Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

Культура. Наука. Образование.

Серегина Т. В., Некрасова Н. А.,

4.3. От культуры воспитателя к культуре воспитуемого

Кризис ныне переживает все человечество, и это становится более ясным после того, как угроза самоистребления его в ядерной катастрофе отступает. Мировая культурологическая наука утверждает, что истоки его лежат не только в социально-экономической, политической, но и в духовной сфере, в самой сущности культуры, ибо она - «... очень тонкая, деликатная ткань. Ткется она невидимыми руками и как на вулкане, прикрывая какие-то бездны» [21, с. 22]. И далее «Культура не есть нечто, возникающее из хаоса. Хаос и бескультурье не сзади, не впереди, не сбоку, а окружают каждую историческую точку»[22, с. 144].

В России этот глобальный духовный кризис протекает более болезненно, так как деструктивные процессы охватили все общественное здание. В силу различного рода «запретов» мы были отгорожены от выдающихся произведений литературы, музыки, живописи, тетра, кинематографа и философии XX века, не говоря уж о культуре русского зарубежья. Подобная изоляция обусловливала постоянно ускоряющее отстаивание от мировой культуры и цивилизации. Разрушение нравственности, ложное развенчивание общечеловеческих идеалов, норм и ценностей, культурная политика, противоречащая свободе творчества и здравому смыслу, неудовлетворительное финансирование и организация культуры привели наше общество к духовному обнищанию и одичанию, охвативших все и вся: от столиц до провинции (наша Орловщина не была исключением). И в настоящее время в культуре России обнадеживающих изменений не происходит. Если раньше культура была своеобразным декором фасада официальной власти, то теперь она является украшением, убеждающим неразвитый вкус обывателя. Все нравственное и духовное становится второстепенным, а оценка «удачливый бизнесмен» оказывается порой важнее, чем культурный, интеллигентный человек. Понятно, что сей - час мы переполнены отрицательными эмоциями. Все вокруг возбуждает в нас недоверие. Но все «воспитатели» (как и впрочем, и все люди) должны уйти от простой констатации духовного кризиса к поиску конструктивных путей выхода из него. Поэтому более всего мы нуждаемся в нравственном согласии, в какой-то объединяющей нас в общем деле идее. И как бы ни сложилась судьба России, она должна приблизиться к остальному человечеству, прежде всего к христианским народам, ибо здесь наши истоки, наша духовная Родина. Решая в первую очередь проблему личности в нашем обществе, ее культуры, мы воссоздаем ее истинное бытие, а значит, вносим лепту в возможность преодоления мирового духовного кризиса: спасая себя, спасаем других.

Как видим, самый существенный дефицит нашего общества - дефицит культуры, отсутствие которой означает самоуничтожение человека. И мировая культурология дает нам все теоретические доказательства этого.

Немецкий философ - просветитель И. Гердер в работе «Идеи к философии истории человечества» отмечает: «Культура? Нет ничего неопределеннее этого слова...». Неудивительно, что в мировой философии нет и не может быть универсального определения этого феномена. Существуют структуралистские, феноменологические, герменевтические, антропологические, этнографические и другие интерпретации понятия «культура». При всем их глубоком разночтении они сходятся в одном: культура и человека - понятия целостные. Папа Иоанн Павел II в речи, произнесенной им на 209 сессии Исполнительного совета ЮНЕСКО, говорил о культуре как о специфическом способе существования и бытия человека. Выдающийся философ современности М.К. Мамардашвили прямо указывает, что все проблемы культурологи сводятся не к явлениям «культуры, а к человеку в культуре» [22, с. 146]. «Мир культуры, подчеркивает В.М. Межуев (известный российский культуролог), - «это мир человека, от начала и до конца создаваемый им сами. В этом смысле он противостоит и миру природному, и миру божественному» [5, с. 25]. Однако, а культуре человека представлен не как творимое, а как творящее существо. Человек, будучи творцом, субъектом культуры, одновременно есть и ее результат. Культура - это мера человечности в человеке. Философская энциклопедия дает следующее определение данного понятия: культура «есть выражение специфически человеческого единства с природой и обществом, - характеристика развития творческих сил и способности личности» [36, с.292].

Итак, современная философия утверждает, что человек - центр культуры и что познание им мира и осознание себя в нем возможно двумя путями: чувственно-образным и логическим, причем чувственно-образный путь более древний. Целостное восприятие мира возникает при их диалектическом единстве. Но современная эпоха, эпоха НТР, формирует в значительной мере рациональную картину мира. Поэтому понятно, что в современном обществе непрерывно возрастает значение рационального мышления. Нерациональное знание, чувственно-эмоциональное отношение к миру уходит на второй план. Между тем нравственность существует в первую очередь в образно-чувственной сфере. Следовательно, одним из путей выхода из духовного тупика, в котором оказалось человечество, является обращение к чувственно-образному видению мира, к гармонии чувственного и рационального. Это особенно актуально для нашего общества, находящегося в деструктивном состоянии. Однако конкретные пути разрешения проблем духовного кризиса в этом аспекте не ясны.

Мы пытаемся сделать жизнь нашего общества более духовной. Понятно, сколь это важно и необходимо. Но, по мнению академика Б. Раушенбаха, чтобы гуманитаризация оправдала возложенные на нее надежды, должна существовать некая исходная система элементов нравственности [31, с. 96].

До революции эта исходная система как бы стихийно формировалась самой жизнью: семьей, сословным кодексом чести, церковью. Церковь, надо отдать ей должное, давно отработала действенный механизм не только декларирования нравственности, но и практического воспитания и поддержания ее [31, с. 96]. Б. Раушенбах имеет в виду таинство покаяния, «где в постоянной паре выступает ученик и учитель с их беседой, как было принято говорить, от сердца к сердцу» [31, с. 96]. В нашей сегодняшней жизни фактически нет таких механизмов воспитания нравственности. Однако нам представляется, что и в нашем бытовании все же есть возможность создания подобных механизмов, возрождающих духовность.

Одним из них может и должна быть школа (высшая в том числе). Пришло время вновь (но неформально) поставить вопрос об Учителе, ибо его роль в обществе особая. В русском образовании светится слово «образ» - воспитание образом, образование себя с помощью образа [28, с. 45]. Воспитывает только пример, т.е. образ учителя. Учитель обязан научить своего ученика быть хорошим человеком, а для этого он должен быть таковым. Ясно, что только общение с умным, интеллигентным старшим товарищем, способным тактично и ненавязчиво решать проблемы на основании своего интеллектуально-нравствен-ного багажа, может привести к творческому союзу ученика и учителя, необходимого для учебно-воспитательного процесса.

В связи с этим большая ответственность лежит на высшем образовании (особенно гуманитарном), реформирование которого в первую очередь идет по пути гуманизации и гуманитаризации. Как правило, под гуманитаризацией подразумевается введение курсов по истории мировой и отечественной культуры, факультативов по литературе и искусству. однако мало вводить и читать эти курсы, необходимо, чтобы все, что нас окружает, не умаляло их авторитетность. Поэтому речь должна идти о гораздо глубоких процессах - изменение всей работы вуза: (о повышении культуры преподавания и общения, окружающей студентов, до того уровня интеллигентности, духовности, эстетизма, который бы позволил сформировать у молодых людей идеал калокагатии (прекрасного-доброго).

В понимаемом подобном образом процессов гуманизации гуманитаризации высшей школы, где одновременно объектом и субъектом выступает и преподаватель и студент, возникает жизненная необходимость посмотреть преподавателю на себя глазами студентов. Одной из возможностей этого является конкретное социологическое исследование, в частности, интервьюирование.

С этой целью из многих вузов г. Орла нами были выбраны в первую очередь государственный университет, ибо они являются базой формирования корпуса духовной элиты - воспитателей в сфере образования и культуры.

В октябре текущего года Назаровой Г.Ф., профессором кафедры логики, философии и методологии науки ГОУ ВПО «Орловский государственный университет», было проинтервьюировано 104 студента 4 курса дневного физико-математического факультета, 6 курсов заочных отделений литературного и исторического факультетов, что составляет 5 процентов от общего числа обучающихся на них.

В институте культуры аналогичная работа была проведена (также в октябре 2008 года) старшим преподавателем кафедры философии и культурологии ГОУ ВПО «Орловский государственный университет» Васиной Н.А.,. всего взято интервью у 80 студентов (каждого третьего 2-3 курсов дневного отделения, представляющих различные художественные специализации. Гипотеза исследования состояла в том, чтобы выявить представления студентов о реальном и идеальном образе преподавателя вуза.

Ставилась задача выяснить это по следующим параметрам:

а) культура внешности;

б) культура поведения и общения;

в) нравственная и профессиональная культура.

В результате интервью получены следующие данные:

Идеальный образ преподавателя по мнению студентов ОГУ:

1. Культура внешности: лицо: доброжелательное, доброе,  приветливое, светлое,  одухотворенное, увлеченное,  заинтересованное, ласковое,  улыбчивое; голос: мягкий, приятный, эмоциональный, спокойный, уверенный, с хорошей дикцией; одежда: со вкусом, модная, элегантная, классическая, соответствующая возрасту,  скромная, приличная,  аккуратная;

2. Культура поведения и общения: Демократизм без панибратства,  доброжелательность, уважительность,строгость, взаимопонимание, открытость,  т.е. воспитанность,  интеллигентность.

3. Нравственная культура: Доброта, душевность, любовь к  людям, принципиальность,  честность, преданность, справедливость, терпение, терпимость, сострадание, скромность, простота, религиозность.

4. Профессионализм: научность, логичность, творчество, эмоциональность, доступность, любовь к предмету, методическая подготовленность.

По мнению студентов ОГИИК:

1. Внешность: лицо: доброжелательное, выразительное; голос: приятный, нерезкий, выразительный, убедительный, четкая дикция; одежда: вкус, чувство меры, уместность,  стиль, опрятность, аккуратность;  у женщин - соответствующий типу внешности макияж и  прическа - цветовая гамма умеренная, но не тусклая; в целом - внешность строгая,  деловая.

 2. Культура поведения и общения: воспитанность, доброжелательность, такт, хорошее умение управлять эмоциями, выдержка, уравновешенность, демократизм без панибратства, взаимопонимание, интерес к  жизни, к заботам студентов, умение выслушать студента  без навязывания своей точки зрения, умение общения со студентами, чувство юмора;

3. Нравственная культура: доброта, любовь к студентам, порядочность, принципиальность, честность, справедливость, четкость, объективность, мягкость, мудрость, требовательность к себе и студенту, сдержанность; в целом - высокий уровень культуры поведения.

4. Профессиональная культура: высокий профессионализм, ум, интеллект, эрудиция, знание жизни, логичность и эмоциональность, в преподнесении материала, доступность преподнесения  материала, доступность изложения; творчество в учебном процессе, ораторское мастерство; форма обучения, главным образом, диалоговая, в целом - специфика вуза предполагает, что у  преподавателей общий уровень эрудиции и культуры должен быть выше, чем уровень специальных знаний.

Анализ интервью показывает, что абсолютное большинство студентов придает существенное значение внешности преподавателя. Главные требования к ней: вкус и элегантность - студенты ОГУ; опрятность и уместность - студенты ОГИИК.

В культуре поведения и общения как основное выделяется: демократизм, взаимопонимание, интеллигентность.

В нравственной культуре особо подчеркивается необходимость доброты, любви и людям, терпимости.

Профессиональная культура, по мнению всех респондентов, необходимо должна сочетаться с высоким уровнем интеллекта.

Согласно интервью студентов и ОГУ, и ОГИИК лишь единичные преподаватели соответствуют идеальной модели.

Подавляющее же большинство студентов обоих вузов предъявляют серьезные претензии реальным преподавателям.

Реальный образ преподавателя, данный студентами ОГУ

1. Внешность: лицо: безразличное, усталое, скучное, бесцветное, серьезное, озабоченное, высокомерное, каменное; голос: монотонный, усталый, резкий, громкий, металлический,  грубый, строгий; одежда: безвкусная, неэлегантная, скудная, неопрятная; чаще всего преподаватели не обращают внимание на одежду, особенно плохо одеты преподаватели мужчины.

2. Культура поведения и общения: авторитарность, деспотизм, высокомерие, отсутствие такта, резкость, недоброжелательность, пренебрежительность, отсутствие интереса к студентам,  безразличие, панибратство; как выводы - отсутствие культуры общения, наличие барьера между преподавателями и студентом.

3. Нравственная культура: высокомерие, равнодушие, эгоизм,  лицемерие, злость.

4. Профессиональная культура: профессионализм достаточного  уровня, знание только своего предмета, наукообразность, скучность, отсутствие эмоциональности, доступности, постоянной  работы над собой; отсутствие воспитательного начала в учебном процессе, интеллект средний или ниже среднего, отсутствие интереса к искусству.

Примечание: характеристики, данные преподавателям студентами литфаку, истфаку, физмата, дневного заочного отделений, принципиальных отличий не имеют, но суждения студентов  физмата (дневного отделения) выглядит более резкими и по форме, и по содержанию.

В образе реального преподавателя: Как наиболее характерное, студентами ОГИИК:

1. В культуре внешности: отсутствие вкуса, неопрятность, чаще безразличное выражение лица, голос резкий, невысокая культура речи, недостаточная дикция; возраст, как правило,  выше сорока. Лишь единичные преподаватели обладают культурной внешности.

2. В культуре поведения и общения: отсутствие такта, игра в демократию, эгоцентризм, высокомерность, безразличие, администрирование, отсутствие принципиальности, безответственность, невоспитанность, грубость, нетерпимость, несдержанность в  эмоциях, отказ и неумение общаться со студентами как с равными, оскорбление, унижение студентов, навязывание им своего мнения, погруженность на занятиях в свой быт, разговор о политике, ценах на бытовом уровне, нередко - на уровне сплетен.

3. В нравственной культуре: эгоцентризм, отсутствие принципиальности, злопамятность, непорядочность, слабохарактерность, безответственность, нетребовательность к себе.

4. В оценке профессиональной культуры единства мнений нет: примерно равное количество студентов считают, что профессиональный уровень низкий, средний и достаточный. Но в большинстве своем студенты подчеркивают невысокий уровень интеллекта, неумение преподнести знания, отсутствие преподавательского мастерства, отсутствие творческого подхода к учебному процессу, неэмоциональность, монотонность изложения, механическое чтение лекций, «занятия чаще скучные, чем интересные».

В целом - устарелость, догматизм применяемой системы обучения.

Сопоставимость результатов интервьюирования студентов пединститута и института культуры показывает:

1) адекватность восприятия ими реального педагога;

2) высокую требовательность к нему, восходящую к модели идеального образа педагога - учителя;

3) значительный разрыв между реальным и идеальным образом.

Безусловно, следует учесть, что студенты представляют возрастную группу, которой особо присущ максимализм, резкость в суждениях, некоторая тенденциозность, субъективизм оценок, который, возможно, связан с явной недостаточностью личностного общения преподавателя и студента.

Тем не менее, на наш взгляд, результаты проведенного исследования (первого из предлагаемой серии) заставляют преподавателя задуматься над своим внешним и внутренним обликом, уровнем профессионализма с тем, чтобы обеспечить творческий характер учебно-воспитательной работы и выполнить высокую миссию Учителя. Интервью показывает необходимость перехода во взаимоотношениях «преподаватель - студент» от субъективно-объективных отношений к отношениям субъектно-субъектным, «сердечным».

Конкретно-социологические исследования заставляют задуматься о том, что в сферу ответственности педагога входит и то, что он не совершил, хотя мог бы совершить. Невыполненный труд, недостаточно высокая человечность - так проявляется дисгармония между нашими делами и возможностями. Это серьезная моральная проблема. В ней заключается наш долг перед решением главной задачи высшей школы - воссоздание духовной элиты общества. Студенты, понимая это, так обращаются к нам: «Преподаватель! Помни, глядя на тебя, общаясь с тобой и учась у тебя, мы, студенты, в конце концов, становимся такими же, как ты. Поэтому делай нас такими, чтобы потом тебе не было стыдно. А вылепить из студента хорошего специалиста, человека можно, только нужно иметь и хотеть делать это». (Ваткин Ю., студент ОГИИК, 306 группа).

Все без исключения абсурды нашей экономики, политической организации общества, которые, наконец, прозрев, мы увидели сегодня, проистекали и проистекают от упорного нежелания воспринимать человека таким, каков он есть, каким его создала природа и история: страстным и хладнокровным, сильным и слабым, духовным и чувственным, счастливым и несчастным - неповторимым, ни на кого не похожим.

Государство (не только тоталитарное, но и демократическое) по своей природе ни понять, ни признать человеческую индивидуальную субъективность не может. Отсюда происходит главный порок нашего образования, существующего в рамках государственной системы, - коллективный способ обучения и соответствующая ему педагогика, в которой нет места индивидуальности ученика, того, в чем проявляется смысл человека как духовного и творческого существа. В школе, институте ученик никогда не остается «наедине» с учителем, отсутствует духовное наставничество, учитель обращается не к ученику, а к аудитории. Поэтому весьма оправдано проводимое доктором философских наук В.М. Розиным сравнение государственного образования со строгой и ясной, но бедной содержанием геометрической формой [28, с. 459]. Не это ли является одной из причин прогрессирующей безжизненности и антикультурности молодых поколений в стране великой культуры?

Одним из важнейших факторов духовного возрождения общества является реформа всей системы образования и, в первую очередь, высшего гуманитарного, которое должно превратиться в центр по подготовке культурных людей и хороших педагогов. «Для этого необходимо, - говорил философ, социолог и педагог Хосе Ортега-и-Гассет, - университету отказаться от политики «педагогического патернализма», когда на преподавателей возлагается задача формирования в определенном направлении социально-политических убеждений студентов, а образовательная теория подменяется теорией воспитания преданных существующему режиму слуг. Высшее учебное заведение только тогда станет «духовной силой» общества, - подчеркивает он, - когда оно превратится в дом студентов, в котором преподаватели и учащиеся молодые люди ведут совместный поиск общих культурных идеалов, стремятся к их утверждению и интеллектуально независимы от корыстных интересов правительства» [27, с. 314].

Другой выход из критической ситуации, в которой оказались наше образование и вся наша духовная культура, - создание философии образования и воспитания (первые шаги уже делаются в этом направлении). Необходимо превратить философскую теорию в инструмент творчества важного для воспитательного процесса.

Мы считаем, что центральным методом философии образования является системный подход, а ведущей и основополагающей системой - «учитель - ученик», «преподаватель - студент».

Под системой в философии понимается порядочное множество взаимосвязанных элементов, обладающих структурой и организацией. Для системных объектов характерно появление новых свойств, возникающих в результате взаимодействия ее элементов в рамках целого. Система может быть понята как нечто целое лишь в сопоставлении со средой, ее окружении.

В зависимости от характера отношений со средой поведение систем может быть: реактивным (определяется преимущественно средой), адаптивным (определяется средой и функцией соморегуляции, присущей самой системе), активным (существенную роль играют собственные цели системы, преобразование среды в соответствии с потребностями системы). Наиболее высокоорганизованными являются самоорганизующиеся системы (адаптирующиеся и обучающиеся) или системы с обратной связью. Структура и функционирование элементов данных систем постоянно проводятся в соответствии с изменяющимися внешними условиями, сигналами среды. Это предполагает наличие в сложно организованных системах процессов управления. Система высшего образования относится к подобным структурам, а значит предполагает возможность глубокого теоретического анализа и выработки конкретных мер, предложений по усовершенствованию ее управления.

Исходным пунктом всякого системного исследования является представление о целостности изучаемой системы. Это предполагает рассмотрение объекта с двух позиций: соотношение объекта со средой, внешним окружением и внутреннее расчленение самой системы с выделением ее элементов, свойств, функций и их места в рамках целого.

Вычленение системы явилось первым этапом в системном подходе к проблеме «студент - преподаватель», который мы пытались осуществить на основе конкретно-социологического исследования: «преподаватель глазами студентов» и «студент глазами преподавателя» в форме интервью, проведенного в двух гуманитарных вузах города Орла - педагогическом институте и институте культуре. В обоих интервью ставилась задача выявить представления студентов и преподавателей о реальном и идеальном образах преподавателя и студента по следующим параметрам: культура внешности, культура поведения и общения, нравственная и профессиональная культура. Принципиальных отличий во мнениях преподавателей и студентов не выявлено.

Анализ интервью студентов об идеальном образе преподавателя показывает, что абсолютное большинство студентов придает существенное значение внешности преподавателя. Главные требования к ней: вкуси элегантность, опрятность и уместность. В культуре поведения и общения как основные выделяются: демократизм, взаимопонимание, интеллигентность.

В нравственной культуре особо подчеркивается необходимость доброты, любви к студентам, терпимости.

Профессиональная культура, по мнению всех респондентов, должна сочетаться с высоким уровнем интеллекта.

Согласно интервью студентов ОГУ и ОГИИК, лишь единичные преподаватели соответствуют идеальной модели.

В реальном образе преподавателя студенты отмечают следующие характерные черты:

а) в культуре внешности - отсутствие вкуса, неопрятность, чаще безразличное выражение лица, невысокая культура речи, недостаточная дикция, возраст, как правило, старше сорока.

(Лишь единичные преподаватели обладают культурой внешности);

б) в культуре поведения и общения - отсутствие такта, игра в демократию, высокомерность, безразличие, администрирование, отсутствие принципиальности, безответственность, невоспитанность, грубость, нетерпимость, несдержанность и эмоциях, отказ и неумение общаться со студентами как с равными (оскорбление, унижение студентов, навязывание им своего мнения, погруженность на занятиях в свой быт, разговор о политике, ценах на бытовом уровне, нередко - уровне сплетен);

в) в нравственной культуре - эгоцентризм, отсутствие принципиальности, злопамятность, непорядочность, непорядочность, слабохарактерность, безответственность, нетребовательность к себе.

г) в оценке профессиональной культуры единства мнений нет. Примерно равное количество студентов считает, что профессиональный уровень низкий, средний, достаточный. Но в большинстве своем студентов подчеркивают невысокий уровень интеллекта, неумение преподнести знания, отсутствие педагогического мастерства творческого подхода к учебному процессу, неэмоциональность, монотонность изложения, механическое чтение лекций («занятия чаще скучные, чем интересные»). В целом отмечается устарелость, догматизм системы обучения.

Сопоставимость результатов интервьюирования студентов подинститута и института культуры показывает:

во-первых, адекватность восприятия ими реального педагога;

во-вторых, высокую требовательность к нему, восходящую к модели идеального образа педагога - учителя;

в-третьих, значительный разрыв между реальным и идеальным образами.

Безусловно, следует учесть, что студенты представляют возрастную группу, которой особо присущи максимализм, резкость в суждениях, некоторая тенденциозность, субъективизм оценок, которые, возможно, связаны с явной недостаточностью личностного общения преподавателя и студента.

Интервьюирование преподавателей, в свою очередь, позволило выявить, характерные признаки реального и идеального образа студента. Так, для реального образа в культуре внешности диапазон от псевдомодности и псевдосовременности до вполне приличного вида. Культура же поведения и подавляющего большинства крайне низка, почти полностью отсутствуют знания этикета. По оценке большинства педагогов, нравственная культура учащихся данной группы находится на ступень ниже требований общества.

Преподаватели также отмечают снижение творческой активности и уровня профессиональной культуры студентов в силу утраты интереса к получению знаний, дилетантство, подменяющее профессионализм, неразвитую способность к теоретическим обобщениям, отсутствие культуры труда.

В идеальном образе студента преподаватели отмечают следующие характерные черты:

а) в культуре внешности - уместность, опрятность, умение в облике выразить индивидуальность, носить скромную одежду, придавая ее шарм;

б) в культуре поведения и общения - интеллигентность;

в) в нравственной культуре - великодушие, доброту, высокую цензуру совести, примат духовности;

г) в профессиональной культуре - непреодолимое стремление к познанию, самоусовершенствованию, максимальному самовыражению, универсализм, гражданственность, высокую работоспособностью

Из выше изложенного следует, что, во-первых, взаимные оценки преподавателей и студентов имеют большое сходство; во-вторых, между реальным и идеальным образами тех и других выявлены существенные и примерно одинаковые расхождения.

Вторым этапом исследования является попытка определить место и функции преподавателя и студента в рамках системы «преподаватель-студент» в аспекте категорий «гармония» и «дисгармония», являющихся центральным в истории философской мысли и, следовательно, в «философии образования».

В истории философских и эстетических учений выдвигались самые разнообразные концепции понимания гармонии. Само понятие «гармония» употреблялось чрезвычайно широко и многозначно. Оно означало и закономерное устройство природы и космоса, и красоту физического и нравственного лица человека, и принципы строения художественного познания.

Уже в античной философии дается определение гармонии как единства противоположностей. Ибо гармония есть соединение разнообразной смеси и согласие разнообразного. Если бы вещи были подобны и не отличались друг от друга, то не было бы необходимости в гармонии, которая осуществляет единство разнообразного и противоположного.

Подобное представление о гармонии углубляется с развитием философской мысли, достигая апогея в диалектике Гегеля, которая предполагает необходимость рассмотрения гармонии в диалектике с дисгармонией, ибо ни «чистых» гармоний, на «чистых» дисгармоний реально не существует.

Однако наша философия и педагогическая наука и продолжают исходить из абстрактной, идеально-гармонической модели человека, тем самым внедрения в процесс воспитания «псевдогармонию», являющейся гармонией, нивелирующей личность. «Псевдогармония» сводит до минимума самостоятельность личности, ее индивидуальность, проповедует идею приспособленчество и послушания. Иначе говоря, она ведет к модификации поведения, внедрению в педагогику терминов: «образцовый ребенок», «образцовый ученик», «образцовый студент», «образцовый педагог» и т.д., выражающих сущность тоталитарного общества. При этом следует подчеркнуть, что речь не идет об этикете как необходимой стандартизации во взаимоотношениях людей.

 Феномен «псевдогармония» отчетливо просматривается до недавнего времени во взаимоотношениях «преподаватель - студент». Это выражалось в противоречии «быть и казаться» - дисгармонии между внешним, показным и внутренним миров человека.

Результаты нашей научной    работы позволяют сделать вывод о том, что «псевдогармония» в значительной степени в настоящее время не проявляется. Данный факт рассматривается как результат взаимодействия исследуемой нами системы с изменившейся внешней средой. Элементы свободы и демократии, появившиеся в обществе, системе образования, привели к определенной раскованности и студентов, и друг друга. Как результат этого открылась «удивительная гармония» изучаемой пары: «плохой» педагог - «плохой» студент. Это предполагает более глубокое изучение данной системы в виде «парадоксальной гармонии».

По Милсту, понятие «парадоксальной гармонии» позволяет увидеть во взаимодействии пары «преподаватель-студент» согласованность явлений, кажущихся несогласуемыми, такт как в ней соединяются всевозможные противоречия. «Парадоксальная гармония» немыслима без своей противоположности - дисгармонии... Гармония всегда является лишь результатом движения, уничтожающего дисгармонию [23, с. 201].

Сущностные противоречия, образующие «парадоксальную дисгармонию», представляется возможным условно разделить на три группы.

Первая группа - противоречия в принципе неразрешимые, но вечно решаемые человечеством, что превращает их в стимул постоянного духовного обогащения человека и общества. По отношению к нашей системе это такие противоречия, как свобода и необходимость, идеал и действительность, субъективное, рациональное и иррациональное, отцы и дети и т.д. все указанные противоречия в высшей степени актуальны сегодня для понимания кризиса образования и путей его преодоления.

Вторая группа противоречий обозначена Милтсом как фактор «X», ил фактор «демона». Они не поддаются рациональному осмыслению, ибо связаны со стихией подсознательной сферы человека («это - кладовая тайн»).

В факторе «X» заключена тайна взаимной привлекательности людей и одновременно тревоги и напряжения. Именно поэтому студентов не привлекают преподаватели, излагающие прописные истины.

Третья группа противоречий в системе «преподаватель-студент» - противоречия, требующие обязательного разрешения. Остановимся на их характеристике более подробно. Противоречия в сфере «культуры внешности» разрешаемы на основе формирования эстетического вкуса и, соответственно, эстетического облика. В сфере же «культуры общения и поведения» этого можно достичь путем перехода от конфронтации к педагогике сотрудничества, а также овладением знаниями, этикетом, выработкой навыков хорошего тона.

Разрешение нравственных конфликтов возможно путем замены аудиторного обучения индивидуальным («от сердца к сердцу»). С нашей точки зрения, только в этом случае будет наиболее полно удовлетворена потребность студентов в личностном отношении с преподавателями. Снятие противоречий в профессиональной культуре в значительной мере зависит от взаимоотношения системы «педагог - студент» с внешним миром.

В Орле, в столь вузовском городе, обладающем достаточно высокоинтеллектуальным потенциалом, возможно создание такого объединения преподавателей-единомышленников, в котором каждый желающий мог бы получить советы, рекомендации самого широкого диапазона: от консультаций, касающихся культуры внешности (парикмахера, модельера и т.д.), области психологии, философии, культурологии, искусствоведения, до обмена педагогическим опытом. Речь идет о создании в Орле профессионального клуба для преподавателей (возможно студентов) вузов города.


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074