает!». Чрезвычайно интересно замечание А.П. Чехова, что красота порождает грусть и жалость, а не какое-то другое чувство. Возможно, грусть и жалость проистекают из осознания недоступности этой красоты и невозможности ее присвоения. В описаниях А.П. Чехова заметно стремление к подчеркиванию двойственности красоты.

Пессимистичны и персонажи его рассказов, например, Иван Иваныч из известного рассказа «Крыжовник»: «К моим мыслям о человеческом счастьи всегда почему-то примешивалось что-то грустное, теперь же, при виде счастливого человека, мною овладело тяжелое чувство, близкое к отчаянию… Я соображал: как в сущности много довольных, счастливых людей! Какая это подавляющая сила! Вы взгляните на эту жизнь: наглость и праздность сильных, невежество и скотоподобие слабых, кругом бедность невозможная, теснота, вырождение, пьянство, лицемерие, вранье… Между тем во всех домах и на улицах тишина, спокойствие; из пятидесяти тысяч, живущих в городе, ни одного, который бы вскрикнул, громко возмутился… Все тихо, спокойно, и протестует одна только немая статистика: столько-то с ума сошло, столько-то ведер выпито, столько-то детей погибло от недоедания… И такой порядок, очевидно, нужен; очевидно, счастливый чувствует себя хорошо только потому, что несчастные несут свое бремя молча и без этого молчания счастье было бы невозможно».

В соответствии с «картой жизни» герои Чехова полны тоски, грусти и пессимизма, переданных им писателем (рис. 6.6.2).

Очевидно, что болезненность Чехова отражалась и в его произведениях: в них у А.П. Чехова почти нет счастливых людей, обретших духовную гармонию, оптимистов. Правда, есть явный счастливый зверек, потерявшийся и затем нашедший хозяина, прошедший в своей жизни через серьезные испытания – собака Каштанка.

Но в произведениях реалиста А.П. Чехова встречаются временно счастливые люди, которые подчеркивают временный характер счастья: например, в рассказе «Ионыч» временно, со своими поверхностными представлениями о счастье, счастлива семья Туркиных, счастье которой быстро проходит. Временно и поверхностно счастлив герой рассказа «Крыжовник».

«Донжуанский список» у Чехова с его биологически ненормальными отношениями с женщинами невелик. В 26 лет он увлекся Е. Эфрос. В 27 лет в него влюбилась двенадцатилетняя Н. Корш, дочь владельца частного театра. В 28 лет Чехову повстречалась девятнадцатилетняя Л. Мизинова, с которой у него был долгий платонический роман (другого он дать не мог). В 32 года в него влюбилась замужняя детская писательница Л. Авилова. Далее – пятнадцатилетняя Е. Шаврова принесла Чехову рукопись своего рассказа, влюбилась, но признаться в чувствах не решилась. И уже в 38 лет Чехов повстречался в сентябре 1898 года с актрисой О. Книппер на чтении его новой пьесы «Чайка». Чехов не хотел жениться. «Я не способен на такое трудное и сложное для понимания дело, как брак, и роль мужа пугает меня», – писал Чехов («брак пугает» – вероятно, последствия фобии из детства). – «Дайте мне такую жену, которая, как луна, будет являться на моем небе не каждый день». И. Бунин боялся, что женитьба будет губительна для Чехова. Он писал: «…да это самоубийство! хуже Сахалина... Они, горячо и самозабвенно любя его, уложат-таки в гроб милейшим образом». В каждой пьесе Чехова, которые ставились во МХАТ, О. Книппер играла главную роль. Но почти все пять лет брака Чехов жил вдали от жены. О. Книппер постоянно жила в Москве, она не могла без сцены, оваций, и любви публики. Возможно, ее не устраивал больной А.П. Чехов с его вероятными недостатками в половой сфере.

Чехов писал жене: «Я получил анонимное письмо, что ты в Питере кем-то увлеклась, влюбилась по уши. Да и я сам давно уж подозреваю, жидовка ты, скряга. А меня ты разлюбила, вероятно, за то, что я, человек неэкономный, просил тебя разориться на одну–две телеграммы…». Чехов и Книппер хотели иметь детей, но первая беременность Ольги в 1901 году закончилась выкидышем. Позднее, на гастролях в Петербурге, Ольга Книппер упала и перенесла операцию, потеряв ребенка, но Чехову об этом не сообщила. О потере ребенка он узнал из переписки с доктором Ольги и понял, что ребенок никак не мог быть от него. Д. Рейфилд в своей биографии Чехова пишет, что зачатие произошло не тогда, когда писатель и актриса были вместе. Ольга приехала к Чехову в Ялту на неделю, чтобы все подумали, что ребенок от мужа. В записях Чехова есть строчки: «Изменившая жена – большая холодная котлета, которой не хочется трогать, потому что ее уже держал в руках кто-то другой». Но А.П. Чехов получил такую жену, которой был достоин со своим запутанным, биологически ненормальным, отношением с женщинами. Он предложил ей себя – человека, половая сфера которого была осложнена чересчур ранним началом половой жизни, многолетним биологически ненормальным удовлетворением полового желания с помощью женщин из публичных домов: отсюда – возможные недостатки полового общения (см. выше – недоразвитие половой системы, некачественная половая жизнь, иногда – незрелость репродуктивной функции), о которых писатель мог догадываться и потому бояться (фобия) ожидаемого перехода к нормальному общению. Отсюда и возможная фобия женитьбы.

Почему О. Книппер так редко приезжала к Чехову? Не потому ли, что он испытывал негативные последствия очень раннего начала половой жизни? Фобии? Расстройство репродуктивной функции? Ему, вероятно, было очень сложно перейти от постоянного биологически ненормального общения с продажными женщинами к биологически нормальному общению с женщиной в зрелом возрасте, пользующейся вниманием мужчин. В рассказе «Дама с собачкой» Чехов вкладывает свои мысли в уста героев. «Как освободиться от этих невыносимых пут?» – размышляет Гуров. – «Мне иногда кажется, что еще немного и все изменится, выход будет найден. Тогда начнется новая прекрасная жизнь…». «В сущности, если вдуматься, все прекрасно на этом свете. Все, кроме того, что мы сами мыслим и делаем, когда забываем о высших целях, о нашем человеческом достоинстве».

Чехов не претендовал на звание пророка и не считал себя гением, избегал рецептов, желания кого-то поучать или проповедовать. Он полагал, что роль автора заключается в том, чтобы задавать вопросы, а не отвечать на них. Чехов предоставляет возможность самому читателю давать оценки и делать выводы. «Если хочешь стать оптимистом и понять жизнь, то перестань верить тому, что говорят и пишут, а наблюдай сам и вникай». Был ли Чехов верующим человеком? Он был верующим, но не религиозным. «Если бы в монастыри принимали не религиозных людей и если бы можно было не молиться, то я пошел бы в монахи», – признавался писатель. Верил ли Чехов в Бога или не верил, ответить нельзя. Чехов одно время говорил, что жизнь после смерти это сущий вздор. В другое время признавал, что после смерти мы никуда не исчезнем; бессмертие души это факт. «Смерть страшна, но еще страшнее было бы сознание, что будешь жить вечно и никогда не умрешь».

В пьесе «Дядя Ваня» Соня говорит: «…там, за гробом, мы скажем, что мы страдали, что мы плакали, что нам было горько, и Бог сжалится над нами, и мы с тобою… милый дядя, увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся, и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, с улыбкой, и отдохнем... Мы услышим ангелов, и увидим все небо в алмазах... и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка...». Исключительная степень идеализации суровой реальности. Откуда она у пессимиста Чехова?

Еще более высокую степень идеализации будущего А.П. Чехов вложил в уста монаха в повести «Черный монах»: «Вас, людей, ожидает великая, блестящая будущность. И чем больше на земле таких, как ты, тем скорее осуществится это будущее. Без вас, служителей высшему началу, живущих сознательно и свободно, человечество было бы ничтожно; развиваясь естественным порядком, оно долго бы еще ждало конца своей земной истории. Вы же на несколько тысяч лет раньше введете его в царство вечной правды – и в этом ваша высокая заслуга. Вы воплощаете собой благословение божие, которое почило на людях». Странно, что его персонаж выступает против медленного хода естественной эволюции, чтобы приблизить конец земной истории. Как будто он что-то знает о последующих событиях. Это – нелепость, он ничего не знает (известно, что будущее непредсказуемо). Пока что, выступая против медленного хода естественной эволюции, человечество получило глубокий экологический кризис вместо блестящего будущего [4].

Заключение. В основе любой деятельности, в том числе писательской, лежит мышление, работа мозга. Человек в процессе эволюции получил от предков консервативный и чрезвычайно сложно устроенный орган управления – мозг с наслоениями сохранившихся древних и более новых структур, в котором последующие слои, отвечающие за все более сложные органы и действия, взаимосвязаны и, видимо, контролируются всеми предыдущими слоями. Мозг содержит в себе, как археологический срез, всю историю эволюции человека, но при этом все древнейшие, древние, старые и более новые слои, работают и взаимодействуют. Одновременно в современном человеке «присутствуют», уживаются и влияют на его поведение и рептилии, и млекопитающие, и человек [2]. «Ритуально – агрессивный» Р-комплекс оказывает фундаментальное влияние на поведение, отвечает за безопасность вида и управляет базовым поведением: он контролирует инстинкт размножения, и пр. Лимбическая «эмоциональная» система ответственна за генерирование сильных и ярких эмоций, за окраску мыслей чувствами. Новая кора мозга – неокортекс – отвечает за ряд важнейших функций – память, сознательное восприятие, мышление, речь, и пр. В ее функции входят абстрактное разумное мышление, планирование действий и управление ими, сложные задачи восприятия, обмен информацией между мозгом и телом. У А.П. Чехова заметно преобладание решений высшей коры, разумное абстрактное мышление, планирование действий и управление ими. Так, не будучи самым старшим, он принял на себя руководство плохо обеспеченной семьей, состоящей из исключительно разнообразных (включая и пьяниц) людей, стал фактическим главой большой и сложной семьи и уверенно руководил ею вплоть до своей кончины. Для этого требовалась хорошая, уверенная работа высшей коры с разумным мышлением, с ограничением влияния Р-комплекса и с окраской мыслей чувствами с помощью лимбики. Это – работа полностью нормального мозга гения, но с осложнениями, вызванными ранним началом и, главное, постоянным продолжением платной сексуальной жизни, что вызвало разрывы в сенсорных связях: для нормального мозга естественным было бы постепенное развитие любовных взаимоотношений мужчины и женщины, с естественным завершением их на пике возбуждения в виде полового акта. У Чехова вместо этого было искусственное замещение любовного поведения кратким актом, не предполагавшим флирта, подарков, ухаживаний, любовных признаний, предварительной ласки, и пр. Это – неестественное для живой природы поведение: в животном мире половому акту обычно предшествует длительный или краткий, но обязательный предварительный процесс ухаживания. Он включает даже преподнесение подарка (обычно это – пища, но не всегда). Таким образом, недопустимо ранние половые отношения и искусственное замещение нормального любовного взаимоотношения кратким «протезом», вероятно, и вызвало те сложности во взаимоотношениях писателя с женщинами, которые существенно осложнили его жизнь.


Библиографический список

1. Громов А. Книга о Чехове. – М.: Современник, 1989. – 384 с.

2. Саган К. Драконы Эдема. Рассуждения об эволюции человеческого разума. – М.: Знание, 1986. – 256 с.

3. Труайя А. Антон Чехов. М.: Эксмо, 2007. – 608 с.

4. Тетиор А.Н. Философия множественного мира. – М.: Академия Естествознания, 2016 – 827 с.


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074