Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

1.2. Поведение: понятие, сущность и содержание

Поведение как понятие является более многозначным, чем понятия активности и деятельности. Поведение возникает на том уровне организации материи, когда ее живые структурные образования приобретают способность воспринимать, хранить и перерабатывать информацию, используя ее с целью самосохранения и приспособления к условиям существования или (у человека) их активного изменения.

Как многие другие понятия, обладающие сложным содержанием, категория поведения многозначна, и в связи с этим термин «поведение» имеет различное употребление.

Нередко в широком смысле термин «поведение» употребляется применительно к объектам любого уровня организации (в этом смысле говорят о поведении электрона в магнитном поле, о поведении той или иной самоорганизующейся системы), причем имеют в виду поведение как отдельного индивида, так и некоторой группы индивидов (поведение биологического вида, поведение социальной группы и т.п.)[54]. В совсем обобщенном и формальном смысле под поведением можно понимать «множество состояний системы, следующих во времени друг за другом»[55].

В других случаях речь идет о системе поступков человека, представляющих реализацию определенных нравственных установок, как о поведении[56]. Чаще всего под поведением понимают систему действий по поддержанию своего существования, осуществляемых биологическим индивидом любого уровня организации[57].

Надо признаться, выражения типа «поведение электрона» или «химическая реакция» кажутся витаморфными. Это, кажется, звучит метафорически, равно уподоблению неживого (неорганической природы) и живого (органической природы).

Поскольку поведение в подлинном значении слова может предполагать в целом только достаточно высокий уровень активности и связано с целесообразностью, то подобная трактовка представляется чрезвычайно расширительной и может поэтому носить лишь чисто условный характер.

В научной литературе поведение обычно характеризуют как систему действий человека или животного в их отношениях со средой[58].

Поведение – система внутренне взаимосвязанных действий, осуществляемых каким-либо сложным (обладающим некоторой организацией) объектом; эта система подчиняется определенной логике и направлена на реализацию той или иной функции, присущей данному объекту и требующей его взаимодействия с окружающей средой.

С этим положением, как говорят, не поспоришь. Но становится очевидным, что подобная трактовка поведения практически ничем не отличается от определения деятельности: поведение есть система действий, и деятельность также представляет систему действий. Активность также проявляется в системе действий. Так чем же специфика поведения? Ответу на данный вопрос посвящается параграф.

Расчлененные представления о поведении сложились в науке в XX веке. Базой для исследований послужила рефлекторная теория, развитая на основе трудов И.П. Павлова, в частности, на ней строится концепция бихевиоризма, рассматривающая поведение как главный предмет своего анализа через систему «стимул-реакция» в качестве основной единицы поведения. Работы И.П. Павлова показывают, как животные подготавливаются к восприятию различных сигналов, к еще только предстоящим звеньям постепенно развивающихся событий. Эта способность либо передается по наследству, либо она формируется в процессе накопления организмом индивидуального опыта[59]. Закономерность работы головного мозга настраиваться на определенные последовательности событий во внешней среде названа П.К. Анохиным закономерностью «опережающего отражения действительности». Данная закономерность является универсальным явлением жизни, которое определяет все формы приспособительного поведения живого: врожденное, сигнальное, условнорефлекторное[60].

Физиологические исследования выявляют «субстратную» основу поведения, то есть те механизмы высшей нервной системы, которые обеспечивают его реализацию. Опережающее отражение действительности находит свою завершенную форму в так называемой установке организма, которая есть форма единого функционирования физиологического и психического. Причем, установка – это не только определенное предрасположение организма к определенной деятельности, но и способность организма к актуальному регулированию динамики, действия и отражения[61].

В.Ю. Большаков в своей теории рассматривает эволюцию поведения как «усложнение поведенческого акта от раздражимости до деятельности. Цепочка поведенческой эволюции выглядит так: раздражимость –
безусловный рефлекс – условный рефлекс – инстинкт – деятельность. Каждое нижестоящее звено присутствует в вышестоящем, а каждое последующее – в предшествующих в форме обратной связи»[62].

Следовательно, поведение представляет собой сложную иерархическую структуру, которая складывается и функционирует на разных уровнях жизнедеятельности организма. Это положение значимо как для поведения животных, так и в особенности для человека как существа наиболее высокоорганизованного, действия которого отличаются сложностью, вариабельностью и высокими степенями свободы.

Ф. Энгельс в работе «Диалектика природы» отмечает, «нам общи с животными все виды рассудочной деятельности: индукция, дедукция, следовательно, также абстрагирование (…) анализ незнакомых предметов (уже разбивание ореха есть начало анализа), синтез (в случаях хитрых проделок у животных) и, в качестве соединения обоих, эксперимент (в случаях новых препятствий и при затруднительных положениях)»[63].

В наше время термин и понятие «поведение животных» стало настолько всеохватывающим, а существование этого понятия воспринимается само собой разумеющимся. Понятие «поведение животных» вбирает в себя частные понятия, относящиеся к внешне наблюдаемым действиям животных: «инстинкт», «привычки», «нравы», «действия», «активность» и т.п.

Наиболее развитым направлением исследования поведения животных является этология[64]. Поведение животных носит адаптивный характер, что способствует выживанию данной особи. В ряде случаев поведение может быть неадаптивным для данной особи, но зато максимально повышающим шансы на выживание потомства, а, следовательно, вида.

В характеристике поведения животных, данной Н. Тинбергеном, указывается, что он склонен «называть поведением самые разнообразные движения или их изменения, в том числе и полную неподвижность…»[65]. Замечания биологов К.А. Вилли и В. Детье также подчеркивают: «Обычно под поведением мы имеем в виду то, что животное «делает»[66].

Из приведенного выше, следует обратить внимание не только на действие, движение, но и неподвижность, что указывает на особенность поведения, которое в отличие от деятельности, выражающей отношения живого существа со средой существования исключительно в плане активности, охватывает оные отношения в ином срезе и включает в себя как активность, так и пассивное состояние (бездействие).

Понятие пассивности как характеристики одного из состояний живого существа не обязательно несет в себе негативный смысл. Поведение, будучи целесообразным по своей общей направленности, делает в известной мере и пассивное состояние как свое звено причастным к целесообразности. Так, относительное бездействие при некоторых обстоятельствах может играть огромную роль в выживании индивида и вида. Все это достаточно убедительно свидетельствует о том, что поведение является сложным феноменом действительности и включает в свой состав различные компоненты, которые, в свою очередь, сложны и находятся в диалектической связи.

Если у животных в основе поведения лежат рефлекторные реакции (действия), непосредственно регулируемые обратной связью, где эндогенная активность и центральные программы включаются под действием специфических внешних стимулов, обеспечивая в целом активное и целесообразное поведение, носящее адаптивный характер (направленное на выживание особи) или неадаптивный, в отношении той или иной особи, максимально повышающий ее шансы на выживание потомства, то у человека поведение хотя и имеет природные предпосылки, но в основе его лежит социально обусловленная деятельность, придающая этому поведению качественно новый характер[67].

Рефлекторные реакции, действия, непосредственно регулируемые обратной связью, эндогенная (спонтанная) активность и центральные программы, включающиеся под действием специфических внешних стимулов, – все эти механизмы, работая согласованно, обеспечивают в целом активное и целесообразное поведение живого существа. Понятно, почему совсем иной план приобретает термин «поведение», когда он употребляется с целью характеристики человека как социального существа, в своих действиях реализующего принципы общественных отношений. В данном случае понятие поведения обязательно включает в себя, в свое содержание отношение к другому человеку, другим людям, к обществу и социальным нормам. Проявляясь в определенных действиях, поведение при любых обстоятельствах так или иначе выявляет позицию человека, способную вызвать определенную общественную реакцию и создать известное мнение. Это происходит тогда, когда поведение рассматривается и описывается «не в терминах обычной констатации факта совершения действия, а с точки зрения их значения для кого-ли-
бо – для самого деятеля, для окружающих, для общества в целом; под углом зрения их общественной значимости (ценности) – правовой, политической, нравственной и т.д.»[68]. Когда термин «поведение» выражает отношение человека к среде своего существования, в этом случае приобретает более категориальное значение.

Анализ И.Р. Пригожиным термодинамики открытых систем с неклассическими свойствами показал их удивительные аналогии не только с химическими и биологическими системами, но и с социальными (в том числе социальным поведением). И.Р. Пригожин, исследуя неравновесные и открытые системы, пришел к мысли о сходстве поведения больших и сложных систем в термодинамике, биологии и социологии. Одновременно он призывает к осторожности, потому как «люди – не динамические объекты, и переход к термодинамике недопустимо формулировать как принцип отбора, подкрепляемый динамикой»[69]. Эволюция таких систем определяется повсеместными действиями лиц во взаимодействии с условиями, накладываемыми внешней средой. Именно в этом состоит уникальная специфика гуманитарных систем. В отличие от молекул – основных «актеров» в физико-химических системах и даже в отличие от муравьев или членов других живых сообществ человек всегда строит свои проекты, имеет собственные желания. Некоторые из них основаны на предвидении разумного возможного будущего, а также на догадках относительно желаний других действующих лиц. По этой причине различие между желательным и действительным поведением выступает как внешнее условие нового типа, определяющее контуры динамики наряду с внешней средой.

Вопрос об устойчивости-неустойчивости систем является вопросом их существования. Возможны три случая, прямо относящиеся к устойчивости-неустойчивости систем (любых открытых систем при наличии внешних воздействий, среды и т.д.) в рамках их существования:

1. Существует область недостаточности взаимодействий, отношений, а также их интенсивности, в которой некая абстрактная система в своих свойствах, качествах неустойчива.

2. Существует область необходимой достаточности, максимальности и минимальности данных, где система минимально устойчива.

3. Существует область избыточности всех этих характеристик, где система находится в состоянии запредельной устойчивости.

В итоге в условиях неустойчивости и длительности эволюции появляются бифуркации, расщепление направлений и характера дальнейших изменений системы[70].

В зарубежной литературе известна книга Р.Л. Акоффа и Ф.И. Эмери «О целеустремленных системах», в которой предложена концепция человеческого поведения «как системы целеустремленных действий»[71].

Человеческая деятельность и поведение протекают в границах сложных больших систем и сами представляют собой сложную и большую относительно долговременную систему. Фундаментальное значение имеет мировоззрение, от характера которого зависит направленность и социальная ценность поведения. Проявляясь в определенных поступках, поведение не сводится лишь к «внешним действованиям», а при всех обстоятельствах выявляет позицию человека. Сознательное поведение – это нечто такое, что складывается в результате ряда приспособлений к постоянно меняющемуся полю восприятия. Отсюда следует качественная специфика поведения, проявляющая личность в данной ситуации. Поэтому социальная специфика человеческого поведения проявляется в том, оно представляет собой превращение внутреннего состояния человека в действия по отношению к окружающему миру.

Максима Протагора: «Человек есть мера всех вещей» – это есть антропный принцип, обращенный к человеческому поведению. Этот принцип человеческой субъективности, который нельзя считать абсолютным, а соотносимым с объективными человеческими параметрами, понимание себя и реальности, себя и своих пределов, себя и других.

Существует принцип единства основных, центральных закономерностей поведения, функционирования, адаптации и развития живой природы, включая человека и его общества. Безусловно, мы выдвигаем специфичность законов биосистем и человека. Признавая данную специфичность, мы исходим из того, что идея сходства и различия живой природы и человека как части этой природы неоспорима и является опорой нашего исследования.

Поведение самого человека представляет собой сложную систему. Подчеркивая многогранность понятия сложности, Дж. Клир пишет, что сложность означает «иметь сложное качество или состояние», то есть «иметь много различных взаимосвязанных частей, структур или элементов и, следовательно, быть трудно понимаемым полностью», или «включать множество частей, аспектов, деталей, понятий, требующих для понимания или овладения серьезного исследования или расследования»[72]. В системе при любом воздействии извне, которое нарушает ее относительное равновесие, возникают процессы, сохраняющие ее равновесие. В сущности, это принцип инерции в специфическом проявлении. С функциональных позиций данный принцип означает, что при внутреннем или внешнем воздействии на систему некоторые ее подсистемы или элементы по разным причинам приобретают дисфункциональные свойства. Инерционность системы истолковывается как стремление нейтрализовать возникающие дисфункции. Таким образом, общий механизм координации и регуляции функций в системе описываются в форме непрерывного процесса нейтрализации, подавления дисфункций. Этот механизм, считается, направлен на сохранение устойчивости, стабильности системы даже тогда, когда речь идет о том или ином направлении развития, изменения. Это общий принцип естествознания и обществознания. В преобразованном и конкретизированном виде его можно назвать принципом нейтрализации дисфункций[73].

Механизм изменений поведенческих систем возможно проанализировать согласно смыслу и содержанию понятий «мотивация»,«цель», «потребности», «интересы».

Важным звеном в системе поведения выступают его мотивы. Проблемы о мотивах поведения в свое время были разработаны в психологической, социально-психологической литературе – это работы Д.А. Кикнадзе, А.Н. Леонтьева, В.М. Момова[74] и других, имеющих серьезную философскую базу. Мотивами могут выступать потребности, интересы, цели, установки, социальные ориентации, привычки, убеждения, принципы, эмоциональные состояния, настроения.

Необходимо еще раз подчеркнуть, что проблема мотивации человеческого поведения не есть исключительно прерогатива отдельной дисциплины, в частности, психологии. Известно, что сознание, мотивирующее поведение, не является достоянием замкнутого в себе и обособленного от общества индивида, а выступает социальным по своей природе образованием. Следовательно, проблема мотивации объективно и методологически правильно представляет собой актуальную и значимую социальную проблему, связанную с отношениями, закономерностями функционирования и развития общества. Мотивацию можно определить как такую обусловленность поведения, которая тесно связана с природой субъекта и носит поэтому внутренний характер. В силу последней особенности мотивация не просто обусловливает некоторое движение или изменение, а вызывает активное действие. При этом внутренняя причинность в форме мотивации не отменяет детерминацию, обусловленную внешними, объективными обстоятельствами, но только преломляет внешние воздействия через внутреннее содержание активно действующего индивида. Мотивация как субъективный фактор опосредствует внешние воздействия. Однако этот факт внутренней активности субъекта сам по себе очень важен для характеристики человека, ибо он выражает самостоятельность, свободу и относительную независимость последнего от детерминации обстоятельствами данной, наличной ситуации. Исходя из сказанного, можно согласиться с трактовкой С.Л. Рубинштейна: мотивация – это через психику реализующаяся детерминация.

Он же называет мотивы двигателями поведения, его побудителями[75]. Мотивы человеческого поведения могут быть осознанными и неосознанными[76]. Однако дело обстоит сложнее, и то, что мы называем осознанным мотивом, включает в себя моменты неосознанного и не полностью осознанного. При этом они находятся в диалектическом единстве, одновременно, и в противоречии. Более того, одна из особенностей мотивации заключается как раз в противоречивости и постоянной борьбе различных влечений и тенденций в мотивах тех или иных действий.

Мотив связывает предлежащую ситуацию с общим социальным опытом индивида. В этой связи в мотиве проявляется история человека, конкретность личности как носителя определенного социального содержания. Социальное содержание мотива раскрывается в той ценности, на которую будет направлено поведение. Но само отношение человека к ситуации как к системе ценностей обусловлено историей данного человека – носителя социального содержания. Различные состояния общественного сознания «воздействуют на мотивы поведения людей, на принятие ими определенных решений, короче, побуждают их к деятельности»[77].

Мотивация человеческого поведения осуществляется при непременном участии эмоций, которые выступают его существеннейшим фактором. При активном участии эмоциональной сферы сознания человек определяет степень значимости окружающих его предметов и явлений, их важность для достижения поставленных целей. Эмоции создают общий настрой на определенное поведение и способ деятельности и этим оказывают регулирующее воздействие на динамическую сторону
мотивации.

Поведение человека следует считать полимотивационным. П.М. Якобсон полагает, что поведение человека может быть мотивированно:

1) идеалами, представлениями о будущем;

2) интересами;

3) стремлениями к организованной жизни и устроенному быту;

4) сильными потребностями;

5) сильными чувствами;

6) моральными убеждениями;

7) привычками;

8) подражанием[78].

В зависимости от сложившейся ситуации и целей субъекта могут доминировать те или иные побуждающие мотивы, возрастать или уменьшаться их число, изменяться их природа, интенсивность и направленность, но в любом случае, она выражает сложный результат множества воздействующих причин и условий. При объяснении целостного поведения, а так и «любого человеческого поступка надо учитывать побуждения разного уровня и плана в их реальном сплетении и сложной взаимосвязи. Мыслить здесь однопланово, искать мотивы поступка только на одном уровне, в одной плоскости – значит заведомо лишить себя возможности понять психологию людей и объяснить их поведение»[79]. Есть еще одно замечание, касающееся мотива, что он имеет двоякий смысл:

а) побудительной движущей силы поведения;

б) основания поступка, решения, мнения.

Так называемое мотивированное действие в своем исходном моменте имеет движущую силу побуждения и основание действия[80]. Также необходимо отличать мотив от намерения, под последним следует понимать мысленный образ того действия, которое индивид предполагает совершить ради достижения намеченной цели. Мотив – сама эта цель, когда она становится постоянным стимулом поведения.

В рамках общефилософского подхода раскрываются вопросы о сущности и происхождении цели, о детерминации цели, о диалектике возможности и действительности в процессе формирования и реализации цели, об отражающей природе цели и характере их связи с познанием, их истинности и ложности, о единстве свободы и необходимости при выборе цели, соотношение цели, средств и результата.

Для систем, обладающих сложным поведением, целевая функция признается определяющим фактором. При анализе таких понятий как цель, целеполагание, целесообразность, целенаправленность в философском дискурсе обращаются к тем представлениям, которые сложились в итоге философского и частно научного осмысления закономерностей жизнедеятельности человека и человеческих сообществ.

Н. Винер называет цель одной из коренных категорий науки[81].

В философии и частных науках мы найдем целое многообразие смысловых определений понятия «цель».

Исследование проблемы цели ведется в современной науке на различных уровнях, что обусловлено существованием в объективной реальности разных форм целевого отношения и соответственно широким применением отражающей их категории «цель» в разных областях теоретического познания. Цель может рассматриваться и как вспомогательный прием из логического арсенала гносеологии, и как форма опережающего отражения, и как желаемый образ будущего результата деятельности, равно как и в других качествах. При этом любая целеустремленная система находится в ситуации выбора и уточнения целей, поскольку меняется ситуация, мотивы и объективные условия. Такая система может:

а) усвоить цель извне, от других систем;

б) более четко осознать свою цель;

в) уточнить, определить цель;

г) при недостижимости одной цели заменить ее другой;

д) включить ее в поле своей деятельности;

е) при сложности достижения цели построить промежуточные, вспомогательные и опосредующие цели;

ж) при множестве целей и сложности их достижения построить иерархию приоритета целей[82].

Мы будем идти вслед за О.С. Разумовским, излагая его понимание, и иметь следующее: цель – это идеальное по форме, предполагаемое, искомое состояние или свойство, почему-либо желательное, в направлении которого система изменяется под влиянием внешнего и внутреннего воздействия, причин и условий. Речь идет о состоянии, оптимальном для системы, в первую очередь, для ее существования, адаптации к условиям существования и дальнейшего развития или прекращения таковых в соответствии с целями системы[83].

Признавая правомерность многозначного понимания категории «цель», мы хотели бы подчеркнуть, что нас интересует цель в «узком» понимании этого слова, то есть цель поведения человека. И в таком ограниченном понимании цель исследуется достаточно широко философией, психологией, социологией.

В отечественной философской литературе понятие цель трактуется как один из элементовповедения, сознательной деятельности человека. С его помощью можно охарактеризовать предвосхищение результатов деятельности, а также определенность пути ее реализации. Это понятие – абстрактная форма отражения различных действий человека и способ их систематизации. Вообще анализ целенаправленной деятельности человека предполагает выявление несоответствия между жизненной ситуацией и целью.

В «Философских началах цельного знания» В.С. Соловьев говорит, что наша жизнь полна всякого рода мучений, далека от всеобщего блаженства. Но из этого следует, что человек не может оставаться в подобном состоянии и стремится к какой-нибудь счастливой цели. А стремиться к цели – значит пребывать в постоянном развитии, так как постоянное пребывание в неподвижности исключает всякую цель[84].

Цель идеальна по своей природе, поэтому она в цепи действий человека непосредственно, внешне отсутствует. Цель как мыслительный определитель поступков, поведения, состояния видна лишь в них самих.

Цель имеет свои мотивы, то есть цель, базируясь на знании и обоснованных чувствах, желаниях, намерениях, является сама неким прескрипционным знанием. Но, возникнув, она определяет характер и способ поведения и деятельности по ее достижению. В то же время цель всегда предметна, она оправданна ситуацией и мотивами системы, ставящей и реализующей ее.

Поведение может быть представлено как процесс возникновения порядка из хаоса. Следовательно, необходимо формирование соответствующего аттрактора, инициирующего этот процесс. Так, при описании поведения ребенка Л.С. Выготский ввел понятие «идеальной формы». В этом понятии идеальное и материальное сливаются, поскольку способом существования формы является событие, т.е. развитие есть событие идеальной формы[85].

Идеальная форма – это та цель, тот результат, к достижению которого стремится система в своем саморазвитии, который выступает в данном случае в качестве аттрактора, обусловливая выбор соответствующего типа поведения. Для ребенка образ идеальной формы поведения задается «Другим», чаще всего – взрослым. Но можно ли говорить о существовании подобной идеальной формы поведения для личности вообще, о наличии того результата, который организует и жизнедеятельность индивида, и процесс саморазвития личности? Если, в соответствии с учением Л.С. Выготского, рассматривать развитие личности как соотношение реальной и идеальной форм поведения, то личность в процессе самосовершенствования будет так строить свое поведение и действовать, чтобы осуществить стремление к идеальной форме. Идеальная форма, по Выготскому, существует как культура, работает как стимул-средство или знак, то есть являет собой такой элемент культуры, посредством которого реконструируются и объективируются реальные, как бы вне человека сложившиеся формы поведения. Таким образом, высшие психические функции воплощают в себе культурные формы поведения. В этом случае именно путь к достижению высших духовных ценностей (цели) будет представлять собой идеальную форму.

Напомним о том, что для развертывания содержательной части поведения нам необходимо рассмотреть потребности, для чего мы обращаемся к И.Т. Бжалава[86]. Он определяет поведение как активность организма, возникшей в процессе приспособления его к среде. Это активность, организованная не независимым от среды, а приспособившимся к ней (адаптированным) мозгом, под руководством которого организму удается удовлетворить свои актуальные потребности. Эффект воздействия среды на организм зависит от состояния его как целого, то есть его как субъекта.

Понятен смысл того, что активность организма, его определенная направленность по отношению к внешней среде объясняются беспрерывной сменой его потребностей. Возникшая потребность может быть вначале незначительной, но по мере того, как ее напряжение начинает возрастать, в организме усиливается стремление к необходимой активности. Организм, активируя свои разнообразные функциональные системы, приобретает готовность к необходимым действиям для удовлетворения возникшей потребности. Но отметим, что это еще не поведение, а есть только готовность к действию. Кроме того, надо иметь в виду, что предмет удовлетворения потребности находится во внешней среде, которая по сравнению с прошлым ее состоянием могла изменить свои характеристики.

Мы можем определить, что потребность – это субъективный фактор, а внешняя среда – это объективный фактор возникновения установки. «И именно установка является настоящим базисом для поведенческих актов, на основе которой организм для достижения цели включается в деятельность…Установка, а не раздражитель создает основу для ответов организма в процессе его взаимодействия с внешней средой. Поэтому естественно предполагать, что теория мотивированного поведения есть теория установки». Она по своей природе нацелена на борьбу с энтропией, на исключение случайности.

Естественными факторами, имеющими кардинальное значение в детерминации поведения человека, выступают потребности и интересы.

Человеческие потребности обладают социальными характеристиками, они опосредуются социальными отношениями. В этом плане есть пример, который приводит К. Маркс: «как бы ни был мал какой-нибудь дом, но пока окружающие его дома точно так же малы, он удовлетворяет всем предъявляемым к жилищу общественным требованиям. Но если рядом с маленьким домиком вырастает дворец, то домик съеживается до размеров жалкой хижины. Теперь малые размеры домика свидетельствуют о том, что его обладатель совершенно нетребователен или весьма скромен в своих требованиях…» И далее он заключает: «Наши потребности и наслаждения порождаются обществом; поэтому мы прилагаем к ним общественную мерку, а не измеряем их предметами, служащими для их удовлетворения»[87].

Д.А. Кикнадзе утверждает, что «потребности являются внутренней, выражающей существо данного индивида, глубинной основой всех мотивов его поведения и поступков»[88]. И хотя ясно, что далеко не всегда наличная потребность определяет действия человека, но, несомненно, они лежат в фундаменте его поведения и определяют активность.

Все живые существа относятся к так называемым открытым системам, которые могут существовать лишь в тесном взаимодействии с окружающей средой, производя с ней постоянный обмен веществом, энергией и информацией. Открытые системы участвуют в указанном обмене, движимые известными потребностями, выступающими как нужда, как требования к среде обитания в необходимых средствах. Потребность выступает как объективная необходимость всякого живого существа в веществе, энергии, информации из окружающей среды как определенных предметах своего потребления. Вместе с тем, потребности – это не только свойства, объективно присущие живым существам, которые заключаются в нуждаемости их во внешних, а так же и во внутренних условиях для их жизни, существования и развития.

Потребность по своей природе есть такая объективная необходимость, которая всегда при определенных условиях имеет место, ибо берет свое начало во внутренних свойствах процессов действительности с присущим ей атрибутом движения, изменения и развития. Но если необходимость носит всеобщий характер, то потребность как необходимость представляет меньший класс явлений объективного мира и вследствие этого далеко не обладает всеобщностью. Отсюда потребность – лишь один из видов необходимости, присущий только живым существам. Именно в силу того, что потребность выражает необходимое свойство функционирования и развития живых существ, свойство, которое определяется природой происходящих в них процессов, она тем самым выражает сущность рассматриваемых явлений.

Подобно всякому живому существу внутри себя человек не обладает всей полнотой существования и в силу этого не выступает самодовлеющей сущностью. Поскольку он является открытой системой, самой своей природой он определен и обречен испытывать известные нужды, которые могут быть удовлетворены во взаимодействии с окружающей средой и за счет последней. Вместе с тем он нуждается и в других условиях – в условиях необходимого для его жизни функционирования. Однако потребности человека значительно отличаются от потребностей других живых существ – они по своему существу принципиально иные. Особая природа потребностей человека заключена в их социальной обусловленности. В потребностях человека сочетаются в сложной диалектике объективное и субъективное. Объективность потребностей определяется не характером предмета, а существованием в реальной действительности и независимо от сознания и воли субъекта. Объективные потребности, преломляясь в сознании, приобретают субъективную форму своего существования. Субъективные потребности, как и всякое субъективное, субъективны в двух планах. Прежде всего, они субъективны, ибо представлены в сознании субъекта. Помимо этого они субъективны, поскольку они всегда приблизительны, неточны, недостаточно адекватны действительности.

Субъект для того, чтобы успешно осуществить ту или иную потребность, должен предварительно познать свои объективные потребности. Познание потребностей – это действие исключительного значения, так как от него зависит успешность или безуспешность практической деятельности по удовлетворению потребностей. В действительности же удовлетворяются не объективные потребности, а потребности, преломленные через сознание, то есть субъективные потребности. Отраженная потребность выступает в качестве субъективного состояния личности и вместе с тем такого отношения, которое имеет тенденцию регулировать поведение и деятельность человека, определять направленность его мышления, чувств и воли[89].

Потребности человека отличаются перманентной и бесконечной изменчивостью, имеют динамический характер. К. Маркс, анализируя эти проблемы, сделал следующее замечание: «человек отличается от всех остальных животных безграничностью своих потребностей и их способностью к расширению»[90]. Порождение новых потребностей был назван классиками первым историческим актом[91].

Потребности всегда текучи, подвижны, эластичны, всегда взаимозависимы, взаимосцеплены и нередко взаимозаменяемы... Потребностей у человека как социального существа столько, сколько у него связей и контактов с явлениями окружающей его действительности, ибо эти связи и контакты, так или иначе, прямо или косвенно обусловлены его потребностями. Существуют различные варианты дифференциации потребностей человека. Среди исследователей, предлагающих свои варианты дифференциации, такие как И.В. Бестужев-Лада, Г.Г. Дилигенский, А. Маслоу, К. Маркс, В.Н. Мясищев, Н.Н. Михайлов, З. Фрейд, И.М. Чудинова, В.А. Ядов и другие.

Потребность, являясь реальностью, с помощью которой и через которую осуществляется перевод объективной нужды в субъективные требования, они служат источником, порождающим активность – деятельность и поведение.

Интерес также является внутренним двигателем человеческого поведения. Он выражает активное, специфически человеческое отношение людей к окружающей действительности. Получив соответствующее преломление в сознании, реальное отношение человека к миру под воздействием интереса приобретает определенную устремленность на тот или иной объект действительности. Французские просветители были одними из первых исследователей, которые сделали попытки объяснить, исходя из потребностей и интересов, законы общественной жизни и поведения человека. Относя интерес к основной побудительной силе поведения человека, П.А. Гольбах делает замечание, что интересом называют объект, с которым каждый человек связывает представление о самом сокровенном – своем счастье[92]. Д. Дидро пишет: «Когда говорят об интересе индивида, сословия, нации – «мой интерес», «интерес государства», «его интерес», «их интерес» – это слово означает нечто нужное или полезное для государства, для лица, для меня и т.п.»[93]. К.А. Гельвеций предлагает рассматривать интерес как основу деятельности людей, всех их нравов и представлений. Если физический мир подчинен закону движения, то мир духовный, по его мнению, не менее подчинен закону интереса. «Интерес есть всесильный волшебник, изменяющий в глазах всех существ вид всякого предмета»[94]. Поскольку «интерес есть начало всех наших мыслей и всех наших поступков», то загадка существования человека оказывается вполне разгаданной с помощью интереса[95]. Из данных высказываний следует, что интерес определяется как важнейшая побудительная сила поведения человека, основа его жизнепроживания.

Нелишне будет еще раз подчеркнуть, что под отношением, выражающим стремление к овладению объектом, к достижению поставленной субъектом цели, и будет расположен интерес.

В толковых словарях В.И. Даля и Д.Н. Ушакова, к примеру, разъясняется, что

1) интерес интерпретируется как польза, выгода, прибыль, значение, важность дела, участие, забота[96];

2) имеет значение; внимание, возбуждаемое по отношению к кому-нибудь, чему-нибудь значительному, важному, полезному или кажущемуся таким; занимательность, увлекательность; польза, смысл и т.д.[97]

Общий смысл определенно весьма многозначного слова «интерес» – иметь значение, то есть обладать известной значимостью для индивида. Представляется, что интерес выражает отношение человека к таким вещам и явлениям, которые имеют значение для его существования. Иметь значение – вот в этом смысл данного слова.

В интересе как двустороннем отношении субъекта и объекта стороны играют далеко не одинаковые роли: активной стороной выступает субъект. Поэтому интерес есть всегда интерес субъекта, последний является носителем интереса. По словам С.Л. Рубинштейна, свойство интереса заключается в том, что он всегда направлен на тот или иной предмет. Интерес необходимо является интересом к тому или иному объекту, к чему-нибудь или к кому-нибудь: вовсе беспредметных интересов не существует[98].

Интерес плотно и тесно связан с потребностью: начинаясь с потребности, интерес, в конечном счете, имеет свое назначение в обеспечении потребности людей. Сам процесс реализации интереса невозможен, если он не будет сопровождаться удовлетворением определенной потребности в деятельности, в практическом или теоретическом овладении объектом. Специфика интереса состоит в том, что это такое отношение к действительности, которое направлено на обеспечение потребностей, на обеспечение субъекта.

М.В. Демин видит различие между интересом и потребностью в следующих положениях:

1) если интерес, который выражает отношение человека к среде, ведет через деятельность к господству над условиями, то потребность, выражая то же отношение к среде, свидетельствует о другом – о зависимости человека от окружающей его среды, о его подчиненности внешним условиям;

2) назначение интереса заключается в производстве предметов, конечная цель потребности – в потреблении предмета;

3) не всякая потребность связана с интересом…интерес возникает там и тогда, где и когда появляются значительные препятствия в обеспечении потребностей субъекта[99].

Поскольку интерес есть отношение субъекта к предмету, обладающему для него значимостью, и в этом отношении интерес есть переживание ценности предмета, постольку он связан с эмоциональной сферой. По этому поводу А.В. Петровский высказался, что субъективно – для самого человека – интересы обнаруживаются в эмоциональном переживании, в своеобразном эмоциональном тоне[100].

Нередко проявляясь вначале как не вполне осознанная эмоциональная привлекательность, интерес затем может подняться до сознательности, то есть возрасти до уровня отчетливого осознания значимости того или иного объекта. Однако и на уровне полного осознания значимости эмоциональность не просто сохраняется в виде придатка, но приобретает качество неотъемлемого компонента осознанного интереса, потому так эмоции выступают в качестве активной силы человеческих поступков и поведения.

Интерес, безусловно, представляет собой диалектически противоречивый феномен, анализируя его, мы проникаем в сложный механизм поведения человека и его детерминации.

Поэтому социальная специфика человеческого поведения проявляется в том, оно представляет собой превращение внутреннего состояния человека в действия по отношению к окружающему миру. Поведение людей можно рассматривать так, что по отношению к нему все виды деятельности будут иметь частное значение. В этом случае деятельность понимается как определенная форма социально обусловленного взаимодействия людей с окружающим миром, с природой, социальной средой, как совокупность актов их поведения, то есть конкретных действий и поступков, направленных на достижение определенной цели. Такое соотношение указанных понятий позволяет делать вывод о том, что поведение признается более широкой категорией, чем деятельность.

Это позволяет учитывать весь спектр видов и форм поведения, включая аффективные и импульсивные действия, сознательные волевые поступки и элементы бессознательных реакций, внешние и внутренние формы человеческой активности, но и классифицировать уровни поведения, среди которых человеческая деятельность будет наивысшим[101].


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074