Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

Глава VI. ОЦЕНОЧНАЯ СЕМАНТИКА РУССКИХ И АНГЛИЙСКИХ ПОСЛОВИЦ, ПОСТРОЕННЫХ НА ОСНОВАНИИ КОМПАРАТИВНЫХ МОДЕЛЕЙ (сопоставительный анализ)

Дефиниции оценки. Слово «оценка» употребляется для номинации ценностного отношения между субъектом и предметом. Категория оценки рассматривается в рамках антропоцентрической, функциональной и когнитивной традиций.

В рамках антропоцентрического направления подчеркивался субъективный характер оценки, поскольку объект оценивается конкретным человеком с уникальным набором качеств, представлений и т.д. (см.: [Кунин 1970: 6; Телия 1991: 44; Маркова 2006: 48; Алефиренко 2010: 100; Байрамова 2010: 59]). Оценка содержится повсюду, где происходит соприкосновение субъекта познания с объективным миром. Специфика оценочной номинации заключается в том, что, употребляя ее, говорящий выражает не только определенное интеллектуальное содержание, но и закрепленное в речевой практике оценочное отношение к языковой единице и через нее к языковой ситуации. В определении А.В. Кунина «оценка – объективно-субъективное отношение человека к объекту, выраженное языковыми средствами эксплицитно или имплицитно» [Кунин 1970: 6].

Функциональное направление1 рассматривает оценку как действие, как процесс соотнесения явления или предмета с элементами оценочной шкалы «хорошо-безразлично-плохо». По мнению А.А. Ивина, Е.С. Ильюшиной и др., оценка представляет собой отношение говорящего носителя языка к объекту высказывания (неязыковому объекту) [Ивин 1970: 11; Ильюшина 2001: 117]. Она содержится в высказываниях, выражающих представления о том, что есть добро, а что есть зло. На это указывает и М.А. Минина: «оценка – сложное действие, производимое сознанием субъекта при восприятии и обработке информации о внешнем мире» [Минина 1995: 3].

Последние работы по аксиологической тематике направлены на рассмотрение оценки с когнитивных позиций, когда оценочная семантика рассматривается как элемент плана содержания особого рода. Оценка считается специфическим компонентом познания, получающим отражение в языке [Котель 1980: 5]. Категория оценки имеет особый когнитивный статус, обусловленный диалектическим взаимодействием мыслящего индивида с объективной действительностью. Денотаты имен описываются не только онтологически, но и по их признакам, которые обусловлены их внеобъектными отношениями к человеку. Оценочные признаки как признаки когнитивные имеют как прагматический, так и эмотивный характер [Никитин 2004: 65]. Оценка – наиболее яркий показатель прагматического значения, но «максимум контекстной зависимости делает оценку одним из наиболее трудно определимых типов прагматического значения» [Арутюнова 1998: 5].

Итак, оценка – это компонент прагматического значения слова, выражающий отношение субъекта оценки к объекту внеязыковой действительности посредством соотнесения отдельных его признаков с системой ценностей, принятых в данном языковом коллективе.

Компаративная семантика оценки. Оценка объекта действительности всегда имеет компаративный характер. Подлежащий оценке объект сравнивается с неким эталоном, зафиксированным в сознании социума. Многие авторы отмечают близость категорий оценки и компаративности, так как в обыденном сознании одно может толковаться через другое [Телия 1981; Тухтаходжаева 1982; Князев 1996, 2; Лернер, Куперман 1998; Вольф 2002; Леэметс 1988].

Компаративность является одной из когнитивных категорий, это «интегральная единица человеческого сознания, позволяющая преодолевать грань между миром языка и сознанием отдельного человека» [Quine 1967: 8]. Классическое определение категории компаративности-сравнения находим в словаре О.С. Ахмановой: «категория компаративности опирается на логические понятия равенства и неравенства, большей или меньшей степени качества, находящие выражение как в грамматической категории степеней сравнения прилагательных и наречий, так и в лексике и фразеологии» [Ахманова 2005: 449]. Компаративность оценочных высказываний может быть выражена не только имплицитно, но и эксплицитно, в виде определенных компаративных структур. Средства выражения оценки в рамках компаративных моделей включают в себя систему разноуровневых средств языка: морфологических, синтаксических, лексических и стилистических.

Сравнивая структуру оценочного высказывания со структурой квалификативного высказывания (в нашей терминологии – компаративного высказывания – А.Л.), В.Н. Телия находит в них ряд параллелей, которые позволяют говорить о возможности сосуществования данных языковых механизмов в рамках конкретной единицы. В структуре квалитативного высказывания различают:

1) субъект квалификации;

2) объект квалификации;

3) основание квалификации;

4) предмет квалификации;

5) содержание квалификации [Телия 1981: 202].

Субъект квалификации анализирует объект квалификации по ряду нормативных характеристик, выраженных в основании квалификации. В компаративном высказывании объектов может быть два и больше. Под предметом квалификации в данном случае понимается ряд свойств денотативной структуры объекта квалификации, служащих стимулом для эмотивной реакции субъекта квалификации. Содержание квалификации – субъективная модальность, выраженная рассматриваемой языковой структурой.

Структура пословиц с семантикой операциональных предпочтений в английском и русском языке. Некоторые исследователи отмечают способность пословиц выражать оценочные смыслы [Карасик 2010: 73]. Важную роль в семантике компаративной оценки, по А.А. Ивину, играет логика предпочтений [Ивин 1970: 26]. Среди форм компаративной оценки Н.Д. Арутюнова выделяет «предложения операционального предпочтения», выражающие объективно-прагматические смыслы, в отличие от неоперациональных предложений, которые отражают спонтанные и индивидуальные оценочные решения [Арутюнова 1998: 234]. Характер компаративной оценки зависит от того, обладает ли один из сравниваемых предметов меньшей ценностью, чем другой, или же она характеризует сопоставляемые предметы как равноценные. Компаративы «лучше» и «хуже» описывают преимущественно ситуации, создаваемые волей и действиями человека, выражают модальность желания, целесообразности или нежелания, нецелесообразности. Они отталкиваются от нормы в сторону положительного или отрицательного [Вольф 2002: 5]. Например: better an egg today than a hen tomorrow (WDP) (букв. лучше яйцо сегодня, чем курица завтра). Понятия «лучше» или «хуже» являются конверсиями: сказать, что А лучше В,
значит сказать, что В хуже А.

Система операциональных предпочтений в языке строится, как уже отмечалось выше, на бинарной системе, включающей в себя понятия равенства и неравенства. Сознание человека, оперируя этими понятиями задействует мыслительную операцию – механизм градации, основанный на аналитическом рассмотрении сравниваемых явлений и предметов по их признакам, результатом чего является выделение в них простейших понятийных структур, которые в дальнейшем подлежат сопоставлению. Градация предполагает также заданную иерархическую систему размещения сущностей по уровням общности обнаруживаемых у них признаков. Понятие градации разрабатывалось рядом ученых, – как отечественных, так и зарубежных (см. работы [Sapir 1968; Chomsky 1988; Леэметс 1988]). Строя фразу в процессе общения, любой человек постоянно производит мысленный отбор нужного слова, используя механизм градации имеющихся в наличии языковых знаков по тем или иным критериям. Этот выбор определяется как грамматическими и стилистическими факторами, так и условиями конкретного акта коммуникации. Категория сравнения – наглядный случай проявления механизма селекции языковых единиц [Леэметс 1988: 92].

Пословицы с семантикой оценки, в которых задействованы формы категории степени сравнения, раскрывают систему предпочтений. Н.Д. Арутюнова называет подобные высказывания «предложениями операционального предпочтения», которые «базируются на аксиологической связке-компаративе, соединяющей между собой пропозиции, представленные в развернутом или свернутом виде» [Арутюнова 1998: 224].
Подобного рода высказывания составляют центр функционально-семантического поля компаративной оценки.

Наиболее употребительной моделью в предложениях операционального предпочтения в английском языке является структура: better N1 than N2. В русском языке для объективации операциональных предпочтений задействуются модели: лучше N1 чем N2. В этой модели N1 – первый объект компаративной оценки; как объект большей ценности, он занимает доминирующее положение в шкале предпочтений. N2 – второй объект компаративной оценки, он обладает меньшей ценностью и является менее предпочтительным. Например: better the foot slip than the tongue (ERPD) (ср. русск.: лучше оступиться, чем оговориться); better one-eyed than stone-blind (EPSRE) (ср. русск.: лучше одноглазый, чем слепой).

Примечательно, что семантика «антипредпочтений», выражаемая оценочными маркерами «хуже» и «наихудший», а также их синонимами, представлена в пословичной картине мира весьма скудно. Это объясняется направленностью человека, прежде всего на выделение и отражение в сознании положительного. В качестве примера подобных единиц можно привести пословицы: debt is the worst poverty (WDP) (ср. русск.: долг – худший вид бедности); false friends are worse than bitter enemies (ERPD) (ср. русск.: тайный враг хуже явного).

В пословицах с семантикой операциональных предпочтений выделяются следующие схемы оценочного шкалирования: прямая и реверсивная оценочная шкала. Прямая оценочная шкала представляет собой традиционный вид шкалы для выявления семантики операцио-
нальных предпочтений.

Пословичные высказывания с семантикой оценочной предпочтительности представляют в рамках прямой оценочной шкалы различные виды отношений между составляющими ее элементами. С ее помощью могут описываться как положительные ценности, так и антиценности. Выбор предпочтительного объекта осуществляется по совокупности оценочных признаков, которые выражают прямую оценочную шкалу. Значительное количество пословиц со значением предпочтительности строится по принципу прямой оценочной шкалы, выраженному в пословице: the best is often the enemy of the good (EPSRE)
(букв. хорошее – враг лучшего).

Предложения операционального предпочтения описывают прагматически опосредованную ситуацию выбора. Выбор требует мотивировки, которую обычно ищут в практической целесообразности, удобстве, легкости, надежности, желанности и прочих частных оценках [Арутюнова 1998: 256]. Предложения операционального предпочтения привлекаются для описания идеи предпочтения прагматических ценностей, некой уступки желаниям человека в пользу реальных благ. Описываемые высказывания имеют сложную двухуровневую семантику.
Рассмотрим высказывания:

1) better a small fish than an empty dish (EPSRE) (букв. лучше маленькая рыбка, чем пустая тарелка);

2) a living dog is better than a dead lion (WDP) (букв. живая собака лучше мертвого льва).

Данные высказывания имеют образный характер, но различаются в семантике. В первом высказывании (better a small fish than an empty dish), реализующем прямую оценочную шкалу, ценностные предпочтения выражают два образа с разной позицией на ценностной шкале.

Для понимания второй пословицы (a living dog is better than a dead lion) нужно произвести, как минимум, два мыслительных действия. Первое действие состоит в идентификации двух образов: собаки и льва, выявлении большей ценности образа льва как более сильного животного относительно другого, собаки – животного более слабого.

Второе мыслительное действие состоит в создании новой шкалы, ориентированной на сопоставление других оценочных признаков: «живой» – «мертвый». Дихотомия признаков «сильный» – «слабый» уходит на задний план. Вторая оппозиция – оценочные признаки – является более важной, чем первая, она меняет соотношение оцениваемых образов, переставляет их «с ног на голову». Таким образом, семантика высказывания (a living dog is better than a dead lion) актуализирует оценочную шкалу, которую можно назвать реверсивной, в ней образ льва занимает более низкое положение, чем образ собаки.

Реверсивной оценочной шкалой она была названа потому, что в ней разрушается привычное соотношение образов в ценностной шкале. Под действием ситуативных признаков образы, конвенционально более ценные относительно других, уступают место в шкале менее ценностным,
меняются с ними местами. Английское прилагательное reverse означает нечто противоположное ситуации, идее, процессу, упомянутому ранее. Это обратное движение в рамках ценностной шкалы и легло
в основу данного термина.

Итак, реверсивной является шкала, в которой предмет, обладающий большим количеством ценностных признаков, признается менее предпочтительным в рамках конкретного высказывания под воздействием ряда аксиологических факторов. На первый план выступает менее ценный для картины мира предмет. Таким образом, разрушаются стандартные представления о ценностных характеристиках явлений, и возникает новая шкала, истинностная для конкретной жизненной ситуации.

Семантика предпочтительности для английских пословиц с реверсивной оценочной шкалой, так же, как и для пословиц с прямой оценочной шкалой, выражается в рамках предмета, признака, обстоятельственного признака, действия:

а) предпочтительность предмета/ явления: a bird in the hand is worth two in the bush (ODP) (букв. одна птица в руке лучше, чем две в кустах); better go to heaven in rags than to hell in embroidery (EPSRE) (букв. лучше попасть в рай в лохмотьях, чем в ад в расшитом платье);

б) предпочтительность признака: а clean feast is better than a dirty breakfast (WDP) (букв. чистый пир лучше, чем грязный завтрак) (ср., русск.: лучше хлеб с водой, чем пиры с лихвой); better a glorious death than a shameful life (ODP) (букв. лучше славная смерть, чем постыдная жизнь); better the first at home than second in Rome (WDP) (букв. лучше быть первым дома, чем вторым в Риме);

в) предпочтительность обстоятельственного признака: a sparrow in the hand is better than a pigeon in the roof (ODP) (букв. лучше воробей в руке, чем голубь на крыше); dry bread at home is better than roast meat abroad (EPSRE) (букв. черствый хлеб дома лучше, чем жареное мясо за границей); better an egg today than a hen tomorrow (ODP) (букв. лучше яйцо сегодня, чем курица завтра);

г) предпочтительность действия: better be stung by a nettle than pricked by a rose (ODP) (букв. лучше быть ужаленным крапивой, чем уколотым розой); better ride an ass that carries us than a horse that throws us (WDP) (букв. лучше ехать на осле, чем падать с лошади); better to suffer the truth than prosper by falsehood (ODP) (букв. лучше выстрадать правду, чем процветать за счет обмана).

Русские пословицы также способны выражать различные фор-
мы оценки:

а) предпочтительность действия: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать (СТРП); лучше отказать, чем завтраками кормить (СТРП); лучше умная хула, чем глупая хвала (СППРН);

б) предпочтительность признака: лучше бедность да честность, чем прибыль да стыд (СТРП); лучше десять виноватых простить, чем наказать одного безвинного (СТРП);

в) предпочтительность обстоятельственного признака: лучше пить воду в радости, чем мёд в кручине (СППРН);

г) предпочтительность предмета/ явления: лучше биться орлом, чем жить зайцем (СППРН); лучше горькая правда, чем сладкая
ложь (СППРН).

Классификация оценочных суждений в пословицах. Оценочные значения могут быть классифицированы по нескольким параметрам. Классификация оценки как бинарной системы, представляющей собой оппозицию «хорошо – плохо», представлена в трудах многих современных языковедов ([Е.И. Френкель 1982; З.Т. Тухтаходжаева 1982; Н.Д. Арутюнова 1998; М.В. Никитин 1999; Е.Н. Банина 2001] и др.).

Взаимодействие субъекта оценки с ее объектом лежит в основе классификации общеоценочных и частнооценочных значений [Арутюнова 1998: 75]. Общеоценочный тип значений определяется прилагательными «хороший» и «плохой», а также их синонимами (превосходный, замечательный, дрянной, скверный и т.д.), которые выражают некий аксиологический итог. Характер общей оценки вытекает из механизма оценки. Каждый объект действительности обладает неким набором аксиологически релевантных свойств, которые учитываются при оценке. Общая оценка представляет собой своего рода баланс положительных и отрицательных факторов, она достигается соотношением количеств. «Чтобы вывести общую оценку, – по мнению Н.Д. Арутюновой, – нужно перевести количество в качество» [Арутюнова 1998: 74]. Общеоценочные высказывания имеют релятивный характер. Высказывания, строящиеся по типу «good thing» – «bad thing», получают оценку лишь при
взаимодействии с концептуальными структурами, которые определяют особенности строения и содержания оценочных категорий.

Общая оценка, по Дж. Муру, описывает свойства объектов в функциональном плане [Moore 1922: 13]. Для успешного выполнения своей функции предмет должен иметь ряд качеств, соответствующих конвенциональным нормам. Е.М. Вольф отмечает, что набор свойств, которые замещает общая оценка, является довольно неопределенным и в количественном, и в качественном отношении, поскольку не определен круг хороших и плохих поступков. Если бы не существовало стереотипов, оценочные высказывания не могли бы служить коммуникации [Вольф 2002: 84].

Общей оценке противостоит частная оценка. Значения частной оценки выражают значения, оценивающие объект с определенной точки зрения. В классификации частнооценочных значений Н.Д. Арутюновой выделяются три группы: сенсорные, сублимированные и рационалистические. Первая группа включает:

1) сенсорно-вкусовые или гедонистические оценки;

2) психологические, среди которых различаются:

а) интеллектуальные: «интересный», «увлекательный», «банальный»;

б) эмоциональные: «радостный», «желанный», «приятный».

Вторая группа рассматривает сублимированные, или абсолютные, оценки:

1) эстетические оценки, основанные на синтезе сенсорных и психологических: «красивый», «прекрасный»;

2) этические оценки, подразумевающие нормы: «моральный», «добрый», «порочный».

Третья группа – рационалистические оценки, связанные с практической деятельностью человека, включают:

1) утилитарные: полезный, вредный;

2) нормативные: правильный, нормальный, здоровый;

3) телеологические: эффективный, удачный, негодный [Арутю-
нова 1998: 52].

Таким образом, оценка в перечисленных классификациях предстает как весьма разноплановое явление. Принадлежность того или иного высказывания к тому или иному классу определяется его содержательной стороной. При рассмотрении видов оценок в пословичных высказываниях мы используем классификацию Н.Д. Арутюновой.

Исходя из характера оценок, как уже говорилось выше, аксиологические высказывания разделяются на сферу абсолютных оценок, формулируемых с помощью понятий «хорошо», «плохо» и «оценочно безразлично», и сферу компаративных (в терминологии А.А. Ивина сравнительных или относительных) оценок, в которых используются понятия «лучше», «хуже» и «равноценно». Характер абсолютной оценки определяется тем, квалифицирует ли она свой предмет как «хороший», как «плохой» или как «безразличный», например: a good dog deserves
a good bone (EPRD) (букв. хорошая собака заслуживает хорошей кости).

В случае эстетических оценок предметам приписываются эстетические ценности, которые обычно формулируются с помощью таких терминов, как «прекрасно», «безобразно», «имеет большую (меньшую) эстетическую ценность». Триплеты абсолютных и компаративных эстетических оценочных понятий таковы: прекрасное – безразличное – безобразное; более эстетически ценное – имеющее такую же эстетическую ценность – менее эстетически ценное.

При абсолютной оценке речь идет об одном оценочном объекте, при компаративной – имеются, по крайней мере, два объекта или два состояния одного и того же объекта. В абсолютных оценочных структурах сравнение прямо не выражено. Иными словами, абсолютная оценка содержит имплицитное сравнение, основанное на общности социальных стереотипов, в то время как сравнительная оценка основана на сопоставлении объектов друг с другом [Вольф 2002: 15].

Важной проблемой в рамках аксиологии является вопрос о первичности/ вторичности (исходности) абсолютной и компаративной (относительной) оценок, который не имеет однозначного решения. При семантическом анализе обнаруживается, что оценка неотделима от сравнения: абсолютные признаки имплицитно содержат сравнение, и сравнение, таким образом, первично. Как пишет Э. Сепир, «градуирование как психический процесс предшествует измерению и счету. Мера «фут» не имеет значения, пока мы не знаем, что он больше, чем дюйм, и меньше, чем ярд» [Sapir 1968: 93].

Существует разделение оценок на внешние и внутренние. Большая группа оценок представляет собой выражение чистого чувства, без примеси рассудочности. Оценки, являющиеся выражениями чувства
симпатии, антипатии, склонности, безразличия и т.п., называются внутренними. Основанием оценки может быть и некоторая иная оценка, когда имеет место «оценка оценки». Оценки этого типа принято называть внешними, или утилитарными [Ивин 1970: 31]. Предмету приписывается здесь положительная, отрицательная или нулевая ценность не сама по себе, а как средство достижения или устранения некоторых иных вещей, оцениваемых положительно или отрицательно, например: a good arrow cannot be made of a sow’s tail (WDP) (букв. «невозможно сделать стрелу из свиного хвоста»).

В пословицах с компаративной семантикой встречаются все виды оценки, о которых говорилось выше.

а) общая оценка, например: the cobbler’s wife is worst shod (EPSRE) (букв. у сапожника хуже всех жена обута); better ride an ass that carries us than a horse that throws us (WDP) (букв. лучше ехать на осле, чем падать с лошади); east or west home is best (EPSRE) (букв. в гостях хорошо, а дома лучше);

б) частная оценка: blood is thicker than water (WDP) (букв. кровь гуще воды) (русск.: кровь – не водица); the busiest men have the most leisure (ODP) (букв. тот, кто лучше всех работает, лучше всех отдыхает); it is harder to use a victory than to get it (ODP) (букв. легче завоевать победу, чем удержать ее);

в) эмоциональная: better die standing than live kneeling (букв. лучше умереть стоя, чем жить на коленях) (EPSRE); better the devil you know than the devil you don’t know (ODP) (букв. лучше дьявол, которого знаешь, чем дьявол, которого не знаешь); better go to heaven in rags than to hell in embroidery (EPSRE) (букв. лучше попасть в рай в лохмотьях, чем в ад в расшитом платье);

г) утилитарная: cracked pots last longest (ODP) (букв. треснувший горшок дольше всех служит); an Englishman’s home is his castle (EPRD) (букв. дом англичанина – его крепость); a sparrow in the hand is better than a vulture flying (ODP) (букв. лучше воробей в руке, чем гриф в небе) (ср. русск.: лучше синица в руке, чем журавль в небе);

д) этическая: accidents will happen in the best regulated families (букв. скандалы бывают и в лучших семьях) (EPSRE); false friends are worse than bitter enemies (ERPD) (букв. неискренний друг хуже злейшего врага); better not to promise at all than to promise and not keep it (EPSRE) (букв. лучше вовсе не обещать, чем не выполнить обещание);

е) интеллектуальная: better unborn than untaught (EPSRE) (букв. лучше на свет не родиться, чем неучем жить); one father is more than a hundred schoolmasters (ODP) (букв. для ребенка отец значит больше, чем сотня учителей); better be a fool than a knave (EPSRE) (букв. лучше быть дураком, чем плутом).

ж) гедонистическая: Bacchus drowned more men than Neptune (EPSRE) (букв. Бахус погубил больше людей, чем Нептун); old friends and old wine are the best (ODP) (букв. нет ничего лучше старого вина и старых друзей); better one-eyed than stone-blind (ODP) (букв. лучше одноглазый, чем слепой);

з) эстетическая: better be stung by a nettle than pricked by a rose (WDP) (букв. лучше быть ужаленным крапивой, чем уколотым розой); the best fish smell when they are three day old (ERPD) (букв. и лучшая рыба протухнет, если пролежит три дня).

Предложенная классификация оценочных значений применима и к русским пословичным высказываниям, построенным на основе компаративных моделей:

а) общая оценка: лучше бедность да честность, чем прибыль да позор (СППРН); лучше в пучине, чем в кручине (СППРН); лучше глаза лишиться, чем доброго имени (СППРН);

б) частная оценка: лучше быть в бедности, да с милым, чем в богатстве, да с постылым (СТРП); лучше в море утопиться, чем на злой жениться (СТРП); лучше десять виноватых простить, чем наказать одного безвинного (СППРН);

в) эмоциональная: лучше без одежды, чем без надежды (СППРН); лучше биться орлом, чем жить зайцем (СППРН);

г) утилитарная: лучше быть бедным и здоровым, чем богатым и больным (СППРН); лучше быть первым на селе, чем последним
в городе (СТРП);

д) этическая: лучше быть бедняком, чем разбогатеть со грехом (СППРН); лучше быть в обиженных, чем в обидчиках (СППРН);

е) интеллектуальная: лучше быть головой кошки, чем хвостом льва (СТРП); лучше быть озорником, чем дураком (СППРН);

ж) эстетическая: лучше быть на селе Богданом, чем в городе Селифаном (СППРН); лучше без одежды, чем без надежды (СППРН).

Таким образом можно сделать вывод о том, что компаративные пословичные единицы наиболее ярко представляют аксиологические константы наивной картины мира: как ценности, так и антиценности. Пословицы с семантикой компаративности, в которых задействованы формы категории степени сравнения, раскрывают систему операциональных предпочтений.

В пословицах с семантикой операционального предпочтения используются конструкции с прямой и реверсивной оценочной шкалой. Прямая оценочная шкала призвана сопоставлять предметы и явления, выделять по совокупности их признаков наиболее/ наименее предпочтительные. Реверсивная шкала в рамках пословиц представляет собой уникальную оценочную шкалу, в которой под воздействием ряда аксиологических факторов разрушаются стандартные представления о ценностных характеристиках явлений, и возникает новая шкала, истинностная для конкретной жизненной ситуации.

Как в английской, так и в русской пословичных картинах мира присутствуют единицы, объективирующие модели как прямой, так и реверсивной оценочной шкалы. Они реализуют различные виды оценки: эмоциональную, утилитарную, этическую, эстетическую, интеллектуальную, и различные ее формы: признаковые, обстоятельственные, номинативные. В целом можно заключить, что две языковые системы относительно рассматриваемых моделей характеризуются значительной степенью изоморфизма.

Список сокращений:

ERPD: Кунин А.В. Большой англо-русский фразеологический словарь. 5-е изд., исправл. М.: Живой язык, 1998.

EPSRE: Модестов В.С. Английские пословицы и поговорки и их русские соответствия. М.: Рус. Яз. Медиа, 2003.

ODP: The Oxford dictionary of proverbs, ed. by Jennifer Speakes, 5th edition.
Oxford University press. NY, 2008.

WDP: The Wordsworth dictionary of proverbs / G.L. Apperson [et al.],

Wordsworth editions Ltd. Hertford-London, 2006.

Библиографический список

Алефиренко Н.Ф. Лингвокультурология. Ценностно-смысловое пространство языка: учеб. пособие. М.: Флинта: Наука, 2010.

Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. М.: Языки русск. культуры, 1998.

Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. Изд. 3-е стер. М.: КомКнига, 2005.

Банина Е.Н. Оценочный компонент значения в семантике метафоры: Автореф. дис. …канд. филол. наук. Нижний Новгород, 2001.

Байрамова Л.К. Ценность и оценка во фразеологии // Фразеология, познание и культура: Сборник докладов 2-й международ. науч. конф. В 2-х т. Т. 1. Белгород: Изд-во БелГУ, 2010.

Вольф Е.М. Функциональная семантика оценки. 2-е изд., доп. М.: Эдиториал УРСС, 2002.

Ивин А.А. Основания логики оценок / Ред. Э.Г. Храстецкий. М.: Изд-во МГУ, 1970.

Ильюшина Е.С. Лексические средства положительной оценки человеческих качеств: Автореф. дис. … канд. филол. наук. М., 2001.

Карасик В.И. Языковая кристаллизация смысла. М.: Гнозис, 2010.

Князев В.П. Степени сравнения и точки отсчета // Теория функциональной грамматики: Качественность. Количественность. СПб.: РАН; Ин-т лингвистических исследований, 1996. С. 129-144.

Котель Г.Г. Оценочные предикативные номинации в современном английском языке (на материале дерогативных названий лица): Автореф. дис. …канд. филол. наук. М., 1980.

Кунин А.В. Английская фразеология. М.: ВШ, 1970.

Лернер К., Куперман В. Категория сравнения и оценки // Вопросы языкознания. 1998. № 1. С. 35-44.

Леэметс Х.Д. Компаративность и метафоричность в языках разных систем // Метафора в языке и тексте. М.: Наука, 1988.

Маркова Е.М. Эмоционально-оценочный компонент в семантике слов общеславянского происхождения // Русское слово и высказывание: рациональное и эмоциональное: Межвузовский сборник научных трудов. М.: Изд-во МГОУ, 2006. С. 48-52.

Минина М.А. Психологический анализ семантики оценки (на материале глаголов движения): Автореф. дис. …канд. филол. наук. М., 1995.

Никитин М.В. Об отражении картины мира в языке // Studia linguistica: Слово, предложение и текст как интегрирующая система: Сб. ст. СПб.: Тригон, 1999. С. 6-17.

Никитин М.В. Развернутые тезисы о концептах // Вопросы когнитивной лингвистики. 2004. № 1. С. 53-65.

Телия В.Н. Типы языковых значений. Связное значение слова в языке / В.Н. Телия; отв. ред. А.В. Уфимцева. М.: Наука, 1981.

Телия В.Н. Механизмы экспрессивности языковых единиц // Человеческий фактор в языке. Языковые механизмы экспрессивности: Сб. ст. АН СССР; Ин-т языкозн.; отв. ред. Н. В. Телия. М.: Наука, 1991. С. 36-67.

Тухтаходжаева З.Т. Выражение категорий квантификации и оценки в словообразовательной системе современного русского языка (на материале производных прилагательных): Автореф. дис. … канд. филол. наук. М., 1982.

Френкель Е.И. Парадигма оценочных семем в современном английском языке: Автореф. дисс. … канд. филол. наук. Одесса, 1982.

Chomsky N. Language and Problems of Knowledge: The Managua Lectures. Cambridge – London: The MIT Press. Cop., 1988.

Fedulenkova T. English Phraseological Units and their Constant Functions // International Journal of Applied and Fundamental Research. 2013. № 2 // http://www. science-sd.com/455-24463 (date of access: 17.12.2013)

Moore G.E. Philosophical Studies, 1922 // http: //www. ditext. com/moore/nmp. Html.

Quine W.O. Word and object. Cambridge: Cambridge Mass, The MIT Press, 1967.

Sapir E. Selected Writings of E. Sapir in Language, Culture and Personality / Edited by David G. Handelbaum. Berkeley. L.A.: University of California Press, 1968.

А.И. Лызлов

Смоленский государственный университет

г. Смоленск, Россия


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074