Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

ФИНАНСОВЫЙ АНАЛИЗ: РИСКИ, КРЕДИТОСПОСОБНОСТЬ, ИНВЕСТИЦИИ

Бороухин Д. С., Царева С. В., Гапоненкова Н. Б., Мотина Т. Н., Бреславец И. Н., Беспалова С. В., Дрождинина А. И., Скотаренко О. В., Смирнов А. В., Рапницкая Н. М., Кибиткин А. И.,

7.4. Роль и значение производных финансовых инструментов для российского фондового рынка

Становление российского рынка деривативов происходило таким образом: первые торги фьючерсами на доллар США прошли осенью 1992 г. на Московской товарной бирже (МТБ). За ними последовали торги фьючерсами на сахар, ваучер, немецкую марку, индекс курса доллара США, пшеницу. С марта 1994 г. начались регулярные электронные торги на Московской центральной фондовой бирже (МЦФБ). Постепенно к фьючерсам на валюту и товары добавились фьючерсы на ГКО и акции предприятий.

В январе 1995 г. дневной оборот валютного фьючерсного рынка МТБ приблизился к обороту крупнейшей валютной спот-биржи – Московской межбанковской валютной биржи (ММВБ). В марте 1995 г. объем торгов валютными фьючерсами МТБ составлял в среднем 30–40 млн. долл. в день, а объем открытых позиций равнялся примерно 70 млн. долл. [10, с. 18].

Однако высокий уровень риска на таком сложном рынке, как рынок деривативов, привел к постепенному сворачиванию биржевой активности. Уровень неопределенности на российском рынке был слишком высок, государственное регулирование операций с производными финансовыми инструментами практически отсутствовало, а регулирование со стороны торговых площадок ограничивалось их слабыми финансовыми возможностями и низким уровнем управления. В октябре 1994 г. о своей несостоятельности объявила МЦФБ, а в сентябре 1995 г. из-за неспособности выполнять обязательства перед участниками прекратила торги МТБ. Последнее событие было связано, скорее, не с повышением, а со снижением уровня риска, поскольку летом 1995 г. правительство ввело валютный коридор, что существенно ограничило привлекательность валютных фьючерсов.

В сентябре 1996 г. на рынок деривативов вышла ММВБ которая начала торги фьючерсами на доллар США. Позже на бирже были введены в обращение фьючерсы на корпоративные бумаги и фондовый индекс. Основой российского рынка производных ценных бумаг в 1996–1998 г. были фьючерсы на акции, поэтому потрясения на фондовом рынке в октябре 1997 г. сразу же сказались на рынке деривативов. К этому времени российский рынок деривативов существенно развился. Объем форвардных позиций летом 1997 г. оценивался в 30–35 млрд. долларов США.

Как всегда в кризисной ситуации проявились различного рода мошенничества и манипуляции. Российский рынок не стал исключением. В июне 1998 г. были остановлены торги на Российской бирже из-за растраты 160 млн. руб. залоговых средств. Последний удар рынку производных ценных бумаг нанес финансовый кризис в августе 1998 г. Среднедневной оборот биржевого рынка стандартных контрактов ММВБ в июне 1998 г. достигал 120 млн. долл., а объем открытых позиций приблизился к 1 млрд. долл. Гораздо больший объем обязательств по производным ценным бумагам был накоплен банками, главным образом перед нерезидентами. По официальным данным, объем обязательств по производным финансовым инструментам российских коммерческих банков на момент кризиса 1998 г. составлял 6–8 млрд. долл., а по оценкам Центрального банка (ЦБ) России, – примерно 40 млрд. долл.

Дефолт по государственным ценным бумагам и мораторий на выплату внешних долгов банками привели практически к полному сворачиванию рынка деривативов. Ситуация вновь оказалась чрезмерно неопределенной, что особенно негативно сказалось на биржевом рынке. ММВБ при остановила все операции со срочными инструментами из-за отсутствия необходимого залогового обеспечения, в роли которого раньше выступали государственные ценные бумаги. Таким образом, одной из основных причин краха рынка деривативов в 1998 г. стал отказ государства от своих обязательств, поскольку до этого оплата по срочным контрактам осуществлялась достаточно регулярно.

После кризиса началось постепенное восстановление рынка производных финансовых инструментов. Фондовой бирже «Санкт-Петербург» удалось сформировать ликвидный рынок фьючерсных контрактов на акции РАО «ЕЭС России».

17 ноября 2000 г. возобновились фьючерсные торги на доллар США на ММВБ пи условии залогового обеспечения только в денежной форме. В июле 2001 г. прошли первые торги фьючерсами на курс евро. В апреле 2002 г. ММВБ начала торговать фьючерсами на акции некоторых «голубых фишек» (РАО «ЕЭС России», «Лукойла», «Сургутнефтегаза»), а также на фондовый индекс ММВБ-I0.

В последние несколько лет совокупный оборот срочного рынка ММВБ и РТС (FORTS) значительно вырос и в июле 2003 г. достиг 22,4 млрд. руб. (737 млн. долл.) Для сравнения: в январе 2002 г. он составлял около 4 млрд. руб., а в конце 2002 г. – 10–12 млрд. руб. В отличие от ситуации перед финансовым кризисом 1998 г. внебиржевые сделки с производными инструментами не играют сейчас такой значительной роли. Актуальная задача, стоящая перед Россией, – построение Цивилизованного рынка деривативов. Это подтверждается и опытом первых лет рыночных преобразований, и финансовым кризисом 1998 г., в том числе примером тяжбы Национального резервного банка с французским банком Credit Agricole Indossuez. Необходимость развития рынка производных инструментов обусловлена в первую очередь тем, что в российской финансовой системе существует острый недостаток инструментов по управлению рисками. В результате риски ценовых колебаний по важнейшим товарам перекладываются на федеральный бюджет. Например, для снятия с бюджета рисков изменения цен на нефть вполне могли бы использоваться срочные товарные контракты. Сходная ситуация складывается и на рынке сельскохозяйственной продукции, особенно подверженной сезонным колебаниям.

Государство уже предпринимает усилия по развитию рынка товарных деривативов. Так, в 2010–2011 гг. проведены закупочные интервенции на рынке зерна на семи региональных биржевых площадках. Министерство по антимонопольной политике признает, что для становления и развития рынка производных финансовых инструментов в России, способного обеспечить снижение рисков в хозяйственной деятельности и являющегося ориентиром рыночной цены, необходимо проведение направленной государственной политики.

Перспективным направлением развития рынка производных финансовых инструментов является распространение относительно нового их вида – кредитных деривативов. Они были зарегистрированы Международной ассоциацией деривативов лишь в 1992 г. Кредитные деривативы позволяют банку хеджировать кредитный риск, отделяя его от финансового риска. Их мировой рынок пока незначителен по сравнению с общим рынком производных финансовых инструментов, но он динамично развивается. По данным Британской банковской ассоциации, номинальная стоимость кредитных деривативов выросла с 40 млрд. долл. в 1996 г. до 1,2 трлн. долл. на конец 2011 г., а в 2012 г., по оценкам, превысила 1,5 трлн. долл.

Кредитные деривативы также помогают банкам освободиться от излишней иммобилизации средств. Например, по действующим Базельским стандартам, сумма обязательного резерва банка обычно составляет 8 % Однако если партнером по сделке с кредитными деривативами является банк из страны – члена ОЭСР и банк-кредитор может продемонстрировать, что кредитный риск перемещен в этот банк, то сумма обязательного резервирования снижается с 8 до 1,6 %.

Наиболее ликвидный тип кредитных деривативов своп на кредитный дефолт (credit default swap). Некоторые дилеры на Западе даже начали ежедневно объявлять значения спрэда по этому типу деривативов. Подобные котировки позволяют определить отношение инвесторов к риску и их желание принять его. При этом в качестве «ориентира» на американском рынке используются такие компании, как Ford и IBM. А. Гринспен, отмечая позитивную роль рынка производных инструментов для американской экономики, не случайно выделил именно кредитные деривативы – своп на кредитный дефолт и связанные с кредитом ценные бумаги (сгеdit-liпkеd notes).

Широкое использование кредитных деривативов в России может способствовать налаживанию эффективной работы банковской системы по перераспределению ресурсов в экономике. Возможность распределения рисков увеличит стимулы банков для кредитования промышленных предприятий.

Конкретным примером применения кредитных деривативов может служить следующая схема взаимодействия в рамках финансово-промышленной группы (ФПГ). Промышленная корпорация эмитирует корпоративные облигации, а входящий в ФПГ коммерческий банк выступает гарантом погашения данных облигаций и выпускает кредитные деривативы, связанные с этими облигациями.

Высокая прибыльность операций на этапе становления рынка кредитных деривативов привлечет финансовые институты. Однако проведение операций даже с относительно простыми видами кредитных деривативов увеличивает операционный риск. Поэтому на уровне банков важна доработка соответствующих процедур и регламентов.

Для того, чтобы потенциальные покупатели кредитных деривативов имели представление о финансовом положении компании-заемщика, необходимо развитие системы кредитных бюро в России.

В развитых рыночных экономиках в последние десятилетия активно развиваются процессы секъюритизации. Понятие секъюритизации в широком смысле означает замещение банковских кредитов ценными бумагами, создавая новые конкурентные условия для банков, а в узком смысле – замену одних финансовых активов другими, что позволяет банкам пользоваться преимуществами развитых финансовых рынков, распределяя риски и привлекая широкий круг инвесторов. Секъюритизация повышает ликвидность активов, а также создает возможность управления сроками задолженности. Важную роль в ее развитии играют производные финансовые инструменты, в том числе и кредитные деривативы.

В России распространение секъюритизации будет способствовать развитию финансовых рынков, увеличению числа обращающихся на них финансовых инструментов, становлению банковского бизнеса, привлечению неорганизованных сбережений населения, хранящихся в виде наличной иностранной валюты.

Приведем один из примеров возможного использования секъюритизации для развития российской промышленности. По нашим расчетам, путем наращивания совместными усилиями частных инвесторов и государства активов лизинговой компании «Ильюшин Финанс», в том числе с использованием секъюритизации, можно привлечь в создаваемую Национальную Авиастроительную Корпорацию около 3 млрд. долл. инвестиций.

Еще одно перспективное направление использования кредитных деривативов в России – ипотека. Ее развитию в значительной степени могут содействовать пенсионные накопления населения. Создание адекватной законодательной базы в России позволяет сформировать эффективный механизм использования временно свободных денежных средств государства и населения для роста национальной экономики. Важно, однако, чтобы государство обеспечило помимо законодательства необходимый уровень регулирования данного процесса, не позволяя ему превратиться в очередную «финансовую пирамиду».

В США, отличающихся высоким уровнем развития ипотечного рынка, значительную роль в его секъюритизации сыграли государственные агентства: Государственная национальная ипотечная ассоциация (GNMA), Федеральная национальная ипотечная ассоциация (FNMA), Федеральная корпорация по ипотечному жилищ ному кредитованию (FHLMC). В результате получил развитие вторичный рынок ипотечных ценных бумаг, который сейчас в значительной мере определяет динамику мирового рынка производных финансовых инструментов.

Одним из способов содействия процессам секъюритизации в российской экономике могла бы стать отмена налога на операции с ценными бумагами, однако пока такая возможность только обсуждается.

Для государственного регулирования рынка производных ценных бумаг важно в первую очередь оформить законодательную базу для операций с деривативами поскольку по действующему законодательству эти операции считаются сделками, пари и, следовательно, их судебная защита отсутствует Рынок деривативов является, как показано выше, потенциальным источником повышенных рисков, поэтому требует значительного государственного регулирования.

Существует мнение, что закон о производных финансовых инструментах вообще не нужен, достаточно внести необходимые изменения в Гражданский кодекс Российской Федерации и банковское законодательство. Ключевая задача в данном случае – обеспечение судебной защиты по операциям со срочными сделками. Поэтому необходимо, чтобы в законодательном порядке были решены проблемы, связанные с развитием срочного рынка в России. Не решена в России и проблема текущего регулирования рынка деривативов, поскольку государственные органы не могут поделить «сферы влияния». Позиция одних заключается в том, чтобы регулирование рынка осуществлялось одним органом, других – выбор органа регулирования должен зависеть от рынка базовых активов. Согласно последней позиции, Министерство по антимонопольной политике (МАП) должно регулировать рынок товарных деривативов, Центральный Банк России (ЦБ РФ) – валютных, а Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР) – прочих производных финансовых инструментов. У этого подхода есть свои преимущества, поскольку каждое ведомство сможет более профессионально регулировать свою сферу. Однако он действен до тех пор, пока сохраняется сегментация финансовых рынков в России. Как только начнет происходить их активная интеграция (в том числе и через рынок производных ценных, бумаг), появится необходимость комплексного регулирования рынка деривативов.

Актуальное направление регулирования операций с деривативами – регулирование сделок с нерезидентами. ЦБ РФ рассматривает деривативы как потенциальный внешний источник, угрожающий нестабильностью российской экономике. Опыт 1998 и 2008 г. свидетельствует, что производные ценные бумаги могут быть источником привлечения в экономику спекулятивного иностранного капитала, внезапный вывод которого может повлечь за собой еще более значительный отток капитала. Кроме того, деривативы могут использоваться как один из каналов, используемых резидентами для вывода капитала из страны. По данным компании Morgan Stanley, внешний рынок российских производных финансовых инструментов растет. С февраля 2010 г. по февраль 2011 г. объем торгов в Лондоне по рублевым форвардным контрактам без поставки увеличился с 5 до 110 млн. долл. С одной стороны, нет смысла ограничивать едва зарождающийся рынок, с дру-
гой – представляется малообоснованным снятие ограничений, когда очевиден значительный приток спекулятивного капитала в экономику, находящуюся в сложной ситуации, как это было в 1998 и 2008г.

Российский рынок деривативов пока не представляет системной угрозы для экономики, как например в развитых странах, из-за его незначительных размеров. Однако отдельные угрозы в перспективе реальны. Одна из них может прийти извне, как это произошло в 1998 и 2008 г. Другая – образование спекулятивных «пузырей» на российском рынке производных финансовых инструментов. Такие «пузыри» периодически возникают на мировых финансовых рынках. Яркий пример – американский рынок акций до 2008 г., подобным «пузырем» может оказаться и нынешний рост спроса на ипотеку в США.

Поэтому необходимо четко определить те направления, по которым развитие рынка деривативов в России действительно было бы полезным. На наш взгляд, они включают в себя, во-первых, развитие рынка срочных товарных контрактов. Это позволит определять объективные цены на стратегически важные для экономики товары, регулировать эти цены рыночными методами со стороны государства, а также перераспределять риски, перенося их на участников рынка. Во-вторых, эффективному выполнению российской финансовой системой основных своих посреднических функций будет способствовать развитие процессов секъюритизации. Здесь можно использовать наиболее удачны: примеры из мирового опыта, в частности, кредитные деривативы, в таких сферах, как кредитование отдельных отраслей промышленности, ипотечное кредитование и др.

С целью минимизации рисков возникновения системных угроз в будущем важно разработать действенные механизмы регулирования, как на законодательном уровне, так и путем оперативного вмешательства. Это не означает, что регулирование должно быть исключительно государственным, оно должно дополняться регулированием со стороны торговых площадок, а также внутренними процедурами и регламентами самих банков.

Россия не может оставаться в стороне от процессов финансовой глобализации. Она должна использовать в первую очередь позитивный опыт, накопленный другими странами, по возможности стараясь избегать их ошибок. Ресурсы у России есть, как интеллектуальные, так и экономические, надо только смочь правильно их реализовать, а если будет поддержка на государственном уровне – это значительно ускорит процесс реализации всех успешных экономических программ, в том числе и по успешному применению производных финансовых инструментов.

Последнее десятилетие характеризуется стремительным ростом объемов национальных и международных рынков производных финансовых инструментов, или деривативов. По мнению экспертов, возникновение и развитие рынка деривативов является важнейшим событием экономической жизни последних 20 лет.

В самом названии этих инструментов – «производные» (деривативы – derives) – проявляется тот факт, что они возникли и получили развитие на основе ценных бумаг и срочных контрактов (фьючерсов) практически на все типы биржевых товаров (начиная с нефти и газа и заканчивая соей и апельсиновым соком), а также на биржевые индексы, процентные ставки, валютные курсы и т.д. В последнее время появились новые типы деривативов: на основе ставок морского фрахта (Лондон), стоимости микропроцессоров, разрешений на загрязнение среды (США).

К первому поколению деривативов специалисты относят фьючерсы и опционы, обращающиеся на организованных рынках (биржах) в форме стандартизированных контрактов, а также распространенные на внебиржевом рынке (рынке ОТК – over the counter) валютные свопы, опционы и межбанковские соглашения по поводу будущей процентной ставки (forward rate agreement). С самого начала главная функция деривативов состояла в том, чтобы обеспечить распределение между участниками сделки рисков, связанных с изменением сырьевых цен, валютных курсов, процентных ставок, курсов акций, биржевых индексов и т.д. Операции с деривативами и сегодня являются главным средством страхования от различных рисков и управления рисками.

«Первой ласточкой» на рынке деривативов стал успешный выпуск в 1972 г. на Чикагской товарной бирже (Chicago Mercantile Exchange) валютных фьючерсов, за которым последовал выпуск в 1975 г. на Чикагской бирже срочных сделок (Chicago Board of Trade) процентных фьючерсов. В первой половине 80-х годов начался бурный рост операций с деривативами, сопровождавшийся появлением все новых их типов. В 1980 г. начала действовать Нью-Йоркская биржа срочных сделок (New York Futures Exchange);
в 1982 г. – Лондонская международная биржа финансовых фьючерсов и опционов (London international Financial Futures and Options); в 1986 г. – срочный рынок финансовых инструментов в Париже (МАТИФ – Marche a terme international de France); в 1988 г. – Швейцарская биржа финансовых фьючерсов и опционов (Swiss Options and Financial Futures Exchanges) и т.д. На этих и других организованных (биржевых) рынках торговля ведется стандартными (типовыми) контрактами, которые продаются либо на биржевых торгах (МАТИФ во Франции), либо с помощью автоматизированных информационных систем (например, Глобекс – Globex). Окончательные расчеты по всем сделкам ведутся расчетными (компенсационными) палатами.

Первая «официальная» операция валютного свопа (обмена долларов на швейцарские франки) была осуществлена в августе 1981 г. между американской компанией ИБМ (IBM) и Международным банком реконструкции и развития (МБРР). Рынок процентных свопов возник в США по инициативе компании «Sallie Mae», занимавшейся предоставлением бонифицированных займов. Большая часть операций своп осуществлялась ведущими международными банками, которые поначалу выступали в качестве посредников между участниками валютных свопов. В последующем банки стали выступать как активные участники сделок с дериватами, действующие на свой счет и в собственных интересах.

Если в первой половине 80-х годов рынок деривативов развивался главным образом в США, то во второй половине начался его бурный рост в Европе и Японии. Объем мирового рынка операций своп возрос с 200 млрд. долл. в 1985 г. до 2900 млрд. в 1990 г. Такой быстрый рост был обусловлен юридической стандартизацией контрактов, развитием информационных систем и средств связи.

По данным опроса, проведенного International Swaps and Derivatives Associations, объем мирового рынка деривативов на начало 2010 г. составлял 5,4 трлн. долл., в том числе процентные свопы – 3,9 трлн. валютные
свопы – 860 млрд., операции «сар» и «floor» – 577 млрд. По оценкам журнала «Swap Monitor», объем этого рынка был гораздо выше – 7 трлн. долл. на ту же дату. По данным МВФ, только финансовые деривативы (исключая срочные сделки с сырьем) оценивались на начало 2010 г. в 8 трлн. долл. Разнобой в оценках объясняется сложностью оценки самих дериватов, которая определяется изменением валютных курсов, процентных ставок и т.д., лежащих в основе производных инструментов, а также отсутствием единых статистических методов их учета.

Еще более сложной задачей является оценка объемов неофициальных рынков деривативов, на которых держатели рынка (как правило, банки) заключают контракты с использованием деривативов непосредственно с их конечными пользователями – другими банками или промышленными компаниями. Внебиржевые рынки деривативов вначале имели национальный характер, группируясь вокруг наиболее авторитетных банков. По данным ФРС, в США всего шесть банков контролируют 90 % рынка деривативов. Во Франции на рынке валютных контрактов действуют 80 банков, на рынке опционов – 24. По имеющимся оценкам, у французских кредитных учреждений объем операций с деривативами на биржевом и внебиржевом рынках, отражающихся на забалансовых счетах, в 2,2 раза превышает сумму их балансов. По данным Банка международных расчетов, уже в 2007 г. объем рынка ОТК составил 4500 млрд. долл. С тех пор его объем значительно возрос.

Ускоренный рост объема рынка деривативов в начале 2000-х годов связан с усилением неустойчивости и неопределенности на мировых финансовых рынках, в том числе под воздействием таких событий, как война в Персидском заливе, кризис Европейской валютной системы и т.д. Кроме того, прогресс в области информационной технологии, позволяющий почти мгновенно обрабатывать значительные массивы информации, и огромные средства, вовлеченные в финансовый оборот, дают основание говорить о существовании настоящей индустрии деривативов.

Как уже отмечалось, быстрый рост объема рынка деривативов сопровождался появлением все новых их типов и разновидностей; этот процесс развивался и продолжает развиваться как на официальном, так и на неофициальном рынке. К первому поколению быстро добавились финансовые инструменты, представляющие собой различные комбинации деривативов первого поколения, например, комбинация процентных опционов «потолок/пол» (cap/floor), свопционы (swaption) – комбинация свопа и опциона. В начале 90-х годов появились такие «экзотические» инструменты, как свопы на «нетипичные индексы», аннулируемые свопы, опционы на опционы и др. Одним из новшеств для Парижской биржи стал выпуск свободно обращающихся на официальном рынке варрантов (или опционных бон – bons d’option), которые дают покупателю право на покупку акций или облигаций по фиксированной цене. За последние четыре года численность разновидностей таких варрантов возросла с 15 до 500; они доступны любым инвесторам, даже самым мелким.

Появление новых типов и разновидностей деривативов обусловлено не только растущими потребностями клиентуры во все более совершенных средствах страхования от рисков, но и постоянным совершенствованием информационной технологии и оборудования, механизмов ценообразования и моделей управления рисками. Одновременно с этим развивались и улучшались юридические нормы регулирования операций с деривативами, появлялись новые формы стандартных контрактов.

Операции с деривативами все чаще стали использоваться не только для страхования рисков и управления рисками, но и для целей спекуляции, т.е. получения доходов от них.


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074