Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

Моя жизнь. Отрывки. Книга третья, для технических

Левинзон Сулейман Владимирович,

1961 - 1970 гг.

Итак, институт я окончил в 1962 году на 29-м году жизни, имея за плечами 10 лет трудового стажа, включая службу в армии. В школе сказали бы: переросток (в этом возрасте наши дети были уже кандидатами наук). Вечерники распределению не подлежат, но я распределение попросил и мне его дали. Дело в том, что можно было без проблем устроиться в КБ завода "Продмаш", где я проработал электриком все годы до окончания института, но жильё обещали года через 3,не раньше, а жить в Одессе было практически негде. К этому времени был женат уже 2 года и намечался ребёнок. Мне стало известно (слухами земля полнится, хотя нас, вечерников, это не касалось), что в Калуге открылся новый НИИ и туда нужны выпускники. Набирают человек 10-12.Записался в список кандидатов.

* * *

Преддипломную практику проходил в Москве, в НИИ-100,очень приличном заведении. Отпросился на один день и поехал "на разведку" в Калугу. Никаких электричек Москва-Калуга и обратно тогда ещё не было, поезд полз много часов. Поздно вечером приехал, узнал, что можно попробовать устроиться на ночь в гостинице "Ока". Мест, естественно, не было. Часть ночи просидел на скамейке, а затем додумался разместиться в будке междугороднего телефона: всё-таки на полочку можно голову положить. Прошли годы, но я не перестаю удивляться своему тогдашнему легкомыслию: поехал без адреса, без договорённости о встрече...

Утром я отправился в .... областное управление КГБ, что на Ленина, показал свой паспорт, командировочное предписание в Москву и попросил дать мне адрес "нового НИИ" ( по-моему, я даже не знал, что это п/я 46 и ,тем более, НИИ-225). Они позвонили куда-то и сообщили, чтобы я доехал до остановки "Каменный мост", а там - красное здание. Не знаю, это ли было причиной или просто элементарное везение, но меня принял Краснобаев, директор института. Договорились (всё устно), что мне будет с июля предоставлена работа, что лучше взять распределение и что (это главное) через 9 мес.- 1год нам будет предоставлена однокомнатная квартира и жене -работа. А пока - место в общежитии. Так я оказался в Калуге. Никто из нас не думал, что это "мероприятие" затянется более, чем на 40 лет....

Когда я пришёл на работу, меня определили в отдел №1,в лабораторию 13. Электротехническая группа (группа источников электропитания) состояла из 3-х человек: В.И.Блинова, С.В.Левинзона и Б.М.Карабахина. Затем к нам после возвращения из послеродового отпуска присоединилась З.И.Алексеева. Первым нашим заданием было разработка источника для проверки элементов и модулей. Заказчик - Е.Е.Сушков.

В институте связи нас учили многому, но, в основном, на лампах. Транзисторы ведь были изобретены только в 1947 году, а их промышленное производство началось в самом конце 50-х. Я не только мог отличить пентод от гексода, но и знал, что такое вторичная эмиссия и антидинатронный эффект, но с транзисторами дела не имел. На заводе, где я работал, было только электротехническое, а не электронное оборудование.

* * *

Лично я с разработкой источников на полупроводниковых элементах дела не имел. Более того, когда я прочёл отзыв на свой дипломный проект " Разработка систем телемеханики для рассредоточенных объектов", где в замечаниях было написано, что "совершенно не рассмотрена в проекте система электропитания", то обиделся: "Я тут такие сложные вопросы рассматриваю, а тут какая-то ерунда!" Жизнь меня наказала: именно это и стало основной сферой деятельности "на всю оставшуюся жизнь".

DBI

Рис. нашей сотрудницы Раи Кабанец. Калуга,1963

Единственным серьёзным подспорьем стала для меня первая книга С. Д. Додика "Расчёт и проектирование полупроводниковых источников питания", изданная издательством "Советское радио" в начале 60-х. Но много вопросов всё равно оставалось. Любопытная деталь: в дальнейшем я имел возможность много общаться с Семёном Давидовичем. Он написал неплохой отзыв на мою кандидатскую диссертацию. Сейчас ему 82 года, живёт в Москве. Мы постоянно общаемся по электронной почте.

Комментарий: С. Додика уже нет в живых. Увы…

Характерной особенностью того времени в нашем 46-м ящике было то, что никто не мешал тебе удовлетворять любопытство за государственный счёт. Тем более, если любопытство было по делу. Для консультаций побывал несколько раз в Москве и Ленинграде.

Первая работа была выполнена, и заказчик, Е.Е.Сушков, строгий и компетентный, принял её. Парадоксы времени и обстоятельств: через много лет Евгений Евгеньевич серьёзно занялся источниками, перешёл старшим научным сотрудником ко мне в сектор, стал соискателем и успел представить свою диссертационную работу научно-техническому совету нашего НИИ, на котором она была одобрена. Были намечены дальнейшие планы, но внезапная смерть прервала этот процесс. Научным консультантом (т.е. руководителем работы от НИИ) был у него я. Так получилось, что даже за его гробом я пройти не смог: был в это время в командировке в Клинцах, где мне сообщили об этом печальном событии, но уже после похорон. Через 4 месяца после поступления в НИИ я стал старшим инженером.

Настоящей серьёзной работой для меня стал "Космос" под руководством Г.В.Бека. Это был особенный человек: жёсткий, но уважительный, много знающий и прекрасный организатор. У меня до конца его жизни были с ним очень хорошие отношения. Многому я у него научился. Ряд технических решений по его темам принимались вместе. В частности, с ним было обсуждено решение о заказе индикаторов для многоканальных источников с калиброванным сигналом. И если начальство (любое!) сопротивлялось тем или иным решениям, то, Герман Вальтерович всегда мне помогал. Благодаря его содействию я совершил (одним махом!) самую длинную (по расстоянию) командировку по маршруту: Казань, Благовещенск, Чистополь.

Были заключены договоры на разработку таких индикаторов серийно, но дальше единичных поставок дело не дошло. Перечислять все темы, на которые я работал, не хватит никакого объёма. Поэтому остановлюсь только на нескольких. Да, следует упомянуть, что читая практически ежедневно новую научно-техническую литературу по специальности и вокруг неё, как на русском, так и на английском, я пришёл к выводу, что пора нам самим "начать говорить".

Так в 1964 году стали появляться первые публикации сначала в ведомственных, а затем и союзных изданиях (например, в журнале "Электричество", издание Академии наук). Первую такую публикацию подписали В.И.Блинов, С.В.Левинзон, З.И.Алексеева. За прошедшую в НИИ трудовую жизнь у меня было столько соавторов, что всех, навскидку, и не припомнить.

Упомяну только некоторых, имеющих непосредственное отношение к КНИИТМУ: В.И.Блинов, З.И. Алексеева, В.И.Беззубов, Ю.И.Афонин,В.А.Калуженский,Н.М.Тимченко,В.И.Голубин,В.А.Савельев,Н.Н.Квасов,С.И.Сахарчук,А.Я.Слинько, В.В.Абраменкова, В.С. Левинзон, А.Н.Фролов... Были ли у меня недоброжелатели? Ещё сколько!

Их основной тезис: "Если Левинзон публикуется с кем-то, то он к ним примазывается, а если самостоятельно, то других обворовывает". Со временем я к этому привык, если можно привыкнуть, например, к человеческой зависти. " ....,а караван идёт".

Комментарий: в настоящее время из перечисленных выше соавторов половины уже нет в живых…

По мере накопления опыта, как положительного, как и отрицательного, появился вкус к изобретательской деятельности. Первая заявка на изобретение "Устройство с тремя устойчивыми состояниями равновесия, поданная в 1965 году, была отказной. Как обычно, "первый блин комом".

Как только начались разработки, они повлекли за собой испытания и передачу изделий в серийное производство. Где только не пришлось - и неоднократно - побывать за годы работы в НИИ! Пермь, завод аппаратуры дальней связи, Черкассы, по "Светофору", Кишинёв – по "Вьюну", Львов - по ряду изделий, Тбилиси, Ленинград, Уральск, Клинцы, где я, бывало, дневал и ночевал неделями, не говоря уже о Калужском заводе телеграфной аппаратуры ( КЗТА), куда у меня был постоянный пропуск.

Жизнь командировочного в те годы иногда ничем не отличалась от жизни бомжа: с жильём было туго, нас гоняли отовсюду, как сидоровых коз. Запомнился мне один курьёзный случай. Жили мы в какой-то гостинице в Перми. Нас поселили "на птичьих правах", пока не приедут на областное совещание какие-то то ли птицеводы, то ли животноводы. Выбрасывали обычно без предупреждения: вещи сдавали в камеру хранения и ключи не выдавали. Нам (было нас человек 6) оставалось до окончания командировки пару дней. Так вот: всех из гостиницы выбросили, а меня - нет! Стали разговаривать со мной весьма вежливо.

И тут случайно увидел бланк, который я заполнил при приезде: в графе "место работы" (так они прочли мои каракули) сверху над моим невнятным "книитму" было написано "Китай". Я тут же сориентировался и сказал: "Но вы же знаете, что поезд №1 "Москва – Пекин" ходит не каждый день!" Оставшиеся 2 или 3 дня прошли спокойно.

Ещё одна дополнительная "хлебная работа", в которой я поднаторел (бывало, что меня для её выполнения "одалживали" другие отделы), это согласование применения комплектующих элементов и элементов, режимы которых не были указаны в технических условиях на них. С такой миссией я побывал в Запорожье, Чистополе, многократно в Москве и Ленинграде, Ташкенте, Томске, других городах. Тут были и трансформаторы, и транзисторы, и тиристоры, и реле, всего не упомнишь.

А бывали и уникальные случаи: в начале марта 1979 года, точнее не помню, нужно было срочно получить какие-то модули источников в интегральном исполнении, которые должны были поставить нам из Ленинграда. Но оказалось (как у нас довольно часто случалось), что их изготовление передали в Ленинакан (Ходжент).

Предполагалось, что поедут туда за ними для приёмки 3 человека: разработчик, конструктор и представитель заказчика, но в конечном итоге поехал только я. Приезжаю. А эти модули там для нас только что изготовили и обещают поставить ...месяца через 2. Когда я заявил, что хочу их увезти с собой, а времени у меня неделя, они очень удивились и сказали: "Пойдём к Правителю". Так я узнал, что директор завода - это Правитель, главный инженер-Первый бай, начальник ОТК - второй бай. Первый вопрос, который задал Правителю: "Почему нельзя в соответствии с существующими ГОСТами и нормалями провести ускоренные испытания?" После ответа: " А что это такое?", мне стало всё ясно. Я предложил провести эти испытания за 7-9 дней, но для этого потребовал полномочий на уровне хотя бы второго бая.

И мне они были даны. Попросил Калугу продлить командировку на 2-3 дня и взялся за работу. Боже мой, никто никогда так не слушал меня, как в эти дни! Но я не оценил всей сложности доставки "груза": летел в Москву с пересадкой в Ульяновске, при использовании авиатранспорта нужна была бумага, что груз - моя ручная кладь и его нельзя просвечивать аэродромными сканерами при посадке и пересадке. Чёрта с два я бы сейчас такое разрешение получил, а тогда время было не столь террористическим.

Самое интересное, что после окончания работы меня пригласил к себе Правитель и предложил приехать на время отпуска наладить службу испытаний и контроля. Условия: трёхкомнатная квартира, увеличенная значительно, в несколько раз, зарплата по сравнению с моей (а моей он даже не поинтересовался) и таджичка до 20 лет. И единственный вопрос, который я задал: "Почему до 20?" " А после этого возраста они у нас не котируются" - был ответ. Правда, мне эта поездка обошлась неделей нахождения на больничном: сильно простудился в пути. В Таджикистане уже цвели деревья, а дома снег еще не думал таять. Интересно было увидеть своими глазами местное празднование начала весны - "Навруза".

Бывали и такие случаи, когда из командировок я привозил "плохие вести". Будь это 37-й год… "досталось" бы многим и, конечно, тому, кто приносит такого рода информацию, т.е. мне.

* * *


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074