Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

Глава III. «МНОГО-МАЛО»: ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ЗНАЧЕНИЯ КВАНТИТАТИВНОСТИ В БЕЛОРУССКИХ И АНГЛИЙСКИХ ПОСЛОВИЧНЫХ ФРАЗЕОЛОГИЗМАХ (сопоставительный анализ)

В процессе познания мира человек не всегда имеет возможности применить методы точного, математического определения количества предметов и явлений действительности. Значение неопределенного количества выражается путем оценки количества, основанием которой служит неточное сравнение. Оценку, имеющую своим предметом релевантные для предметной и коммуникативной деятельности человека объективные различия сферы квантитативной определенности, Г.Г. Галич называет количественной [Галич 1999: 51]. Оценка количества «…строится, как и любая оценка, на сопоставлении признаков чего-либо с нормой», основывается на сравнении количества данного предмета или лица с определенным эталоном [Акуленко 1990: 30]. По мнению Г.Г. Галич, конституирующим фактором оценки является выражение отношения субъекта к оцениваемому количеству [Галич 1999: 51]. Количественная оценка, как и любая другая оценка, субъективна. В связи с этим норма и эталон сравнения могут быть известны каждому, но и могут быть индивидуальными, связанными с количественными представлениями лишь одного человека, зависеть от ситуации и быть опосредованными.

Категория оценки в языке, по мнению исследователей, принадлежит к числу прагматических категорий, так как ее применение позволяет характеризовать субъект оценки, его позицию, его отношение к содержанию высказывания [Акуленко 1990: 28-29]. Количественная оценка связана с аксиологической оценкой, тяготеет к экспрессивности, т.е. наряду с оценкой количества, которую можно выразить в сочетании «много/мало», данное количество несет положительную или отрицательную коннотации.

Разнообразные способы языкового выражения субкатегории неопределенно большого количества (далее НБК) разными частями речи для русского, немецкого и английского языков исследовались такими авторами, как В.В. Акуленко (1990), Л.Г. Акуленко (1982), Е.Н. Алексеевой (2003), В.В. Дегтяревой (1996), Н.Л. Клименко (1982). В белорусской лингвистике и литературоведении отдельные языковые средства выражения категории квантитативности проанализированы в работах П.В. Верхова, М.А. Жидовича, А.И. Наркевича, А.Е. Супруна, А.И. Чабярук (Вярхоў 1961; Жыдовіч 1969; Наркевіч 1976; Супрун 1996; Чабярук 1977). Однако лексико-семантическое поле квантитативности в белорусском языке в сопоставлении с неблизкородственными языками пока не стало отдельным предметом исследования ученых.

Данная глава посвящена сравнительно-сопоставительному исследованию белорусских и английских квантитативных единиц, реализующих значение неопределенного количества (НК) в пословичных фразеологизмах разноструктурных языков. НК в языке имеет свои лексические средства выражения, в которых фиксируется степень множества или различие, когда речь идет о непрерывном количестве. Область НК предметов и явлений действительности обозначает недифференцированное большое или малое количество и предполагает поуровневое структурирование, включая в свой состав НБК и НМК. Значения НБК и НМК состоят в указании на то, что количество (количественный аспект) чего-либо оценивается как стоящее выше или ниже нормы. Значения относятся к субстанциям, признакам и действиям [Акуленко 1982: 30]. Сопоставление тесно взаимосвязанных микрополей НБК и НMK свидетельствует о значительной степени конгруэнтности их структур, своеобразной встречной направленности их языковых образов, что проявляется в бинарной оппозиции рассматриваемых квантитативных значений.

В исследуемых языках широкое распространение получает бинарная оппозиция большое количество – малое количество, которая характеризуется следующими особенностями:

1. Отрицательная оценка бинарной оппозиции, когда речь идет:

а) о малой результативности: Дзе гаспадароў многа, там толку мала [ПП2]; Карова, што многа раве, мала малака дае [ПП1]; Great cry and little wool – букв. ‘Много крику, да мало шерсти’ – ‘много шуму,
а дела мало’ [1000EPS]; He who begins many things finishes but few – букв. ‘Тот, кто начинает много дел, заканчивает лишь несколько’ – ‘о безответственных людях’ [PDP];

б) о малой представленности желаемых объектов: Жалабнікаў многа, ды памоцнікаў мала [ПП1]; Рыбы многа, хлеба мала [ПП1]; Many kinsfolk and few friends – букв. ‘Много родственников, да мало друзей’ – ‘о ненадежности родственников’ [PDP].

2. Положительная оценка, когда в пословицах утверждается:

а) реальная или потенциальная значимость малых объектов, их способность обладать большими возможностями или высокими качествами: Госць мала гасцюе (бывае), ды многа (багата, шмат) бачыць [ТСП]; Small rain allays great winds – букв. ‘Небольшой дождь успокаивает сильные ветра’ – ‘говорится, чтобы подчеркнуть достоинства чего-либо маленького по размеру, кажущегося незначительным, но важного по существу, или кого-либо молодого, но перспективного’ [PDP];

б) происходит противопоставление малого количества положительно воспринимаемых объектов большому количеству объектов с отрицательной мотивировкой: Лепш крыху (крышку) зрабіць, чым багата нагаварыць [ТСП]; Better a little loss than a long sorrow – букв. ‘Лучше маленькая потеря, чем долгое горе’ – ‘человеку нужно учится жертвовать чем-то’ [PDP].

Круг конкретной лексики, выражающей контраст ‘большое’ и ‘малое’ в народно-разговорной речи, сложился в результате взаимодействия языковых и экстралингвистических факторов. Значение неопределенно большого количества часто передается при употреблении названий предметов, имеющих сравнительно большой размер или значимость. Как правило, в таких пословицах присутствуют лексемы, составляющие оппозицию данным названиям, т.к. они обозначают предметы, обладающие заведомо меньшим размером или значимостью. Наличие подобного противопоставления, позволяющего сравнивать объекты, помогает воспринимать их количественную соотнесенность.

В белорусском и английском пословичных фондах выявлено 17 и 21 пословицы, соответственно, содержащих рассматриваемые оппозиции: Не мора топіць – лужа [ПП1]; Не смейся, вада з балота [ПП1]; The sea refuses no river – букв. ‘Море не откажется ни от одной реки’ – ‘о людской жадности’ [CODP]; Rivers need a spring – букв. ‘Рекам нужен родник’ – ‘о важности начинаний в любом деле’ [PDP]; Oaks may fall when reeds stand the storm – букв. ‘Буря свалит дубы, а тростник устоит’ – ‘упертые и властные люди не всегда могут достичь того, что сделают уступчивые и занимающие скромное положение’ [PDP]; Many drops make a shower (flood) – букв. ‘Много капель образуют ливень’ – ‘говорится, когда сообща помогают кому-либо в том, что не по средствам или не по силам одному человеку, а совместная помощь оказывается ощутимой’ [PDP]; As well be hanged for a sheep as for a lamb – букв. ‘Все равно, за что быть повешенным: за овцу или за ягненка’ – ‘говорится тогда, когда кто-л., зная за собой какие-л. проступки, снова идет на риск, готовый отвечать за все сразу’ [1000EPS]; He that will steal an egg will steal an ox – букв. ‘Кто украдет яйцо, тот украдет и быка’ – ‘тот, кто начинает с малой кражи, вскоре будет совершать крупные кражи’ [1000EPS]; Better an egg today than a hen tomorrow – букв. ‘Лучше яйцо сегодня, чем курица завтра’ – ‘необходимо ценить то, что имеешь’ [PDP].

Контраст большого и малого способны выражать согипонимы любой тематической группы слов конкретной семантики, т.к. все предметы обладают размерностью и другими количественными параметрами. Анализ фактического материала выявил следующие тематические группы:

а) строения: Рубі стаўбы – забор сам паваліцца [ПП1]. Бяды што вароты, а ўма з прыкалітак [ПП2]; Content lodges oftener in cottages than palaces – букв. ‘Счастье чаще селится в сельских домах, а не дворцах’ – ‘простые, незажиточные люди чаще счастливее богатых’ [PDP]; When a lackey comes to hell’s door, the devils lock the gates – букв. ‘Когда раболепный человек подходит к двери ада, дьявол запирает ворота’ – ‘говорится в укор льстецам’ [PDP];

б) отверстия: Мы ў варота мык, а яна дзіркаю шмык [ПП2]; Выпхнуць яго дзвярыма, то ён акном улезе [ПП2]; To love at the door and leave at the hatch – букв. ‘Любить надо у двери и уходить через калитку’ – ‘надо знать меру’ [ODEP]; Love comes in at the window and goes out at the door – букв. ‘Любовь приходит через окно, а уходит через дверь’ – ‘о человеческих взаимоотношениях’ [ODEP];

в) движимое и недвижимое имущество: Унадзіўся сабака за возам хадзіць, дык і за саньмі пабяжыць [ПП1]; What is lost in the hundred will be found in the shine; A “hundred” is a former division of a country or “shine”/ the implication is that what you lose on a small scale will be recouped as part of the bigger picture – букв. ‘Что было утеряно в округе, будет найдено в губернии’ – ‘что теряешь в небольших масштабах будет возмещено как часть более широкой прибыли’ [PDP];

г) дерево и изделия из него: Які дубок, такі і клінок, які бацька, такі і сынок [ПП2]; Timely crooks the tree, that will good cammock be – букв. ‘Дерево своевремено искривленное, станет хорошим посохом’ – ‘хорошо воспитанные дети станут хорошими людьми’ [PDP];

д) ёмкости разного объема: Вясною вядро вады, а лыжка балота, а ўвосень лыжка вады, а вядро балота [ПП1]; Што мужык прыносіць мяшком, то гаспадыня выносіць гаршком [ПП2]; It is better to sup with a cutty than want a spoon – букв. ‘Лучше есть через трубочку, чем ложкой’ – ‘необходимо быть благодарным и довольствоваться тем, что имеешь’ [ODEP]; One is born with a silver spoon in his mouth (and another with a wooden ladle) – букв. ‘Один родится с серебряной ложкой во рту (а другой с деревянным черпаком)’ – ‘кто-то рождается счастливым, а кто-то много несчастий испытывает’ [САПП].

В пословицах нередко контраст большого и малого создается оппозицией названий насекомых, пресмыкающихся или птиц как мелких особей фауны и животных, представляющих крупные экземпляры. Реальные размеры многих биологических особей получили отражение в языке в виде количественных компонентов значения соответствующих субстантивов в идиоматике, а также сигнификативном механизме пословиц: Станець жураўля за вераб’я [ПП1]; Камар не кабан, яго і без доўбні ўб’еш [ПП1]; Як дзеўка – казу пераскочыць, бабай стане – за курыцу спаткнецца [ПП2]; One chick keeps a hen busy – букв. ‘И один цыпленок доставляет наседке много хлопот’ – ‘у кого дети, у того много забот’ [САПП]; A bellowing cow soon forgets her calf – букв. ‘Ревущая корова быстро забывает своего теленка’ – ‘чрезмерное проявление горя (при большой утрате) быстро проходит’ [CODP]; A mouse may help a lion – букв. ‘Мышь может помочь льву’ –
‘и слабые люди могут выручить сильных’ [CODP].

Конечно, пары белорус. камар и кабан, каза и курыца, англ. mouse и lion, serpant и lizard не являются согипонимами в общепринятом смысле этого слова, так как названия насекомых, птиц, пресмыкающихся и млекопитающих образуют разные лексико-семантические ряды, включающиеся в разные семантические подмножества. Однако на более высоком уровне абстрагирования они выступают как видовые, ибо множество «млекопитающие, птицы, земноводные, пресмыкающиеся, рыбы и другие животные» противопоставлено множеству «сказочных мифологических чудовищ, фантастических животных и персонажей» (Русский семантический словарь 2000). Если же иметь в виду не строгие, научно обоснованные, классификации, а наивные представления о мире, то все представители фауны оказываются противопоставленными человеку в рамках класса одушевленных существ.

Когда же коммуникативно релевантным для противопоставления является параметрический признак, все другие различия не столь важны, поэтому слова разных микроструктур словаря могут классифицироваться как согипонимы, если они принадлежат одной и той же макроструктуре тезауруса. Более того, как согипонимические в речи могут расцениваться слова, входящие в различные макроструктуры лексико-семантической классификации, если при сопоставлении актуализируется их общий семантический признак, более конкретный, чем дифференциальный, потому менее значимый в парадигматике. Например, белорус. авечка и зярнятка, англ. a hen и an egg, противопоставленные по признаку ‘одушевленное – неодушевленное’, входят в разные макроструктуры словаря, но в значениях каждого из них есть компонент ‘съедобное’, который может составить основание для их противопоставления по количественному признаку: Верабейка па зярнятку клюе – і сыты, а воўк авечак цягае – і галодны [ТСП]; Better an egg today than a hen tomorrow – букв. ‘Лучше яйцо сегодня, чем курица завтра’ – ‘лучше реально обладать немногим, чем стремиться иметь что-л. большее, лучшее, но труднодостижимое, надеяться на что-л. в будущем’ [PDP].

Ряд количественных оппозиций в пословицах можно квалифицировать как тематически неоднородные. Их неоднородность может быть предопределена экстралингвистическими причинами, например, различием мер измерения разных предметов: Сена клок – саломы воз [ПП1]; When elder’s white, brew and bake a peck; when elder’s black, brew and bake a sack – букв. ‘Когда бузина белая, вари и пеки только пек ягоды; когда бузина черная – мешок ягоды’ – ‘практические знания сельского
хозяйства’ [PDP]. Вероятно, контрастную пару способны составить любые слова, в семантике которых имеются количественные семы, в том числе имена разных тематических групп, традиционно служившие объективными мерилами параметрического сравнения предметов.

Показательно, что в белорусских пословицах, характеризующихся лексической вариативностью, могут быть представлены и согипонимические количественные оппозиции, и тематически неоднородные. Так, инвариантный смысл ‘большая голова – малый (до полного отсутствия) ум’: Вялікая галава, да мал розум [ПП2] – реализуется через различные виды плодов: Вочы па яблыку, <а галава з арэх [ТСП]. В других вариантах та же идея выражается словами разных тематических зон тезауруса и разных категориально-грамматических характеристик: вместилища для сбора и хранения продуктов соизмеряются с мельчайшей частицей продукта: Галава з лубку, а розуму з бубку [ПП2].

Тематическая неоднородность подобных оппозиций не является препятствием для их квалификации как семантически однородных противопоставлений, поскольку они характеризуются общностью типового содержания – количественной оценкой, сходством синтаксических конструкций и функционального назначения. Так, и согипонимические, и тематически неоднородные оппозиты по признаку ‘большое – малое’ в роли предикатов формируют квантитативные (содержащие количественную характеристику предмета) предложения.

Проведенное исследование позволило определить лексико-семантические способы объективации большого и малого количества в белорусском и английском языках, выявить ее универсальные и национально-специфические черты.

Установление изоморфных черт (о термине см. тж. [Федуленкова 2006: 7]) при сопоставлении неблизкородственных языков подтверждает наличие общих закономерностей реализации количественной оценки. Так, в белорусских и английских пословицах нередко контраст большого и малого создается оппозицией названий разных типов животных: представители мелких особей фауны и млекопитающих противопоставляются крупным экземплярам. Как согипонимические в белорусской и в английской речи могут расцениваться слова, входящие в различные макроструктуры лексико-семантической классификации, если при сопоставлении актуализируется их общий для лексем семантический признак «количество». Общим в рассматриваемых языках является объективация контрастной пары «большое – малое» словами, в семантике которых имеются количественные семы, в том числе имена разных тематических групп, традиционно служившие объективными мерилами параметрического сравнения предметов.

Специфика белорусского языка проявляется в том, что в пословицах, характеризующихся лексической вариативностью, могут быть представлены и согипонимические количественные оппозиции, и тематически неоднородные: инвариантный смысл ‘большая голова – малый (до полного отсутствия) ум’ реализуется через различные виды плодов, вместилища для сбора и хранения продуктов и мельчайшей частицы.

Список сокращений

НБК – неопределенно большое количество.

НК – неопределенное количество.

НМК – неопределенно малое количество.

ПП1 – Прыказкі і прымаўкі ў дзвюх кнігах / Рэд. А.С. Фядосік. Мн.: Навука і тэхніка, 1976. Кн. 1.

ПП2 – Прыказкі і прымаўкі ў дзвюх кнігах / Рэд. А.С. Фядосік. Мн.: Навука і тэхніка, 1976. Кн. 2.

САПП – Кусковская С.Ф. Сборник английских пословиц и поговорок. Мн.: Высш. шк., 1987.

ТСП – Лепешаў І.Я. Тлумачальны слоўнік прыказак / І. Я. Лепешаў, М.А. Якалцэвіч. Гродна: ГрДУ, 2011.

CODP – The Concise Oxford Dictionary of Proverbs / John Simpson, Jennifer Speake. 3rd ed. Oxford: Oxford University Press, 2003.

ODEP – The Oxford dictionary of English proverbs / P.F. Wilson.
3rd edition. Oxford: The Clarendon Press, 1992.

PDP – The Penguin Dictionary of Proverbs / Jonathan Law. 2nd ed. London: Penguin Books Ltd, 2000.

TTEM – Wilkinson P.R. Thesaurus of traditional English metaphors.
2nd ed. New York: Routledge, 2002.

1000EPS – 1000 English Proverbs and Sayings [Electronic resource]. – UL.to, 2008. – Mode of access: http://ebookbrowse.com/1000-english-proverbs-and-sayings-tmp4e87b130-pdf-d168698681. Date of access: 7.06.2013.

Библиографический список

Акуленко В.В., Швачко С.А., Букреева Е.И. Категория количества в современных европейских языках. Киев, 1990.

Акуленко Л.Г. Выражение неопределенно большого и неопределенно малого количества в немецком языке : дис. … канд. филол. наук. Харьков, 1982.

Алексеева Е.Н. Репрезентация концепта «Неопределенное множество» именами существительными в современном английском языке: Дис. … канд. филол. наук. Иркутск, 2003.

Вярхоў П.В. Лічэбнік у беларускай мове: Параўнальна з рус. і укр. мовамі. Мн.: Выд-ва БДУ, 1961.

Галич Г.Г. Семантика и прагматика количественной оценки (на материале современного немецкого языка): Дис. … д-ра филол. наук. СПб-Омск, 1999.

Дегтярева В.В. Шкала оценки неопределенного количества признака и факторы определяющие сочетаемость ее операторов: На прим. словосочетаний наречий с прилагательными, обозначающими эмоции: Дис. … канд. филол. наук. Ниж. Новгород, 1996.

Жыдовіч М.А. Назоўнік у беларускай мове: [у 2 ч.]. Мінск: Выд-ва БДУ, 1969. Ч. 1: Адзіночны лік.

Клименко Н.Л. Лексико-фразеологические средства выражения неопределенно большого количества в современных русском и английском языках: Автореф. дис. … канд. филол. наук. Л., 1982.

Наркевіч А.І. Назоўнік: Граматычныя катэгорыі і формы. Мн.: Выд-ва БДУ ім.У. І. Леніна, 1976.

Русский семантический словарь: Толковый слов., систематизир. по классам слов и значений: В 6 т. / Рос. акад. наук, Отд. лит. и яз., Ин-т рус. яз. им. В.В. Виноградова. М.: Азбуковник, 2000. Т. 1.

Супрун А.Е. Общая характеристика семантики количества // Теория функциональной грамматики. Качественность. Количественность / Под ред. A.B. Бондарко. СПб.: Наука, 1996. С. 162-170.

Федуленкова Т.Н. Изоморфизм и алломорфизм в германской фразеологии (на материале английского, немецкого и шведского языков): Автореф. дис. … д-ра филол. наук. Северодвинск, 2006.

Чабярук А.І. Лічэбнік у беларускіх гаворках. Мінск: Навука і тэхніка, 1977.

Е.П. Маюк

Минский государственный лингвистический университет

г. Минск, Беларусь


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074